Призрак (ЛП) - Заварелли А.

Они прямо передо мной. Но все же я сомневаюсь в этом. Подвергаю сомнению ее мотивы. Это кажется слишком легким. Что-то здесь не так.

Но я понимаю, что, когда я смотрю на татуировку моего бесчестья, это именно то, во что мне нужно верить.

Я крушу гостиную, когда Талия спускается вниз.

Сейчас два часа ночи. И она надела черную шелковую ночную рубашку, как я и просил.

Моя прекрасная чертова лгунья.

Моя предательница.

Она выворачивает меня наизнанку своим невинным видом. То, как она сейчас смотрит на меня. Такая мягкая и сладкая, и в то же время такая чертовски безжалостная.

Когда она видит гнев на моем лице, она делает шаг ко мне. Я поднимаю руку и говорю ей остановиться.

— Где это? — требую я ответа.

— Где что? — спрашивает она так невинно.

Меня трясет от ярости. Из-за того, что меня предали. Из-за того, что я сделал для нее. Я солгал Виктору. Рисковал жизнями других Воров, чтобы вернуть ее. Я защитил ее, как и обещал. Отомстил за нее, как и обещал. И вот теперь она стоит здесь, отказываясь сказать правду. Так же, как и Катя до нее.

Я считал их разными, но они одинаковы.

Я даже смотреть на нее не могу.

— Где камера?

— Алексей? — она смотрит на меня, как будто в замешательстве. — Ты что, пьян?

— Нет. На этот раз мой разум совершенно ясен. Ты довольна собой? — интересуюсь я. — Наверное. Ты одурачила меня куда лучше Кати.

— О чем ты говоришь? — снова спрашивает она.

— Ты же знаешь, что у меня камеры в каждой комнате этого дома, — говорю я ей. — Я найду ее. И ты все еще будешь это отрицать?

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — отвечает она.

Магда появляется у подножия лестницы, за ней через мгновение следует Франко. Они все смотрят на мое растрепанное состояние, на разбитые осколки, разбросанные на полу.

— Отведи ее на третий этаж, — приказываю я Франко. — Пусть поживет в той комнате.

— Что ты делаешь, Алексей? — требует Талия.

— Я не хочу видеть твое лицо, — отвечаю я. — Больше мне от тебя ничего не нужно.

Магда тоже пытается протестовать, но я отворачиваюсь. А я продолжаю свои поиски. Ломая и уничтожая все возможные тайники.

К тому времени, когда Франко возвращается через двадцать минут, у меня заканчиваются места для поиска.

— Мистер Николаев?

— Камера была в этой комнате, — говорю я ему. — Та самая.

— И ты все еще веришь, что это была Талия? — спрашивает он.

Кажется, он сомневается. Так же, как и Магда будет сомневаться. Их вера в нее ощущается как очередное предательство.

— Я хочу, чтобы все ее вещи отправили наверх, — требую я. — Сегодня вечером. Я не хочу, чтобы что-то осталось здесь. Отныне она должна оставаться на том уровне. Можешь передать им обеим.

Он не спорит.

Поэтому я поднимаюсь в свой кабинет и устраиваюсь за столом на вечер. Система безопасности в доме хранит записи только в течение месяца. Но я не покину эту комнату, пока не просмотрю все до последней записи.

Глава 44

Талия

Прошло две недели с тех пор, как я в последний раз видела Алексея.

Я до сих пор не знаю, что произошло.

Двери заперты, и теперь я пленник третьего этажа. У меня нет компьютера. Я ни с кем не общаюсь, кроме Магды, которая выглядит усталой и измученной каждый раз, когда мы встречаемся.

Сначала я подумала, что это недоразумение. Что Алексей был пьян и растерян.

Но теперь я больше не знаю, что и думать.

Я стараюсь думать позитивно. Но с каждым днем мой живот становится все больше, а сердце — все меньше.

Я доверилась ему.

А он уничтожил меня.

Сегодня утром, когда открывается дверь, я жду Магду с завтраком. Но вместо этого входит Алексей.

Мое сердце колотится в груди, и я сжимаю подлокотники кресла, в котором сижу, когда он подходит ближе. У него в руках мой компьютер. Но это не то, что привлекает мое внимание.

