Общество психов - Кэролайн Пекхам

так что чуть не подавилась, прежде чем смогла проглотить все что было у меня во рту.

Джек и Матео взяли себе по тарелке, и Джек ел почти так же быстро, как мы двое, заставив мое сердце сжаться от беспокойства. Неужели он ничего не ел все эти три дня? Я думала, что Матео кормил его, но то, как он жадно ел, заставило меня испугаться, что я ошибалась на этот счет. В конце концов, Матео не мог заходить на кухню, так как же я могла подумать, что он это делал? Глупый мозг. Посмотри, что ты натворил! Ты чуть не позволил желудку Джека уменьшиться настолько, что он мог выскользнуть через его зад. Как ты мог быть таким беспечным? Повторяется история со спичечным человечком.

Я доела остатки пасты и со стуком поставила тарелку на стол.

— Я выиграла! — Объявила я за секунду до того, как Найл поставил свою тарелку рядом с моей.

— У меня было больше, чем у тебя, так что я выиграл, — самодовольно сказал Найл.

— Не-а. Это не считается, — настаивала я.

— Еще как считается.

— Нет, не считается!

— Считается.

— Не считается, — прорычала я, а он пожал плечами, будто был абсолютно уверен в своей правоте.

— Ну ладненько. — Найл встал и вышел из комнаты, направляясь на кухню, а затем вернулся мгновение спустя с пистолетом в одной руке и пакетом в другой. Он бросил пакет Джеку на колени и приставил пистолет к его голове.

— Найл, так нельзя обращаться с семьей, — прошипела я, но Найл проигнорировал меня, указывая на пакет пистолетом.

— Открой, здоровяк, — сказал он, но Джек не двинулся с места. — Ты. Меня. Comprende? (Прим. Пер. Испанский: Понимаешь) — спросил он медленно, будто Джек был тупым, хотя это было совсем не так. Он был острым как бритва.

Джек медленно взял пакет, разорвал его и обнаружил внутри новый электрошоковый ошейник в пластиковой упаковке.

— Ооо, а мне можно такой? — с энтузиазмом спросила я, но Найл покачал головой.

— Он для Джека. Надевай, давай, у меня нет всего дня в запасе, — потребовал Найл, и я надулась, когда Джек достал его и надел на шею. Найл подошел к нему, достал из кармана висячий замок и свободной рукой закрепил им ошейник так крепко, как только мог.

— Вот так, — сказал Найл, поглаживая острую линию скулы Джека своим пистолетом, в то время как Джек смотрел на него без малейшего проблеска страха в его бурных глазах. — Если мы собираемся играть в дом, то тебе понадобится спальня. Ты можешь спать в комнате рядом с комнатой Матео внизу. — Он указал на коридор, который вел к паре спален в задней части дома, а затем достал из кармана телефон и начал что-то нажимать на нем. — Твоя зона доступа позволяет тебе входить сюда, в спальни, в ванную рядом с ними и немного погулять снаружи, если тебе захочется. Но если ты попытаешься пойти куда-нибудь еще, этот ошейник тебя поджарит. Я включил его на максимум, так что не испытывай меня, парень, если только у тебя нет желания умереть, в этом случае — прошу, зайди на кухню. — Найл жестом пригласил Джека пройти туда, но мой здоровяк остался на месте, его взгляд скользнул ко мне, и, клянусь, в его глазах промелькнул огонек, говорящий, что его такая ситуация не сильно смущает.

— Ты понял, здоровяк? — Найл приставил пистолет к виску Джека, и я надулась: мне не понравилось, как близко эти пули были к тому, чтобы пощекотать его мозг. С пулями шутки плохи. Они бы разнесли голову Джека, если бы выскочили и закричали «бу», а мне нравилась его голова такой, какой она была.

— Да, — сказал Джек, твердо кивнув.

— Хорошо. В обмен на то, что будешь хорошим мальчиком, я буду иногда кормить тебя и даже позволять тебе разминать свои большие ноги жеребца в саду, если буду в особенно щедром настроении. Но если ты меня разозлишь, я затащу тебя в свою камеру пыток, сыграю с тобой в «Операцию» (Прим.: Настольная игра, в которой игроки выполняют роль врачей, «оперируя» с помощью пинцета, таким образом извлекая различные «болезни» из тела пациента) и посмотрю, сколько органов я смогу вытащить из твоего тела, прежде чем ты умрешь.

От мрачных слов Адского Пламени меня пробрала дрожь, и хотя я определенно не хотела, чтобы Джек стал жертвой в этом сценарии, я бы не возражала, чтобы он сыграл в эту игру с одним из моих врагов.

Джек внезапно поднялся со своего места, заставляя Найла поднять на него глаза, несмотря на то, насколько огромным был мой Адское Пламя. Джек был как Годзилла среди небоскребов, а я была крошечным человечком на земле, жаждущим всех этих гигантов вокруг меня.

Джек прошел мимо Найла, направляясь прямо ко мне, пока я не оказалась в его тени, облизывая губы, когда мой новый монстр потянулся ко мне. Он подхватил меня на руки и понес прочь от Матео и Найла, в то время как они вытянулись по стойке смирно за его спиной.

— Куда, блядь, ты собрался? — зарычал Найл.

— Поставь ее, gigante (Прим. Пер. Испанский: Великан), — прошипел Матео.

— Комната? — спросил Джек, оглядываясь на Найла, когда дошел до конца коридора.

— Вон та, — сказал Найл, указывая. — Но ты не можешь взять Паучка туда и остаться с ней наедине.

Джек проигнорировал Найла, толкнув дверь и оставив ее открытой, так что Найл и Матео ввалились следом за нами, выглядя встревоженными.

— Наедине, — эхом повторил Джек, но он смотрел на меня, и в этом слове слышалось требование.

Я вскарабкалась повыше по его телу, чтобы выглянуть через его плечо на Найла.

— Мы хотим немного побыть наедине, окей?

— Нет, — одновременно ответили Найл и Матео.

Я перевела взгляд с одного на другого и закатила глаза.

— Нам нужно время поговорить на нашем секретном языке. Вы не можете быть здесь, иначе магия пропадет. — Я взмахнула руками, прогоняя их, и Найл крепче сжал пистолет в своей руке.

— Может быть, это была плохая идея, — пробормотал он. — План меняется. Пойдешь со мной в лес, здоровяк. Можешь выкопать славную ямку… где-то, шесть футов восемь дюймов (Прим.: примерно двести три сантиметра), я бы сказал, а потом мы вместе весело споем и станцуем. По-настоящему славно проведем время, ты и я, как тебе такое? — Найл ухмыльнулся, и хотя его веселая игра в «выкопай яму» действительно звучала забавно, я очень хотела немного побыть с Джеком наедине.

— Нет, Найл. Иди и займись чем-нибудь с Матео, — настаивала я. — Вы можете