Невинность в подарок - Аля Кьют

– Это точно, – подтвердил Алан.

– Абсолютно, – выдохнул Марк мне в губы. – Я никогда и никому не врал, Мари. Все мои подружки знали, что могут рассчитывать на одну ночь. А с тобой я не могу остановиться, не могу прекратить.

– И я не могу, детка. – Алан стал целовать мою шею сзади. – Мы есть, Мари. Нас трое, и это даже я готов признать.

Зажатая между двух мужчин, я дрожала от возмущения и возбуждения одновременно. И, наверно, именно сейчас мы все трое были честны. Я не имела права отрицать то, что они оба приняли. И сил бороться у меня не осталось. Ни с ними обоими, ни с самой собой.

Мои губы двигались. Я пыталась что-то сказать, но тело говорило красноречивее слов. Я тянулась к Марку и таяла от близости Алана. Я тоже давно и сильно хотела их обоих снова. Одновременно. Как в ту первую ночь, когда они лишили меня невинности так виртуозно и страстно.

Слова больше были не нужны. Только Марк подсказал, когда Алан нетерпеливо потянул вниз мое платье:

– Пять крючков на спине, Ал.

Он ничего не ответил, но я почувствовала, как платье стало свободнее.

Марк завладел моими губами. Он целовал меня так нежно и сладко, что я застонала от удовольствия и подняла руки.

– Позволь, Снежок. Еще раз… быть с тобой. Чувствовать тебя. Сладкая девочка, – шептал Марк между поцелуями.

 Обнимая его за шею, я просто стояла и не двигалась, позволяя им двоим делать со мной все, что угодно. Алан расстегнул платье, и оно упало вниз. Он стал целовать мои плечи, спину, шею сзади. Его ладони скользнули по бокам, погладили живот, поднялись, чтобы нежно сдавить плечи.

Я откинула голову назад, продолжая принимать поцелуи Марка. Он недолго оставался нежным. Едва Алан зажал мой сосок двумя пальцами, я вскрикнула. Марк словно поймал этот звук ртом и обезумел вмиг. Он смял мои губы неистовым поцелуем. Его язык ворвался в мой рот, как враг в завоеванный город. Он то касался кончиком моего языка, отступая, то гладил его, то просто трахал мой рот, проникая жестко, изучая каждый миллиметр, чтобы пометить, как собственность. Марк прикусывал и посасывал мои губы, водил по ним языком.

Алан ласкал одну мою грудь, а Марк гладил вторую. Алан подцепил мои трусики, и Марк с пустил их до колен, позволяя скользнуть дальше по ногам на пол. Алан взял меня за бедро, заставляя поднять ногу, Марк развел в сторону пальцами половые губы.

Они в четыре руки сводили меня с ума. Я едва стояла самостоятельно. Голова кружилась от желания, запретного удовольствия. Моя злость превратилась в неконтролируемую похоть. Я нуждалась в оргазме. Сразу. Без приготовлений, без прелюдии. Поэтому совершенно не спорила, когда Марк сказал:

– Сейчас, Снежок. Я не могу ждать.

Он протолкнул в меня два пальца, забирая влагу возбуждения, и размазал по клитору и половым губам. Я застонала. Кажется, еще немного, и я бы кончила, но Марк не позволил мне даже попросить. Он закрыл мне рот поцелуем, расстегнул брюки и одним быстрым движением вогнал в меня член. Глубоко и мощно.

Алан продолжал держать меня под колено, а второй рукой не больно, но властно сжимал шею. Я вскрикнула, чувствуя себя такой уязвимой, такой чувствительной сейчас.

Несмотря ни на что, у меня не было сил отрицать, что я принадлежу им.

– Ты такая красивая, Мари, – проговорил Ал, чуть сдавив мою шею. – Честная, пылкая. Невероятная…

Я хныкала, сжимаясь, подгоняя Марка, который замер и целовал меня вместо того, чтобы начать двигаться. Только когда я начала извиваться, он лизнул меня в уголок рта и чуть отстранился, чтобы вернуться и заполнить меня снова. И снова до самого конца, выбивая из меня дух и крик. Он делал так несколько раз, изводя меня, казня и милуя одновременно. Я дрожала и хрипела, хватала его за волосы, тянула и царапала кожу головы.

В какой-то момент Ал передал Марку право держась мою ногу, а сам стал гладить мой клитор. Марк больше не дразнил, он двигался быстро, проникал глубоко, держал меня крепко, шепча в губы:

– Люблю тебя… трахать, Мари. Никогда… Ни с кем… Только ты… мое наваждение.

Он словно сдавался мне в рабство, признаваясь в собственном бессилии противостоять чувствам. И пускай Марк не любил меня, он хотя бы любил меня трахать до одури. Я смеялась сквозь слезы, принимая его признания, которые были, наверно, пиком в эротической и чувственной карьере Марка Стерна.

Я отпустила его волосы и завела руки назад, обнимая Алана, который ласкал мой клитор все настойчивее.

– Близко, кроха? – спросил он, угадывая мое состояние без труда.

Я утвердительно простонала, и Алан стал гладить еще быстрее и жестче.

Ловя за хвост сильнейшее напряжение, я подгоняла оргазм, который буквально вливался в меня с каждым толчком Марка. Ал запустил пальцы мне в волосы, заставляя повернуть голову и встретить его поцелуй.

– Кончай, Снежок, – потребовал Марк, врезаясь в меня тараном.

Зажатая межу ними, я никогда еще не чувствовала себя такой цельной. Эти мужчины как будто не делили меня, а собирали воедино. Я не могла объяснить, почему чувствую себя такой счастливой и гармоничной, кончая на члене одного и постанывая в рот другого.

Но это была гребаная гармония. Наполняющая и опустошающая одновременно. Уверена, мои ноги превратились в желе. Но слава богу, ходить мне никто и не позволил. Едва Марк кончил и отстранился, Алан поднял меня на руки и понес в свою спальню. Я обняла его за шею, предвкушая продолжение.

 Он уложил меня на постель, и я смотрела, как оба Стерна раздеваются, а в ответ получала не менее страстные взгляды. В этот момент я не думала, что мы совершаем что-то порочное, страшное, неправильное. Едва Алан присоединился ко мне на постели, а Марк лег с другой стороны, я почувствовала, что в безопасности. Почувствовала счастье. Только в их объятиях мне было так хорошо. Я не хотела иного, только принадлежать этим двум мужчинам. Одновременно, хотя и по отдельности они тоже были хороши. Но втроём – лучше.

Время словно остановилось. Реальность перестала существовать. Я обнимала Алана, подставляя искусанные Марком губы нежным поцелуям. Младший Стерн теперь прижимался сзади, гладил мои бедра, водил губами по спине и плечам.

Ал не торопился. Он долго целовал меня, ласкал и шептал, какая я красивая. Его пальцы опять дразнили мои соски, а потом и губы. Марк покусывал мое ухо, пока Алан водил языком по ареоле