Татьяна Луганцева - Королевство треснувших зеркал

Спасибо тебе, Элеонора, добрая ты! Вот что ценю в тебе, так это простоту!

— За что взяла, за то и продаю.

— Вот именно! Нет бы просто сказать, что привезли свадебное платье, так нет, надо в красках поведать грустную историю смерти невесты накануне свадьбы и о плохой примете.

— Да ты что, веришь в эти приметы? — Тонкие брови Элеоноры удивленно поползли вверх. — Какие глупости! Ты же современная, цивилизованная женщина. А у меня одна примета: если это платье, привезенное за тысячу километров отсюда, оказалось у меня, когда моя подруга выходит замуж, значит, оно ехало к тебе! — тряхнула черными волосами Элеонора.

— Железная логика… хорошо, давай посмотрим это платье, — вздохнула Алиса, пожав плечами.

— Поехали! — поднялась с удобного кресла Элеонора и кинула последний взгляд на стеклянную радугу Алисы. — Эх, все-таки красивый дизайн! Сюда бы еще товар, соответствующий оригинальному оформлению помещения.

Алиса извинилась перед продавщицей и последовала за подругой.

— Валентин, наверное, все же подберет для себя там костюм…

— Это ради бога! — отмахнулась Элеонора. — А ты у меня, раз уж я буду свидетельницей на твоей свадьбе, будешь самой красивой невестой, вот увидишь!

Элеонора села в «Пежо». Алиса расположилась рядом.

Хорошая машина. Автомат?

— Пулемет! — Эля резко набрала скорость и направилась в сторону своей галереи. — Как быстро у вас все с Валентином сладилось… недавно жену похоронил, ты свободна…

— Меня это тоже смущает, — согласилась Алиса, — и следователь несколько раз вызывал нас с Валентином к себе. Все подозревает нас в причастности к убийству своих половин, чтобы нам соединиться… Переливает из пустого в порожнее, а доказать ничего не может.

— Когда-нибудь отстанет, — успокоила ее Элеонора, проскакивая на перекрестке на красный свет.

— Красный свет был! — закричала Алиса, мгновенно вспотев.

— Где? — деловито поинтересовалась Элеонора, смотря в зеркало заднего вида.

— Позади!

— Я не заметила… странно, красный — мой любимый цвет, — ответила Элеонора и поправила прическу.

— Ну, ты даешь! — с возмущением сказала Алиса. — Вот из-за таких, как ты, и не любят женщин за рулем.

— А нас не за рулем любить надо, это неудобно! — Элеонора резко завернула. — Ты мне лучше скажи, пока я не забыла, где твоя Роза? Я нашла для нее заказчика — богатого человека, который хотел бы украсить ее пейзажами свой загородный дом. Мы бы неплохо все заработали, а она, как назло, словно сквозь землю провалилась.

— Ничего не знаю, и искать ее не советую. Последний человек, который ее искал, очень плохо кончил, — ответила Алиса, имея в виду частного детектива Василия.

— Ты не волнуешься за нее? Куда она могла подеваться? — спросила Эля, сворачивая к своей галерее.

— Я бы волновалась за Розу, если бы она была в этом странном реабилитационном центре, но, по словам следователя, ее там нет. Он беспрепятственно вошел в центр, говорил с директрисой и все осмотрел.

— Сколько прошло времени, как пропала Роза? — спросила Элеонора.

— Чуть меньше месяца, — ответила Алиса, — сначала исчез ее муж, затем она… Я не думаю, что она пропала, скорее всего, не выдержала бешеного ритма Москвы и уехала обратно к себе в провинцию.

Элеонора припарковала машину у своего салона, и они вошли внутрь. Чье-то знакомое лицо промелькнуло мимо Алисы при входе в галерею, но она не придала этому значения.

Элеонора Эдуардовна, — поспешила навстречу хозяйке сотрудница художественного салона, — только что приходила одна женщина и оставила для вас подарок.

Подарок? Это я люблю.

Да, какую-то картину, — ответила сотрудница.

Фи! — недовольно скривилась Элеонора. — Чтобы я продала ее у себя в салоне? Ты же знаешь, что я у незнакомых людей ничего не беру без предварительного просмотра.

Нет, нет, Элеонора Эдуардовна, она четко сказала, что это подарок. Еще она просила… — девушка наморщила лоб, вспоминая, — чтобы вы повесили ее в своем кабинете на правую стенку. Да, именно так она и сказала!

Какая наглость! Что за маразм? Буду я вешать неизвестно что, да еще в своем кабинете! — возмутилась Элеонора и потянула Алису за руку. — Идем ко мне в кабинет, платье там.

Платье? — переспросила Алиса.

Алиса, очнись! Ты забыла, зачем мы сюда приехали? Тоже мне — невеста! Ты хоть помнишь, за кого замуж выходишь?

Платье умершей незадолго до свадьбы невесты произвело на Алису неизгладимое впечатление. Она поняла, что пойдет под венец только в нем. Правда, платье оказалось огненно-красным.

Оно красное? — сначала удивилась Алиса.

Красивый цвет, яркий, сочный. Кто сказал, что невеста должна быть обязательно в белом? Между прочим, в старину на Руси невесту отдавали замуж в красном сарафане.

Лиф платья оказался весь расшит красным бисером, а подол и рукава были из кружева ручной работы.

Действительно, музейный экспонат, — согласилась Алиса.

Ну, а я тебе что говорила? Ты будешь в таком платье единственной и неповторимой невестой. Зачем тебе белое платье? Не первый раз идешь замуж! — Элеонора ловким движением вытряхнула из пачки сигарету и сунула себе в рот, взгляд ее остановился на большом газетном свертке, перетянутом бечевкой и преспокойненько стоящем у нее в кабинете, у стенки.

А это еще что такое? А, наверное, это и есть подарок от неизвестной женщины, — догадалась она, — давай посмотрим.

Элеонора разрезала бечевку ножом и развернула газету, явив миру картину, написанную маслом в абстракционистской манере.

Фи! Что за мазня?! И эта особа хотела, чтобы я повесила эту безвкусицу у себя в кабинете! Ну и самомнение у нее! Действительно подарок, так как никто и копейки не заплатит за такую работу, — сразу же оценила ее профессиональным взглядом Элеонора.

Можно я возьму ее себе? — спросила Алиса.

Забирай, пожалуйста.. Только зачем она тебе? — удивилась Элеонора.

Хороший холст! Нарисую что-нибудь сверху… — ответила Алиса, привыкшая экономить на всем.

Бери, конечно, только я могу подарить тебе хорошие, неиспользованные холсты, — сказала хозяйка салона.

Так Алиса стала обладательницей чудесного платья и мазни неизвестного автора. Свою добычу она привезла в отремонтированную Валентином квартиру, где он и застал ее за странным занятием, когда заехал к ней вечером. Она сидела в старых джинсах и черной футболке, поджав ноги, и снимала краску с подаренной Элеоноре картины.

Что ты делаешь? — поинтересовался он, присаживаясь рядом.