Джулия Джеймс - Похоже, это любовь

– А есть иные варианты?

Невзирая на невозмутимый вид, внутри у нее все переворачивалось. «Скажи, что не хочешь уходить».

Ник долгое время ее разглядывал.

– Пожалуй, нет.

Повисло молчание.

– Думаю, с учетом всего, тебе сейчас лучше уйти.

Джордан заставила себя посмотреть в его глаза, а затем отвела взгляд, боясь, что Ник слишком много в нем прочтет.

– Да, я тоже так думаю, – кивнул он, пошел к двери, затем остановился. – Хочешь, позвоню во вторник, расскажу, чем закончилось дело с Экхартом?

– Конечно.

Джордан проводила его до порога. Эта картинка – как он уходит из ее дома с чемоданом в руке – наверняка надолго отпечатается в памяти. Но сейчас Джордан высоко держала голову. Нужно лишь продержаться, пока он не уйдет.

Ник положил ладонь на ручку, затем в последний раз обернулся. И то, что Джордан увидела, поразило ее.

Его глаза светились гневом.

– Что ж, Родс, спасибо за выходные, – произнес он сквозь сжатые зубы. – Непременно вышлю тебе чек за свое проживание в отеле. Черт, может даже смогу списать это на служебные расходы.

А вот это уже пощечина. Джордан ничего не понимала. Почему он злится?

– Грубовато. Не надо вести себя как придурок.

– Это я придурок? – неверяще переспросил Ник.

– Я что-то пропустила? – уточнила Джордан, показав поочередно на себя и на него. – Я ведь просто сказала…

– Не надо. Я и в первый раз тебя услышал. – Ник рывком распахнул дверь. – Каждое сказанное тобою слово. – И выскочил наружу, захлопнув за собой створку.

Джордан осталась в гостиной, непонимающе глядя на дверь.

Мда.

Совершенно непонятное поведение.

Глава 30

Когда Кайл привез Джордан в свой пентхаус, там ее встретил вышедший из-за угла мужчина в черном смокинге.

– Добрый вечер, мисс Родс. Могу я взять ваше пальто?

– Конечно. Спасибо. – Джордан протянула ему верхнюю одежду, а затем, когда мужчина поспешил прочь, искоса глянула на брата. – Ты что, нанял дворецкого?

Очень в духе Кайла.

Он закинул руку ей за шею и наполовину обнял, наполовину потащил сестру в гостиную.

– Нет, отец привез официанта для сегодняшнего ужина. Надеюсь, ты в настроении для суши, потому что, это шеф-повар из японского ресторана.

Вообще-то, Джордан не хотела суши. Да и вообще ужинать, если на то пошло. Последние двадцать четыре часа она только и думала, что о Нике. Ей оставалось лишь это, ведь он так и не удосужился ей перезвонить. Джордан трижды набирала его номер и оставляла сообщения. Ни слова в ответ.

Учитывая, как он вылетел из ее дома вечером в субботу, у них явно возникло недопонимание. И им определенно нужно поработать над навыками общения. Джордан намеревалась донести эту мысль до Ника, как только он отзовется.

Пока же ей предстояло разобраться с семьей. Сегодняшний ужин – первый после тюрьмы и больницы, когда они соберутся все вместе.

– Похоже, папа всерьез расстарался, – заметила она Кайлу.

Грей, дожидавшийся их со стаканом скотча, торжественно обвел рукой столовую.

– Что тут скажешь? Часто ли отцу доводится праздновать возвращение сына из тюрьмы? – Он сощурил пронзительно-голубые глаза и посмотрел на Кайла: – Хотелось бы верить, что лишь однажды.

Тот с невинным видом поднял руки:

– Лишь однажды. Обещаю.

Они расселись за столом, заставленным хрусталем и фарфором.

– Раз уж это праздник, хорошо, что я кое-что захватила. – Джордан протянула брату пакет с логотипом своего магазина. – Подозреваю, что давненько ты не пил приличного вина, поэтому я постаралась и подобрала тебе лучшее.

Кайл казался растроганным.

– Ох, Джордо, ты не должна была так утруждаться. Но я все равно с удовольствием его выпью. – Он вытащил бутылку, посмотрел на этикетку, а потом на сестру: – Очень смешно.

Грей подался вперед:

– Что такое?

Кайл поставил вино на стол этикеткой к отцу:

– Орин Свифт, «Узник».

Грей расхохотался, а Джордан улыбнулась:

– Вообще-то, одно из моих любимых.

Официант принялся подавать сашими и севиче из желтоперого тунца, а отец с дочерью позволили Кайлу самому решать, сколько он хочет рассказать о своем заключении. В основном Кайл все повторял, мол, поверить не может, что его отпустили.

– Какая жалость, что пришлось распрощаться с сокамерниками, – саркастически заметил он. – Вообще-то, самый нормальный там Пучальски. До сих пор не пойму, какая муха его укусила?

Подцепив пальчиками кусочек хамачи, Джордан решила поскорее свернуть опасную тему.

– Наверное просто психанул.

– Но откуда у него взялась вилка в обуви? Будто он планировал напасть. Бессмыслица какая-то.

«Оставь это, Кайл».

– Может он всегда ее носит, – пожала плечами Джордан. – Кто поймет, что творится в головах у этих заключенных чудиков?

– Эй. Я теперь тоже один из этих чудиков.

Грей наклонил свой бокал:

– И кто мог подумать, что ты устроишь то, что сделал?

– Просто взлом Твиттера, – пробормотал Кайл.

– А давайте сменим тему, – предложила Джордан, почувствовав, что разговор становится напряженным.

– Хорошо. Поговорим о тебе, – сказал Грей. – Я так и не поинтересовался, как прошла вечеринка у Ксандера?

«Как по минному полю идешь».

– Хорошо. Собственно, как обычно. – Не считая мелкого домашнего шпионажа. Джордан глянула на брата: «Смени тему. Сейчас же».

Тот недоуменно уставился на сестру: «А что?»

«Просто смени».

Кайл скривился: «Ладно, ладно».

– Кстати о вине – Джордо, как твоя поездка в Напу?

Отлично. Гениальный братец выбрал еще одну тему, которую Джордан не хотела обсуждать.

– Посетила тот новый винный завод, о котором тебе рассказывала. На этой неделе заключим сделку, чтобы первыми поставлять их вино в Чикаго.

– А Мистер Высокий, темный и горячий с тобой ездил? – непринужденно уточнил Грей.

Джордан отложила палочки и посмотрела на отца. Тот нахально улыбнулся и отпил вина.

– Ты что, тоже читаешь колонку сплетен?

– Конечно, нет, – фыркнул Грей. – Мне их читают. В половине случаев именно так я узнаю, что с вами двумя происходит. И не увиливай от вопроса. Расскажи нам о своем новом парне. Очень странно, что ты ни разу о нем не упоминала. – И уставился на дочь с неумолимостью Ока Саурона.

Джордан глубоко вздохнула и внезапно почувствовала дикую усталость от лжи и всех этих игр в секретных агентов. Кроме того, все равно придется посмотреть в лицо правде.