Энн Максвелл - Тайные сестры

– А почему вы считаете, что Молли что-то знает о делах, происходивших так далеко, в Колорадо? – Джонни пытался освободить Молли из-под суда, предложив в обмен какую-то информацию об этих делах Хойту Джексону из Бюро землевладения.

Индианка еще какое-то время пристально рассматривала Кристи. Затем она снова надела очки. И больше ничего не сказала.

– Одна из погибших – моя сестра, – сказала Кристи.

Юнис снова сняла очки и стала пристально вглядываться в Кристи, словно колдунья в магический шар.

– Ваша сестра? – спросила Юнис.

Кристи кивнула.

– Вы хорошо ее знали? – снова спросила она.

Глаза Кейна сузились, когда он услышал этот странный вопрос.

– Я думала, что хорошо, – честно ответила Кристи. – Но оказалось, я ее совсем не знала. Она… была для меня тайной.

– Тайная сестра, – чуть слышно прошептала Юнис. – Смотрящая На Солнце должна знать. Мы слишком долго ждали…

Индианка вернулась в хижину. Гомер выпрямился, вытер руки о комбинезон и повернулся к Кейну.

– Ждите, – сказал он. – Она вернется.

– А что это она говорила о тайной сестре? – спросил Кейн.

Гомер промолчал, словно не расслышал.

Кейн посмотрел на Кристи. Она зябко куталась в ветровку.

– Хочешь куртку? – спросил он.

Она покачала головой:

– Я просто нервничаю.

Кейн молча подошел к Кристи и обнял ее. Она не сопротивлялась. Человеческое тепло было теперь ей нужно как воздух.

– Не бойся, – сказал Кейн. – Эти люди тебя не обидят.

– Я ничего не знаю об их обычаях и религии. Мы будто из разных миров.

Кейн осторожно погладил Кристи по голове.

На минуту Кристи закрыла глаза.

– Извини, – сказала она. – Я не должна так бурно на все реагировать. Просто мне кажется, что моя старая жизнь рухнула и вот-вот начнется другая, новая. У меня каждый нерв натянут как струна.

Кейн еще крепче обнял Кристи, словно хотел ее защитить.

– Все будет хорошо, – мягко сказал он.

– Я надеюсь.

Снова тишина – лишь завывание ветра.

– Родная!

Кристи подняла глаза на Кейна.

– Смотрящая На Солнце может не захотеть разговаривать с мужчиной, – сказал он. – Может быть, тебе придется идти одной.

– Одной?

Кейн кивнул:

– Ты справишься?

Она неуверенно улыбнулась:

– Попробую.

Кейн одобрительно посмотрел на нее и снова обнял.

Затем он отпустил ее и отошел к одинокому кедру, словно подчиняясь неслышному зову. Засунув руки в карманы, он смотрел на суровую землю, простиравшуюся перед ним.

Кристи тоже нервно сунула руки в карманы, не зная, куда их деть. В левом кармане она нащупала ключ Джо-Джо, а в правом – черную бусину, которую нашла в киве. Она вспомнила, что у Кейна в кармане лежит бирюзовый камень странной формы, и мысли ее снова вернулись к пещере, в которой они чуть не погибли.

А Джонни Десять Шляп погиб.

– Вы заплатите наличными или в кредит? – спросил Гомер.

– Наличными, – сказала она.

Она вынула из кармана двадцатку и протянула ее Гомеру. Тот отсчитал ей сдачу, затем повернулся на каблуках и ушел в хижину, оставив Кристи одну.

Прошло пять минут, а из хижины так никто и не появился. Кристи, устав ждать, подошла к Кей-ну. Пара воронов снова поднялась в воздух, сердито крича. Но вскоре птицы успокоились и уселись на ветках, глядя на людей черными, как у Кокопелли, глазами.

Кристи показалось, что у ветра здесь какой-то другой звук – древний, мудрый.

– Мы ждем какого-то знака? – спросила она.

– Терпение, Рыженькая, – сказал Кейн. – Эти люди слов не ветер не бросают, а часов они предпочитают не носить, если могут обойтись без них. Расслабься и слушай ветер.

– Я слушала.

– Слушай еще. В нем есть что-то мирное, спокойное.

Кристи прислушалась.

Но в звуке ветра ей слышался не покой, а одиночество.

Высоко-высоко в небе пролетел самолет, оставляя за собой тонкий белый след, словно напоминая о другой жизни, чем та, что медленно течет на этой древней земле.

«Я сейчас должна была бы быть в этом самолете, – подумала Кристи. – Пусть бы он унес меня прочь отсюда, домой…

Домой? Куда домой? У меня нет дома.

В Нью-Йорке у меня никого нет, кто был бы близок мне по крови или духу. И нигде, на всей Земле у меня никого нет…»

Дверь хижины наконец открылась, и показалась Юнис. Даже не посмотрев на Кейна, она обратилась к Кристи:

– Смотрящая На Солнце встретится с вами.

– Когда? – спросил Кейн.

Юнис молчала.

– Когда? – тихо спросила Кристи.

– Завтра на рассвете.

– А нельзя раньше? – попросила Кристи. – У нас срочное дело.

– Завтра на рассвете, – твердо повторила Юнис.

– Где?

– В великой киве в Чако, в том месте, которое вы называете Пуэбло-Бонито.

Кристи посмотрела на Кейна. Тот кивнул.

– Я знаю эту киву, – сказал он. – Но почему там и почему завтра на рассвете?

В первый раз Юнис посмотрела на Кейна. По ее лицу нельзя было прочитать, о чем она думает.

– Почему… – начала Кристи, решив, что Кейну Юнис не ответит, но та уже заговорила.

– Рассвет священен, – просто сказала она. – И великая кива священна. На рассвете в великой киве Смотрящей На Солнце открываются все секреты.

– Мы будем там, – сказал Кейн.

Выражение лица индианки было бесстрастным, но Кристи была уверена, что той понравился Кейн.

– Хорошо, – сказала Юнис.

Она посмотрел мимо белых людей на пустыню, словно видела там что-то, доступное только ей.

Кристи почувствовала, что Кейн легко тронул ее за плечо, и поняла, что она невольно глядит в ту же сторону, что и Юнис.

Кристи не знала, сколько времени она простояла в забытьи, глядя на пустыню. Когда она очнулась, Юнис ушла, а Кейн по-прежнему держал ее за плечо.

Налетел ветер, играя с рыжими волосами Кристи, нашептывая ей древние, древние тайны…

– Ты был прав, – тихо сказала Кристи. – В ветре пустыни действительно есть покой.

Фургон свернул с узкого асфальтированного шоссе на посыпанную гравием дорогу, и шины беспечно зашуршали по камешкам. Этот звук заставил Кристи очнуться от полусна и оглядеться вокруг.

Дорога была незнакомой.

– Где мы? – спросила она.

Кейн показал рукой на север.

– Видишь те белые горы вдалеке? – спросил он.

Небо над ними казалось ярко-голубой опрокинутой чашей. Кристи сначала ничего не увидела, кроме редких белесых облаков на ослепительно-голубом фоне.

– Вон та гряда на горизонте? – наконец разглядела она горы.

– Это горы Сан-Хуан, – сказал Кейн. – Северная граница.

– Граница чего?

– Империи анасазей. Мы сейчас приближаемся к ее центру.

Кристи снова посмотрела на горы, снежные вершины которых ярко горели на солнце.