Линда Ховард - Лицо из снов

— Что это такое? — пролепетала она.

Глупый вопрос: она прекрасно видела, что это такое. На самом деле Марли просто хотела спросить: зачем? Впрочем, и на этот вопрос она могла ответить сама. Дейну, похоже, понравилось заниматься с ней любовью, но Марли ни на секунду не забывала о том, что он полицейский. Он переехал к ней, чтобы она постоянно была у него на глазах, чтобы присматривать за ней?.. Лучшего способа для наблюдения не найти. Если у Марли появится очередное видение, он будет рядом.

— Мое барахло, — ответил Дейн на вопрос, о котором Марли уже забыла. — У меня дома затеяли ремонт, так что пришлось на пару недель очистить пространство. — Он замер на крыльце и пристально посмотрел на нее. — Извини, что не предупредил, но и ремонт начался совершенно неожиданно.

— Понятно. — Марли удалось изобразить на лице ироничную улыбку. — Переезд ко мне — это лучший способ держать ситуацию под контролем. Как образно выражаясь, так и в буквальном смысле.

Он мягко поставил коробку на крыльцо. Взгляд его стал колючим.

— Что это значит?

Она пожала плечами.

— Будешь говорить, что твой переезд никак не связан с убийствами?

— Нет, я этого не скажу, — вырвалось у Дейна. Это была святая правда. Марли олицетворяла собой главную его надежду на поимку преступника, но дело не только в этом. Он уже имел случай увидеть собственными глазами, что с ней происходит, когда начинаются эти видения, какую цену — физическую и эмоциональную — она за них платит. Ему хотелось быть рядом с ней именно по этим двум причинам, если не считать третьей, которая заключалась в том, что ему просто хотелось быть рядом с ней.

Марли задумалась на минуту. Они стали любовниками, и все это обрушилось на нее так стремительно… А между тем она привыкла к постепенности. Ей хотелось нажать на тормоз, осмыслить эту новую для нее жизнь по-своему, неторопливо. Но мешали обстоятельства. Дейн в первую очередь был полицейским, а Марли олицетворяла собой единственную нить, которая могла привести к убийце. Пока преступник на свободе, Дейн всегда будет рядом, и на иной расклад нечего надеяться. Ей просто нужно четко запомнить, что главной причиной его переезда является работа. При всей своей неопытности Марли понимала, что он вряд ли имеет привычку переезжать к той женщине, с которой довелось переспать.

Она дала ему пройти в дом.

— Нам просто нужно было объясниться. Заходи.

Трэммел даже присвистнул от удивления, когда увидел на следующее утро входящего Дейна. Впрочем, на него обернулись все присутствующие. Работа работой, а поржать над коллегой у полицейских всегда находилась лишняя минутка. Фредди схватилась за грудь и сделала вид, что сейчас рухнет в обморок. Боннес, стоявший возле стола Кигана, нарочито невозмутимо проговорил:

— Чем обязаны такой честью, сэр?

— Обязаны, обязаны, — добродушно ответил Дейн, падая в свое кресло. — Мне надоели ваши ухмылки насчет моей одежды, которыми вы, умники, награждали меня все эти годы.

— Боже, — проговорил Трэммел, поднимая глаза к потолку, — да будет так и впредь!

Дейн усмехнулся, глядя на напарника.

— Выпьем по паре пива после работы, а? — слащаво проговорил он.

Трэммел тут же «завял», но озорной блеск в его черных глазах не исчез.

— Возьми меня, возьми меня! — завопила Фредди, протягивая к Дейну руки.

— Ну да, как же, чтобы мне потом ноги переломали?

Она пожала плечами.

— А ты уж и испугался!

— Спасибо, мадам, мне достаточно одного вашего ласкового взгляда.

Боннес слез со стола Кигана и пересел на стол Дейна.

— Что за чудесное превращение? — спросил он. — Ты что, по дороге на работу арестовал модельера?

Дейн ухмыльнулся, зная, что его искренний ответ повергнет Боннеса в шок. Нет, он не мог лишить себя такого удовольствия.

— Марли не любит мятых костюмов, — спокойно объяснил он.

Боннес оторопело уставился на него.

— Марли?

Ему, несомненно, пришла на ум только одна Марли, но он никак не мог провести параллель между ней и Дейном, и потому начал потихоньку дымиться.

— Марли Кин. Ну, вы ее знаете. Экстрасенс.

— Марли Кин я знаю, — произнес все еще не пришедший в себя Боннес. — Ну, а ты-то тут при чем?

— Я же говорю: она не любит мятых костюмов, — все так же невозмутимо повторил Дейн. До него уже донеслось ржание Трэммела.

Бедняга Боннес соображал в тот день явно туговато.

— И что? Ты хочешь сказать, что у нее хобби ходить по всему городу и выбрасывать мятые костюмы? — саркастически спросил он.

— Зачем выбрасывать? — На лице Дейна появилась довольная улыбка. — Она их гладит. Точнее, она погладила рубашку. А брюки кинула мне и сказала, что я должен научиться обращаться с утюгом.

Боннес откровенно таращился на Дейна. Трэммел отчаянно давился, сдерживаясь из последних сил, чтобы не расхохотаться на всю комнату.

— Ты… ты хочешь сказать, что Марли… Что ты и Марли…

— Что «я и Марли»?

— Э… встречаетесь?

— Встречаемся? — Дейн сделал вид, что задумался. — Я бы так не сказал.

— А что же тогда?

Он небрежно пожал плечами.

— Проще некуда. Когда я стал сегодня одеваться, она сказала, что в таком виде меня на улицу не выпустит. Потом достала утюг и гладильную доску и заставила меня раздеться. А когда я напялил все это на себя во второй раз, то и стал выглядеть так, как вы меня сейчас видите.

Если честно, Дейну было не совсем понятно, почему это вдруг отутюженная рубашка, аккуратно завязанный галстук и брюки со «стрелочкой» могут иметь такое большое значение не только для Марли, но и для всех остальных. Но он не возражал. Просто раньше ему было наплевать на то, как он выглядит. По большому счету ему было наплевать на это и сейчас, но у Марли другое отношение к одежде, так что Дейн решил себя немного переделать. У Боннеса глаза полезли на лоб.

— Но вы же познакомились только неделю назад! Ты смеялся над ней, пытался пришить соучастие в убийстве! Мне показалось, что она тебя возненавидела!

— Марли изменила обо мне мнение, — ответил Дейн. — Словом, если я вам понадоблюсь, меня можно найти у нее дома.

— Черт возьми! Шутишь ты, что ли? Я, честно говоря, думал, что она маленько поразборчивей.

Дейн мягко улыбнулся.

— И не ошиблись. Вы же видите, что я меняюсь прямо на глазах.

И он на самом деле готов был меняться. Если Марли хочет, чтобы он носил итальянские кожаные мокасины, как у Трэммела, да будет так. Если она хочет, чтобы он брился дважды в день, он будет бриться. Если она хочет, чтобы он каждое утро часок стоял на голове, Дейн с радостью поднимет свою задницу к небу. Когда вчера вечером он явился к ней на порог с чемоданами, то понял, что немало смутил ее своим переездом. Дейн чувствовал, что ему нужно было что-то соврать, но, черт возьми, почему он должен скрывать, что у него к Марли двойной интерес? Он был просто не в состоянии забыть про убийства и делать вид, что они тут ни при чем. Как раз при всем.