Татьяна Луганцева - Королевство треснувших зеркал

— Так вы думаете, что…

— Если нападение совершено на вашу базу, следовательно, это могли сделать в отместку вам, — постучал по столу карандашом следователь.

— Логично, — согласилась Алиса.

Глеб Трофимов растерялся вконец.

Да нет… никто вроде на меня зло не держит. Конкурентов у меня здесь нет, с лесниками я дружу, с рыбнадзором тоже, нелегальной охотой не занимаемся. Все состоят в обществе охотников и имеют лицензии.

Проверим, — пообещал следователь.

Никто мне не угрожал, ничего не требовал, — уверенно произнес Глеб, и у окружающих его людей не возникло сомнения в его искренности.

А вы, Валентин Михайлович, что можете сказать?

Я?!

Вы второй кандидат на заказное убийство. Крупный бизнесмен, владелец торгового центра… Среди охотников есть инженеры, архитектор, вряд ли могли их заказать, — пояснил следователь.

Так вы считаете, что это было убийство?

А как же! С туристической базы ничего не пропало, а вас хотели убить. Вывод напрашивается сам собой: убрать хотели одного из вас, а других нужно было убрать как свидетелей.

Теперь настала очередь Валентина наморщить свой лоб и напрячь память.

Мне тоже никто не угрожал… нет, ничего подобного не было. Я бы вспомнил.

А я бы проверила твою жену! У нее какая-то навязчивая идея насчет тебя! — подала голос Алиса и была тут же допрошена.

Она рассказала следователю о горе-фотографе Василии, о том, что ему заказали добыть компромат на Валентина, уличающий его в измене жене с другой женщиной.

Люда не могла этого сделать! — категорично произнес Валентин. — Одно дело заказать компрометирующие мужа фотографии, и совсем другое дело — убить его.

Но поговорить с вашей Людмилой стоит, хотя противозаконного она ничего не совершила, обратившись к частному детективу, имеющему лицензию, — сказал следователь.

Я не советую вам обращаться к моей жене, она не совсем здоровый человек, — предостерег следователя Валентин.

Хватит ее защищать! — обиделась Алиса.

Разберемся, — произнес следователь и углубился в свои записи в блокноте.

Ну а вы, Алиса Александровна, просто героическая женщина! — посмотрел на нее следователь. — Где вас, учительницу рисования, научили противостоять явно профессиональным наемным убийцам?

Я действовала исключительно по велению своего сердца.

Ну что же, — захлопнул следователь папку после того, как выяснил у Алисы все, что она видела на берегу озера, — на этом разговор окончен. Если у меня возникнут какие-нибудь дополнительные вопросы, я обращусь к вам. Все-таки, Глеб Константинович, советую вам нанять охрану для вашей базы отдыха, и вам, Валентин Михайлович, нужен телохранитель.

Алиса, Роза и Валентин попрощались с радушным хозяином и охотниками.

Простите, что испортила вам «Газель», — сказала Алиса.

О чем ты говоришь! Ты жизнь нам спасла, а машину мы починим, — ответили ей охотники и добавили: — Мы всегда будем рады видеть тебя среди нас. Мы принимаем тебя в наше общество охотников, и ты всегда будешь нашим самым дорогим гостем.

Валентин сначала отвез Розу домой, а затем Алису: еще раз извинившись за причиненные неудобства, он поехал на свою квартиру, где сейчас обитала его жена. Он долго звонил в дверь, но ему никто не открывал, тогда он достал свои ключи и открыл дверь. Сразу же в глаза бросился беспорядок, царивший в этом доме. На полу валялись какие-то тряпки, куча одежды висела в прихожей на вешалке. Валентин удивленно осмотрел все это и подумал: «Наверное, домработница ушла в отпуск или заболела, другого объяснения я не нахожу».

В большой гостиной картина беспорядка повторилась, вдобавок пахло затхлостью. Кожаный диван покрывал грязный плед, на столе, полировка которого была вся заляпана, стояла целая баррикада из пустых бутылок, коробки из-под пиццы и пепельницы источали неприятный запах. Окна были неплотно зашторены тяжелыми бархатными портьерами, в луче света, который пробивался сквозь щель в них, клубилась пыль. Ею же были щедро покрыты поверхности всех предметов. Валентин подошел к окну, резким движением отдернул занавеси, чуть не задохнувшись от пыли, мгновенно взлетевшей вверх. Окна давно не мылись, на подоконнике лежали окурки в губной помаде, пара дохлых мух и стопка старых газет и журналов. Валентин оглянулся в комнату и замер. Он только сейчас заметил Людмилу, лежащую на полу между столом и диваном. Короткий махровый халатик был задран, она лежала лицом вниз, сжимая за горлышко пустую бутылку и неестественно вывернув голову в сторону. Нехорошее предчувствие охватило Валентина. Он приблизился к жене, наклонился и пощупал пульс на ее шее. Но и без этого стало понятно, что она мертва, так как была совершенно холодна. Тошнота подступила к его горлу, он отшатнулся и, подойдя к окну, распахнул его настежь. Глотнув свежего воздуха, он пошел искать в этом хаосе телефон. Аппарат валялся за креслом на полу и не работал, возможно, был сломан или попросту отключен за неуплату. Валентин, пребывающий в шоковом состоянии, не сразу сообразил, что позвонить можно и с собственного мобильного телефона.

Бригады медиков и милиции прибыли почти одновременно. Валентин чувствовал себя словно в заколдованном круге, где жуткие события следовали друг за другом с устрашающей последовательностью. Он сидел в спальне на разобранной постели и унылым, монотонным голосом отвечал на вопросы следователя.

— Значит, вы являетесь мужем этой женщины, то есть пострадавшей?

Формально да, а фактически мы вместе давно не жили, — ответил Валентин.

Где же вы проживаете? — задали ему вопрос.

В другой квартире.

Какие у вас были отношения с Людмилой Лариной?

Обычные, — пожал плечами Валентин.

Почему же вы не жили вместе? — задал закономерный вопрос следователь.

Просто не могли… вернее, я не мог. Разве все, кто когда-то поженился, живут вместе? Людмила много пила, становилась агрессивной и невменяемой, и я устал с этим бороться…

Да, судя по количеству бутылок… — протянул следователь, глядя на дорогие часы Валентина. — А чем вы занимаетесь, Валентин Михайлович?

Я — директор торгового комплекса, — сказал Валентин.

Жена хотела развода?

Нет, — честно ответил Валентин, опуская голову.

Вы хотели? — уточнил следователь, делая акцент на первом слове.

Да, — ответил Валентин.

Наверное, она дорого обходилась вам? Требовала денег, содержания? — спросил следователь.

Я понимаю, куда вы клоните, но я мог содержать ее и не отказывал Люде в материальной помощи и после развода, — ответил Валентин под хмурым взглядом следователя.