Лоуренс Сандерс - Личное удовольствие

— Я думаю, нам не надо пока встречаться. Давайте держать связь по телефону, а в среду, или когда все уже будет закончено, мы разработаем наши дальнейшим шаги.

После того как он уехал, Джессика снова наполнила наши бокалы, и мы сели, уставившись друг на друга.

— Ну, что ты думаешь по этому поводу? — спросила она.

— Я думаю, смогу ли я удержать в руках Бобби, — ответила я. — После его последнего визита я в этом совсем не уверена. Когда Вилли выкатится отсюда, Герк наверняка явится наказывать нас, и действовать он будет силой. Использует, например, Хима или этого убийцу из Майами.

— Давай я скажу тебе кое-что, — тихо проговорила Джесс. — Кое-что, чего я не сказала Вилли-проныре. И надеюсь, ты тоже не проболтаешься. После того как я увидела Тедди О. у моего дома и вспомнила, что Бревурт говорил нам об этом мужике, я решила для надежности выставить мой дом к продаже. Я внесла его в список домов, которые пойдут на торги. После того как мы получим ЖАВ-таблетку, я намерена уехать вместе с Вилли и никогда не возвращаться назад. Куда бы мы ни поехали, я всегда могу сделать так, чтобы адвокат перевел мне деньги, которые я получу за свой дом. Но я не собираюсь оставлять новый адрес ни Бобби Герку, ни тем более Тедди О. Поэтому, я надеюсь, они не смогут скормить меня акулам. Ребята такого плана всегда до чертиков пугали меня.

— Боже мой, Джесс, — воскликнула я, — а что же случится со мной? Ты и Вилли оставите меня одну слушать эту музыку? Ты же сама сказала, что эти ребята не будут милыми и ласковыми, когда поймут, что их надули.

В течение какого-то времени она сидела в задумчивости.

— Лаура, скажи, квартира, в которой ты живешь, твоя?

— Нет, я ее снимаю.

— Тогда ты просто можешь уехать оттуда. Послушай моего совета и начни паковаться. Во всяком случае, я уже делаю это. Я беру с собой два чемодана барахла, которое мне действительно нравится, а все остальное просто бросаю. Какого черта? Если верить Вилли, у нас будет колоссальное количество денег и мы сможем купить себе кучу новых тряпок.

Я посмотрела на нее:

— Знаешь, Джесс, пожалуй, ты права. Я буду готова к моменту, когда мы достанем эту долбанную таблетку. Нам надо уезжать всем троим.

— А также, — добавила она с усмешкой, — будет совсем не плохо приглядывать за Вилли-пронырой, в случае если у него вдруг появится вульгарная мыслишка надуть нас.

— Мне нравится, как ты думаешь, — улыбнулась в ответ я. — У меня появились серьезные сомнения относительно этого придурка. С тех пор как он обнаружил, что Тедди О. сел ему на хвост, он места себе не находит от страха. Мы будем последними идиотками, если позволим ему слинять вместе с таблеткой.

— Именно это я и имею в виду, — кивнула Джесс. — Так что мы глаз с него не должны спускать.

— Верно! — согласилась я. — А сейчас я отправляюсь домой и начинаю собирать вещи. У тебя есть какая-нибудь идея, куда мы поедем, после того как дело будет сделано?

— Знаешь, я подумываю о Новом Орлеане. Сама я там никогда не была, но слышала, что это город больших возможностей.

— Отлично, — одобрила я. — Я готова поменять эту обстановку на любое место, где не существует Бобби Герка.

Я допила свой напиток, поцеловала на прощание Джессику и отправилась домой.

Когда я припарковалась у своего дома, совсем рядом со мной проехала черная „тойота". Я увидела водителя, маленького человечка в очках. Могу поспорить, он улыбнулся мне. Я чуть не намочила трусы.

Я не удивилась, что Герк рассказал Тедди О., где я жила, но для меня было настоящим потрясением узнать, что он следит за мной. Я забежала в дом, заперла дверь и задернула занавески. Затем достала два чемодана и начала складывать вещи, которые собиралась взять с собой.

У меня было очень много красивых вещей, и мне действительно жаль было расставаться с большинством из них, но ничего не поделаешь. В конце концов, я выбрала мои любимые вещи, а не барахло Вилли Бревурта — пусть он тащит его сам.

Куда бы мы ни собирались поехать, этот пижон сможет сам покупать себе тряпки.

49

Герман Тодд

Во вторник утром я проснулся с обычными признаками сильнейшего похмелья. Взглянув на себя в зеркало в ванной, я увидел, что со мной делают все эти выпивки, встречи и прочее. Я начинал выглядеть как старый алкоголик-потаскун. Кожа на лице обвисла и жирно блестела. Мне стало интересно, как много времени потребуется моей печени, чтобы она загнулась. Это именно то, что случилось с моим отцом.

Марлен уже ушла на работу, Таня где-то гуляла, и поэтому я спокойно принял душ, побрился и отправился в соседний дом, чтобы разживиться чашкой черного кофе. Мейбл Бэрроу сидела на кухне, листая страницы журнала для женщин. Когда я вошел, она внимательно посмотрела на меня.

— Герм, ты что-то паршиво выглядишь, — сказала она.

— Ага, — согласился я. — Только твой изумительный кофе может исцелить меня. Как насчет чашечки?

Она поднялась и сварила мне чашку великолепного, крепкого душистого кофе, а также поставила передо мной тарелку с только что приготовленным печеньем. На ее голове болтались розовые пластиковые бигуди. Это полностью выключало меня. Зато одета она была в футболку без лифчика и короткие обтягивающие шорты. Вот это включало меня.

Мейбл села напротив и взяла с тарелки печенье. Когда она откусила от него кусочек и я увидел ее острые белые зубы, я получил очень мощный сексуальный заряд — пожалуй, наиболее сильный за последнее время. Поэтому я решил, что нечего тянуть зря время.

— Завтра, — сказал я ей.

— Что? — спросила она, сама невинность.

— То, о чем мы с тобой разговаривали. Роман века.

— Ну, я не знаю, — протянула она с сомнением, — я не до конца уверена.

Я погладил ее руку.

— Мейбл, — сказал я, глядя ей прямо в глаза, — давай не упускать наш шанс. Или же ты будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Так же как и я. Ты и я, мы просто созданы друг для друга, я чувствую это. Мы думаем с тобой одинаково, чувствуем одинаково, нам обоим необходимо одно и то же — немного радости, капельку счастья и чуть-чуть веселья, чтобы разнообразить свою жизнь. Разве я не прав?

Она кивнула.

— Так давай сделаем это, — настаивал я. — Завтра в полдень, только ты и я, и никто никогда не узнает. Это будет наш секрет, и это будет замечательно.

Она доела свое печенье и вытерла пальцы.

— Что мне надеть, Герм? — спросила она низким голосом.

Я подмигнул ей:

— Все, что ты очень быстро сможешь снять. Мы с тобой не станем играть в шашки, как ты догадываешься. Мейбл, то, что будет, будет большим удовольствием. Я собираюсь любить тебя так, как никто никогда не любил тебя раньше.