Беверли Брандт - Игра в свидания

— Может, после всего этого кого-то и потянуло бы на наркотики, — пробормотала Лейни и оторвала взгляд от разорванного приглашения на встречу выпускников.

Раздался стук в дверь.

— Да? — со вздохом откликнулась Лейни, недовольная тем, что ее не могут оставить в покое.

В комнату заглянул отец.

— Можно войти?

— Это же твой дом, — пожала плечами Лейни.

— Да, но это твоя комната, — сказал Карл.

Лейни оглядела голые стены, пустой комод, покрывало неопределенного цвета — в этой комнате не было ничего, что носило бы отпечаток ее личности.

— Гм.

Отец воспринял это как приглашение войти. Несколько мгновений он смущенно топтался на пороге, а потом спросил, указывая на кровать:

— Ты не против, если я присяду?

Лейни передвинулась к изголовью.

— Ради Бога.

Отец сел и стал нервно перебирать пальцами. Лейни какое-то время молчала, но потом не выдержала.

— Почему ты не делал ремонт в этой комнате? — прокашлявшись, спросила она.

Карл хмуро посмотрел на нее:

— Ну, потому что это твоя комната. Я не хотел делать то, что могло бы тебе не понравиться.

— Моя комната?

На этот раз плечами пожал Карл:

— Естественно. Ну, с тех пор как я живу здесь, она твоя.

— Но ведь я редко приезжала сюда. Проводила в ней лишь несколько дней в году, — удивилась Лейни.

— Знаю, просто я всегда хотел, чтобы ты знала: тебя здесь ждут. У тебя есть дом, место, куда всегда можно приехать. Я знаю, что у тебя никогда не было этого ощущения, когда ты росла.

Действительно. Не было. Лейни была потрясена тем, что отец признал это. А еще она была потрясена тем, что он как-то пытался изменить ситуацию, хотя она и не поняла его намерений. Она думала… Если честно, она думала, что он не захотел тратить деньги на ремонт комнаты, которой пользовалась только она.

Лейни закусила нижнюю губу и сморгнула слезы.

— Ну, в общем, я ценю это, — сказала она и добавила:

— Особенно сейчас.

— М-да. — Карл огляделся, избегая встречаться взглядом с Лейни. — Кстати, об этом. Прости, что мы все неправильно поняли. Если бы мы знали, как плохо обстоят дела…

— Знаю, — перебила его Лейни.

— Я вот что хочу сказать. Надеюсь, ты знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Может, я не лучший отец на свете — между прочим, я знаю, что не лучший, — но я люблю тебя и сделаю для тебя все, что в моих силах. Ты ведь знаешь это, да?

Когда отец повернулся к ней и обнял, Лейни расплакалась.

«Нет, — хотелось ей ответить. — Откуда я мoгy знать, что ты любишь меня, если ты никогда этого не говорил?»

Однако она уже начала понимать, что в некотором роде проблема заключается в ней самой. Чувствуя свою неполноценность, она искала необходимую уверенность снаружи — уверенность в том, что она чего-то стоит, что она любима. Что она что-то значит.

Она уже не ребенок. Пора перестать искать эту самую уверенность там, где ее нет, и найти в собственном сердце.

Плохо, что это так непросто.

Лейни хлюпнула носом и вытерла глаза. В дверь опять постучали, и в комнату заглянула Триш.

— Простите, что прерываю вас, — сказала она, — но там кое-кто спрашивает Лейни.

Лейни судорожно вздохнула. Ну кто это может быть?

Она тыльной стороной ладони вытерла мокрую щеку. Свидание с Елейном назначено на завтрашний вечер, к тому же вряд ли оно теперь состоится.

И Джек это быть не может. Да, сегодня вечером они собирались работать, но наверняка теперь он не захочет…

— Привет, Лейни. Ты готова? — спросил Джек, когда Лейни вышла к нему.

Он, как всегда, выглядел великолепно. Что до Лейни, то она знала, что вид у нее ужасный. Она не высушила феном волосы после душа, и сейчас они закрутились колечками. Еще она не накрасилась, только намазала лицо увлажняющим кремом, и все.

И одета она была в белые шорты и голубую тенниску. В общем, если она к чему и подготовилась, так это ко сну.

Джек же был в темно-серых слаксах, черных мокасинах и шелковой рубашке. Гладкая ткань так и манила Лейни прикоснуться к ней.

— Не могу поверить, что ты хочешь иметь со мной дело после всего этого. Боюсь, сегодня я не в состоянии работать. Может, возьмешь себе в помощь Дункана? — спросила Лейни, проходя в гостиную.

Она пригладила волосы, хотя знала, что это бесполезно. Что это ничего не изменит. Она в жутком виде. Ей поможет только капитальный ремонт.

— Да нет никакой работы, — вдруг заявил Джек, проходя вслед за ней.

Лейни удивленно захлопала глазами.

— Как это?

— Так. Нет работы. Я хотел хитростью вытащить тебя на свидание, — весело пояснил Джек.

Опешив, Лейни села на диван. Если бы дивана на месте не оказалось, она бы плюхнулась на пол.

— Хитростью?

— Да. Хитростью. То есть уловкой. Обманом.

— Джек, я знаю, что значит это слово.

Джек сел рядом с ней и, лукаво улыбнувшись, заправил ей за ухо прядь волос.

— Отлично. Значит, ты хорошо играешь в скрэббл. Тебе нравятся настольные игры?

— Игры?

— Да. Игры. Во множественном числе. Это тоже существительное. Означает…

— Все, поняла. Ну, не знаю. Я давно не бросала кубики.

— Ага, я тоже, — радостно признался Джек. Джек неторопливо гладил ее за ухом, и она ощутила, как внутри ее медленно разливается тепло.

— Ты? А я думала, ты спец. Из тех, кто выигрывает всегда и во всем.

Пальцы Джека замерли.

— Ты шутишь, да? — спросил он.

— Нет. — Лейни неэлегантно хлюпнула носом. — У тебя все получается само собой. Ты богат, красив. Наверное, ты был… ну, не знаю… капитаном школьной теннисной команды. Тебя назвали «Самым перспективным». И выбрали королем бала. Ты чертовски совершенен. Единственное, я не понимаю, зачем тебе сдалась я.

Проклятие! Зачем она это сказала? Джек не может не видеть, какие они разные. Так почему бы ей просто не разрешить ему гладить ее и флиртовать с ней? Да, они не созданы для того, чтобы пойти по жизни рука об руку, однако это не значит, что она не может позволить себе несколько часов удовольствия. Правильно?

А может… может, это инстинкт самосохранения.

Джек принадлежит к тому типу мужчин, в которых ей ничего не стоит влюбиться по уши. Он привлекателен. Добр. С ним весело.

Он богат.

О чем еще можно мечтать?

И все же есть одна закавыка. Он слишком совершенен. Ей нечего предложить ему. Черт, ей и самой себе нечего предложить.

— Пошли со мной.

Это звучало отнюдь не как просьба.

Джек схватил Лейни за руку, сдернул с дивана и, как куклу, потащил за собой к входной двери, бросив изумленной Триш, что они скоро вернутся. От удивления Лейни даже не стала напоминать Джеку, что она босиком.