Наталья Перфилова - Увидеть Париж и разбогатеть

— Ну что, пошли что ли? — Не слишком охотно произнес Тихомиров. — С чего начнем, с двери?

— Окно легче сломать. — Деловито отозвалась я. — На ставнях обычно хлипкие замки вешают. Потом стекло аккуратно выставим и запросто попадем в дом.

— Или запросто попадем в милицию. — Проворчал Денис.

— А кто нас туда сдаст? — Удивилась я. — Если Изабель захочет покинуть дианину квартиру, то Илья сразу же нас предупредит. У нас будет куча времени, чтобы убраться отсюда как можно дальше. Сигнализации здесь тоже нет, Сергеев бы знал, соседи ближайшие уехали… Так что мы мало чем рискуем.

— А что если в доме целая куча сообщников этой мадам тусуется? Ты в окно свою глупую голову суешь, а они по ней дубинкой резиновой? — Рассудительно заметил Тихомиров.

— Хватит занудство разводить. Все равно ведь идти придется и внутрь лезть, так что не нагнетай обстановку, — в пол голоса посоветовала я и первая вышла из машины.

— Только ради тебя.

Обнаруженным в багажнике запасливой Юльки ломиком мы без особого труда открыли ставни на самом низко расположенном над землей окне, со стеклом правда произошла небольшая неприятность, оно никак не хотело выниматься из рамы, а потом и вовсе с оглушительным звоном разлетелось на куски. Ладно хоть эти звуки не привлекли к нашему домику любопытных зевак. Мы немного посидели, затаившись в кустах под окном, убедились, что все по прежнему спокойно и приступили непосредственно к проникновению.

— Давай ты подождешь меня здесь. — Сказал Денис. — Вот в этих кустиках.

— И не подумаю. — Сердито прошептала я. — Вместе приехали, вместе и в дом полезем.

— Но если со мной что-то случится, ты сможешь милицию хотя бы вызвать…

— Не хитри. — Сурово посмотрела на любовника я. — Я все равно полезу с тобой.

— Но это глупо, вдвоем лезть прямо в пасть к тигру.

— Хорошо. Может, ты и прав. Я полезу одна, а ты страхуй меня в этих кустах.

— Вот упрямая. — Хоть я и не могла разглядеть в темноте лица, но я чувствовала, что Денис не сердится, в его голосе постоянно проскальзывала нежность и забота. — Хоть первому то подняться в окно мне будет позволено?

— Это само собой. Все таки ты мужчина, а я всего лишь слабая женщина.

Тихомиров ловко и практически бесшумно забрался на подоконник и протянул руку мне. Через несколько секунд мы были уже в доме. В комнатах царило полнейшее безмолвие и кромешная тьма.

— Зря мы сюда притащились. — Прошептал, зажигая карманный фонарик Денис. — Нет здесь никого…

— Нужно проверить. — Одними губами возразила я.

Мы осторожно, комнату за комнатой стали исследовать помещения. Ничего примечательного, кроме не слишком талантливых картин на стенах, да покрытой приличным слоем пыли мебели мы не увидели. Я уже начала подумывать о том, что похоже Тихомиров на этот раз оказался прав, если тут и было что-то интересное, то его следы тщательно уничтожены. И вот тут то мы и увидели ЭТО… Вернее сначала луч фонарика выхватил из темноты только худенькую руку, закованную в тяжелые металлические наручники, потом покрытую свежими синяками ногу…

— Не фига себе! — присвистнул ошарашенный Денис. Я от неожиданности вскрикнула и испуганно закусила нижнюю губу.

— Кто это? — Прошептала я, прижимаясь к надежной Тихомировской спине.

— Человек… Женщина, если сказать точнее.

— А она что тоже… ну, не живая уже?

Денис передал мне фонарик и склонился над неподвижной фигуркой.

— Обморок. — Уверенно сообщил он через пару минут.

— Ты можешь привести ее в сознание?

— В принципе да, но считаю, что здесь этого лучше не делать. Она может шум поднять, или еще того хуже начнет рыдать…

— Что ты предлагаешь?

— Берем ее прямо так и переносим в машину. Потом отъезжаем на безопасное расстояние и там уже смотрим, что с ней и как.

— Ты сможешь ее до машины дотащить? — С сомнением поинтересовалась я.

— Обижаешь. Я даже тебя смогу, а она совсем худенькая…

— А я значит, нет? — Я шутливо ткнула его в бок.

— Лиза, дорогая ты уже не девочка и должна понимать одну простую вещь. Мы, мужчины, не собаки и на кости закинув уши не бросаемся… У женщины тело должно быть. Понимаешь тело, а не мощи святые…

— Хватит разглагольствовать, давай поднимай эти мощи и двигай к машине. Чувствую, пора нам убираться поскорее восвояси.

Тут вдруг перед нами встала очень серьезная проблема: девушка была прикована наручниками и к одной из секций массивной чугунной батареи.

— Нужно сбегать поискать у Юли в багажнике ножовку… — Задумчиво без особого энтузиазма почесал мочку уха Тихомиров. — Хотя и ей то вряд ли удастся так просто перепилить такую железяку прочную… А скорее всего у Юльки нет ножовки и в помине… Знаешь, может все таки к голосу разума прислушаешься и позвонишь в милицию?

— Они тут шухер с мигалками устроят, и мы навсегда распрощаемся с надеждой разобраться во всей этой галиматье.

— Но выхода то нет… Пойду хоть попытаюсь инструменты в багажнике поискать.

— Не надо. — Вздохнула я. — Всему вас, мужиков, учить надо. — Я вынула из пучка на затылке шпильку и без особых усилий довольно ловко освободила худосочную ручонку из железного плена.

— Да ты просто кладезь талантов, душа моя. Где ты только обучилась таким премудростям? Неужели в приличных престижных ВУЗах даже это преподают… А ты вышивать крестиком случайно не умеешь? — С легкой издевкой поинтересовался он, вышагивая рядом с худеньким женским тельцем в руках.

— Случайно умею. —, Рассеянно ответила я. — Родители очень ответственно подошли к процессу моей подготовки к замужеству. — Я все никак не могла уловить, что такое волнующее и знакомое чудится мне в фигуре и одежде освобожденной пленницы. Но в темноте, окружающей коттедж плотным кольцом, разобраться в своих ощущениях мне все никак не удавалось, да еще и нервы были как струны на гитаре натянуты до предела.

Немного успокоилась я только тогда, когда уютно заурчав мотором Юлькина машина спешно начала уносить нас вдаль от этого жуткого и какого то безжизненного места. Мы решили не останавливаться на обочине, а довезти девушку до города, и там уже вплотную заняться ее здоровьем.

— Ты уверен, что в пути ничего с ней не случится? — Озабоченно поинтересовалась я.

— Естественно, иначе я бы не смотря на все твои возможные возражения немедленно вызвал скорую или даже реанимацию, если нужно. — Пожал плечами Тихомиров, усевшись за руль он заметно успокоился и полностью сосредоточился на дороге. — Я же все таки врач, клятву Гиппократа давал… А девочка просто в обмороке, я же тебе сказал…

— Ну, тогда я спокойна. Скоренько доберемся до твоей больницы, приведем беднягу в чувства, потом расспросим ее что означает вся эта чертовщина с Изабель…