Его лицо.

Закрытое. Совершенно лишенный каких-либо эмоций.

Он останавливается в двух футах от меня и кладет компьютер на стол рядом со мной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я восстановил эти файлы, — говорит он мне. — Из письма, которое ты получила. Ты все еще отрицаешь это?

Я смотрю на экран, искренне ужасаясь открывшемуся передо мной зрелищу.

На фотографиях я. Но я их не помню. Я была слишком накачана наркотиками. Мне было очень хреново.

Я отворачиваюсь и чувствую, как меня тошнит. Алексей внимательно наблюдает за мной, лишенный какого бы то ни было сочувствия.

— Зачем ты мне это показываешь? — интересуюсь я.

— Именно ты их получила. Это ты всегда спрашивала, нравится ли мне трахать свою жену-шлюху. Так вот чего ты хотела? Ты хотела, чтобы они все тоже это знали. Зачем продолжать отрицать это?

— Лешка. — Я встаю и делаю неуверенный шаг вперед. — Расскажи мне, что происходит.

— Не подходи ко мне, — говорит он.

Я чувствую себя так, словно мне дали пощечину. Мои руки дрожат, и я больше не в состоянии сдерживать эмоции, которые сдерживала последние две недели, когда его взгляд скользит по мне.

— Я хочу знать, почему, — говорит он мне. — Зачем ты это сделала?

— Сделала что? — снова интересуюсь я.

— Выставила на посмешище своего мужа, — отвечает он.

Я делаю еще один шаг к нему, умоляя.

— Что бы ни случилось, ты ошибаешься. Я никогда не причинила бы тебе вреда, Лешка. Пожалуйста. Я умоляю тебя…

На краткий миг в его глазах появляется противоречие. Он хочет верить мне, но его прошлое не позволяет ему.

— У тебя будет мой ребенок, — обрывает он меня. — Но до тех пор я не хочу иметь с тобой ничего общего.

— Нет. — Я качаю головой между болезненными рыданиями, которые теперь сотрясают мое тело. — Ты ошибаешься, Лешка. Пожалуйста… Я люблю тебя.

В следующую секунду он бросается ко мне. Его пальцы зажали мое лицо в резкой и болезненной хватке, его глаза наполняются гневом. Он не может видеть дальше него. Он не может видеть дальше своей ненависти. Это поглощает его, и я бессильна остановить это. Я не понимаю. Как он может не видеть, что он — весь мой мир?

— Никогда больше так не говори. Никогда не лги мне в лицо, Солнышко. Если бы ты была кем-то другим, ты была бы уже мертва.

Он отпускает меня и возвращается к двери.

И со щелчком замка перерезает ту нить, которая еще связывала нас вместе.

Глава 45

Алексей

Я не видел свою жену уже два месяца, за исключением камер, по которым я иногда наблюдаю за ней.

Ее предательство хуже предательства любого другого.

Я думал, что со временем она смягчится. Но она не признается в том, что сделала. И даже сейчас на нее больно смотреть.

Она должна родить через два месяца. А потом, я не знаю, что произойдет.

Моя ярость поглощает меня. Угрожая жизни, которую я построил для себя в иерархии Воров. Угрожая моим отношениям с Франко, Магдой и даже Виктором.

Я не выходил из дома с тех пор, как произошел этот инцидент.

Я изучил все. Снова и снова просматривал наши совместные записи. В поисках подсказок, знаков. В поисках ее ненависти.

Я все еще не нахожу этого.

И это то, что ранит меня больше всего. Как она продолжает одурачивать меня, когда единственный логичный ответ есть на ее компьютере. Я еще не сообщил Виктору о том, что там обнаружил. Я сам до сих пор не могу в этом разобраться. Она едва могла пользоваться компьютером, когда получила его. По крайней мере, так сказала Магда.

Очередная ложь.

Я прошел через все. Покупки по кредитным картам. Я не могу понять, как она получила камеру. Я верю, что Сергей добрался до нее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Это то, в чем куда больше смысла. Он хочет уничтожить меня, и она очень хочет помочь. Я не знаю, как ей это удалось. Я знаю только, что все указывает на нее. И это последний раз, когда я доверился кому-либо.