Джанет Чапмен - Опасный защитник

Дункан внимательно оглядел помещение, словно вспоминая, кому еще следует отдать распоряжения.

– Они справятся без тебя, Дунки, – заверила Уиллоу, подталкивая его в спину, и улыбнулась всем присутствующим: – Простите нас за то, что мы вынуждены покинуть ваше общество, но я уверена, что вы…

Перегнувшись через подоконник, Дункан схватил ее за талию и выволок на пожарную лестницу.

Они решили, что сейчас для них самое безопасное место – это дом Люка, и, чтобы добраться туда, воспользовались его же машиной. Подобного выброса адреналина Уиллоу не ощущала со времен школы. Только сейчас все обстояло гораздо серьезнее. Грэмпа не нашли; ящики увезли неизвестно куда; она вынуждена прятаться от представителей и закона, и криминала; а Дункан рискует собственной шкурой, помогая преступнице, которую разыскивает полиция. Но хуже всего то, что они до сих пор не имеют понятия, кто же стоит за всем этим.

– Интересно, почему вы с Ки живете в прекрасных домах, а Люк – в такой развалюхе? – спросила Уиллоу, плюхаясь на продавленную кушетку в гостиной запущенного фермерского домика.

Не включая света, Дункан подошел к окну и выглянул наружу.

– Потому что Люк считает эту развалюху очень комфортабельной, – объяснил он, и Уиллоу даже в темноте увидела, что он усмехнулся. – Он вырос на улицах Нью-Йорка и никогда до этого не имел собственного дома, поэтому уже вполне счастлив, если крыша не течет и бачок в туалете исправен.

– Ну, не такой уж он дикарь, – засмеялась Уиллоу. – Вообще выглядит он гораздо цивилизованнее тебя.

– Это, наверное, потому, что он прошел трудную школу жизни, – предположил Дункан. – Кроме того, Люк прослушал четыре курса Колумбийского университета. Правда, диплома он не получил, потому что не платит за обучение.

– Он что же, тайком посещал лекции?

– Хуже того – он зарабатывал на жизнь тем, что писал курсовые работы для обычных студентов.

Уиллоу удивленно покрутила головой и поерзала на кушетке, чувствуя, что сидит на чем-то очень неудобном. Пошарив рукой, она вытащила из-под себя одинокую кроссовку и засмеялась:

– Похоже, Люк не часто принимает здесь гостей. – Она помолчала и добавила уже серьезно: – Как ты думаешь, Дункан, зачем они хранили эти пестициды на острове? Ведь уже четыре года, как их применение запрещено.

– Запрещено в Соединенных Штатах, – сказал Дункан и, пододвинув стул, уселся напротив Уиллоу. – Возможно, «Кингстон корпорейшн» заключила контракт на утилизацию пестицидов, но вместо того чтобы уничтожить, решила продать их в другую страну, где они не запрещены.

– Но ведь четыре года, Дункан! Каждое лето в этом пруду купаются подростки. Почему ящики никто не обнаружил? Джейн говорит, что уровень воды поднялся только прошлой зимой, значит, до этого они были на виду.

Дункан помолчал.

– А что, если это только одна партия из многих? – высказал он догадку. – Возможно, эти ящики сложили там только осенью и собирались вывезти весной, до того как на остров начнут приезжать подростки? Уверен, что зимой там никого не бывает.

Уиллоу задумалась:

– Но если это так, значит, в «Кингстон корпорейшн» должны храниться документы, подтверждающие, что за последние четыре года на полигон регулярно привозили эти пестициды. И если мы обнаружим, что на самом-то деле они там не захоронены, значит, все это время их продавали налево.

– Ты собираешься сама махать лопатой или доверишь это мне? Как, интересно знать, ты собираешься выяснить, захоронены там пестициды или нет?

– Это же полигон опасных отходов. У них обязательно должна быть схема, где точно указаны места захоронения. Это необходимо, потому что многие вещества просто нельзя хранить рядом, так как, вступая в реакцию, они образуют взрывоопасные соединения. Дункан встал и опять подошел к окну.

– Как я понимаю, ты хочешь, чтобы мы вломились в их офис, перерыли все бумаги, а потом начали копать в том месте, где, по твоему мнению, должны храниться пестициды?

– Нет, – нетерпеливо махнула рукой Уиллоу. – Мы действительно проникнем в офис, перероем бумаги и проверим, есть ли среди них документы, подтверждающие доставку пестицидов на полигон. Но если найдем их, то потихоньку выберемся оттуда, позвоним моему шефу и право копать землю предоставим ему.

– Как только он услышит твой голос, то немедленно потребует, чтобы ты явилась с повинной. Ты не забыла о полумиллионе долларов на своем зарубежном счете?

– Это не проблема, – отмахнулась Уиллоу. – У меня много знакомых адвокатов. Я смогу доказать, что то дело не было проиграно намеренно.

– Как?

– У меня же записан весь ход процесса и все мои действия.

– Правильно, именно так ты и должна была поступить, если бы собиралась его проиграть. Хороший обвинитель докажет это в два счета.

Уиллоу опустила голову. Дункан прав. Она и сама доказала бы это, если бы выступала от имени обвинения.

– Этот счет в зарубежном банке должен быть как-то связан с «Кингстон корпорейшн». – Она с надеждой посмотрела на Дункана. – Иначе откуда он вдруг появился и кто отправил Джону анонимное письмо? Я уверена, что раньше этот счет принадлежал им, а потом они просто переоформили его на мое имя.

– Да, но доказать это будет непросто.

– Нам нужен всего один надежный свидетель, – возразила Уиллоу. – В этой операции наверняка задействовано много народу. Несколько человек в дирекции занимаются документами; еще несколько рискуют жизнью, забирая ящики с острова. Должен быть агент за границей, который занимается продажей. И еще кто-то на самом полигоне, кто принимает сопроводительные документы без груза.

– Ну хорошо, – согласился Дункан, – предположим, что в течение четырех лет они нелегально продают пестициды за границу. Это означает, что судно, которое вчера забрало ящики с острова Тандер, направилось не на полигон, а в открытое море.

– И если Грэмп решил проследить за ними… – Уиллоу замолчала, не в силах закончить предложение. Дункан сел рядом и взял ее за руки.

– Мы должны быть готовы к худшему, детка. Грэмп мог идти за ними до тех пор, пока у него не кончилось топливо. А потом он попытался бы связаться с кем-нибудь по радио.

– Ты думаешь, что его нет в живых?

– Я думаю, что это возможно, Уиллоу. Иначе он уже дал бы о себе знать. И даже если предположить, что у него почему-то отказало радио, то ведь в это время года в заливе всегда много рыбаков. Кто-нибудь обязательно заметил бы его катер.

Судорожно вздохнув, Уиллоу уткнулась Дункану в грудь.

– Это все меняет, – прошептала она. – Получается, что мы расследуем уже не мошенничество, а убийство.

Дункан поднял ее лицо и заглянул в глаза.