Барбара Вуд - Священная земля

Она выглянула в открытое окно и увидела, что Лоренцо все еще пьет с гостями в тени розового дерева. Один мужчина, на голову выше остальных, привлек ее внимание: Хуан Наварро. Луиза недолюбливала его. Было что-то странное в его глазах. Им не хватало тепла, из-за чего они напоминали Луизе тварь из холодного моря. И он не улыбался, а только скалился. Ходили слухи, что Наварро скрывался в Альта Калифорнии от инквизиции, которая преследовала его за чтение запрещенных книг. Этот человек нажил свое состояние на мертвых! Наварро разорял могилы ацтеков и находил в них золото, серебро, бирюзу и нефрит. Поскольку могилы были языческими, это не считалось осквернением. Но все же, по мнению Луизы, не могло быть ничего отвратительнее, чем снимать кольца с трупов и надевать на руку. Она знала о его заветной калифорнийской мечте: Наварро, выходец из низов, желал стать аристократом.

Снова страх кольнул ее, и она быстро прогнала его прочь. Пусть Наварро попросит у Лоренцо руки Анжелы. Луизе все равно. Она с готовностью согласится — при условии, что свадьба состоится после их возвращения из Испании.

Выйдя с террасы, Луиза прошествовала через дом, где женщины полировали мебель и натирали полы, и вошла в свою комнату, где стояли чемоданы, приготовленные для путешествия. Здесь было убежище Луизы, куда не ступала нога Лоренцо с самого дня постройки дома. Ночи он проводил в своей опочивальне, встречаясь с женой и дочерью лишь за вечерней трапезой. Луиза была уверена, что муж не станет по ней скучать. Возможно, сначала он выйдет из себя, когда поймет, что она больше не вернется, но потом к нему придут дружки играть в кости, вино потечет рекой, и о двух женщинах, когда-то обитавших в этом доме, со временем все забудут. Найдутся и утешительницы: Луизе было известно не только об индейских любовницах, но и об индейских отпрысках Лоренцо.

Сидя за туалетным столиком, Луиза открыла крышку небольшого деревянного ящичка и вынула кусок бархатной ткани. Под ним лежал медный ключ. Зажав ключ в ладони, она ощутила исходившие от него волны надежды. Ключ был от маленькой шкатулки, которая сейчас хранится у отца Хавьера.

Начало ее тайнику положил один случай десятилетней давности: однажды из пуэбло прискакал кузнец Антонио Кастильо и взволнованно рассказал Луизе, что у них заболел ребенок и ему требуется помощь сеньоры. Целебными травами Луиза спасла малыша от верной смерти, и сеньора Кастильо на радостях во что бы то ни стало решила вручить Луизе золотое кольцо в знак благодарности всей семьи. Луиза пробовала отказаться, но кольцо ей буквально вложили в руки, и, согласившись принять его, она увидела, что сеньора отправилась домой счастливым человеком. А потом, когда Луиза помогла молодой женщине пережить опасные роды при помощи настоек, о которых узнала от старой индианки, благодарный муж скромно предложил Луизе в подарок серебряную брошь. Спустя какое-то время Луиза перестала отказываться. Она не видела причины, по которой не могла бы творить добро во имя Пресвятой Девы Марии и одновременно получать за это плату. Разве отцы-миссионеры не пускали по кругу блюдо для подаяний во время службы?

Лоренцо ничего не знал о тайных накоплениях Луизы. Собрав первые ценные вещи, она испугалась, что он найдет их и просадит в азартные игры. С колонистами и солдатами Лоренцо играл в карты и кости, а с индейцами ставки делались на количество пальцев, которое игрок показывал за спиной. Лоренцо мог даже разлечься под деревом со своими приятелями с других ранчо, наблюдать за Камино Виехо[14], и спорить о том, какой масти будет следующая появившаяся на дороге лошадь. Поэтому Луиза отнесла шкатулку с ценностями к отцу Хавьеру из миссии и доверила ему ее на сохранение. На протяжении долгих лет, пока Лоренцо не появлялся дома, предаваясь азартным играм или уезжая на охоту, Луиза ходила в миссию и оставляла у отца Хавьера последние накопления, словно он был банкиром. В шкатулке лежали и монеты: серебряники, мексиканские песо, испанские реалы и даже немного золотых дублонов. Неплохое состояние.

Все оно должно было достаться ее дочери. Анжела останется независимой, даже выйдя замуж. Если бы у Луизы были деньги, когда ее дочь умерла в Соноранской пустыне, то она вернулась бы в Мексику. Но она слишком зависела от Лоренцо. С Анжелой подобного не случится. Она хотела отдать все Анжеле в Мадриде, где собиралась составить документы, подтверждающие, что муж Анжелы, кем бы он ни оказался, не будет иметь прав на ее деньги.

Услышав стук в дверь, Луиза быстро положила ключ на место, убрала ящичек в стол и затем пригласила посетителя войти.

К ее изумлению, это был Лоренцо. Она сразу заметила, что муж пьян. Донья Луиза сжала ладони на коленях. Оставалось меньше суток до отъезда, и она не могла подвергать риску свой план. Но когда Луиза увидела, как его взгляд блуждает по чемоданам, ее сердце екнуло: он передумал!

Она выпрямила спину. Даже если он догадался о ее намерении остаться в Испании, это не страшно. Лоренцо никогда не просыпается раньше полудня. Они с Анжелой выскользнут из дома до рассвета и успеют добраться до берега…

— Возможно, наши отношения испортились в последнее время, — сказал он хриплым голосом, будто не привык разговаривать с ней, — и теперь мы мало похожи на мужа и жену, но я любил тебя, Луиза. Господи, как я любил тебя!

Хотя на его висках появилась седина, а кожа потрескалась от палящего солнца, Лоренцо все еще оставался привлекательным мужчиной с военной выправкой. Но он уже не волновал ее так, как в Мексике, когда они были молоды и влюблены друг в друга. В тот день, когда они похоронили дочь, Луиза закрыла свое тело для мужа. И одиннадцать лет назад, взывая к Пресвятой Деве Марии и прося у нее еще одного ребенка, она молила о чуде, ибо даже тогда, ради ребенка, Луиза не позволила бы Лоренцо прийти к ней на ложе. Вместо этого Дева Мария подарила Луизе уже выросшее дитя, избавив ее от унижения терпеть объятия мужчины и от мук деторождения.

Она молчала. Лоренцо говорил, как человек, решившийся на признание. Луиза крепилась изо всех сил.

— Вы не можете ехать в Испанию.

Она сохраняла спокойствие.

— «Эстрелла» не поплывет?

— «Эстрелла» поплывет, но без вас.

— Я не понимаю.

— У нас нет денег, чтобы оплатить поездку.

— Но я уже заплатила капитану Родригесу.

— Я забрал эти деньги.

Она изумилась.

— Как это забрал?

— Я задолжал их другим людям. И помимо них еще очень большую сумму.

Лоренцо мялся с ноги на ногу, чувствуя себя не в своей тарелке в этой комнате с цветами, красочными ковриками и миниатюрными изображениями святых.