Наталья Перфилова - Бриллианты для замарашки

— И женщин? — тихо спросил Ивакин. — Я видел, какими глазами он смотрел на тебя вчера… И уехали вы вместе…

— Я же сказала тебе, что я не святая.., и никогда не была, — с долей раздражения ответила я, разговор начал меня порядком утомлять. Настроение испортилось. — Я очень любила Павла. И сейчас люблю. Понял? Я думала, у нас все по-настоящему.., вернее, нет, наоборот, как в кино, красиво и по-честному. А он мне изменял.

Так почему я не могла ответить ему тем же?

— Ты могла просто уйти от него, а не опускаться до его уровня.

— Нет! Не могла. Я любила его. А он любил меня. Я это точно знала. И сейчас в этом не сомневаюсь. Если ему хотелось изменять, я не могла ему этого запретить, я могла понять и даже простить…. Но не совсем. Понимаешь? А я хотела полностью его простить… Может, я не очень ясно объясняю…. В общем, когда я, как ты говоришь, опустилась до его уровня, то поняла совершенно четко: измена никоим образом не влияет на мое отношение к мужу… Чувство вины даже, наоборот, заставило меня относиться к нему намного внимательнее, с большей заботой…

— Это глупо, Лиза, — печально посмотрел на меня Петр. — И не правильно.

— Может быть, — легко согласилась я. — У каждого может быть свое мнение.

— А почему ты вдруг решила, что Павел тебе изменяет? Застала его с другой?

— Нет. Он так и не узнал, что мне известно…

Мне показали фотографии.., в офисе с секретаршей, в сауне с проституткой… — неохотно призналась я.

— И ты так вот сразу поверила? — удивился Ивакин. — Через мои руки прошла куча поддельных карточек, порой их трудно отличить от настоящих…

— Не знаю, — сердито ответила я. — Диана тоже мне про это говорила… Я не рассматривала эту гадость, просто порвала сразу, и все…

— Зря…

— Зря, не зря.., какая теперь разница! Даже если они были подделкой, я не хочу об этом знать.

Павла больше нет, и все это стало неважно…

— Жив человек, который показал тебе эти фото?.. Кстати, зачем он это сделал?

— Из-за денег, само собой. Не секрет, что целая армия людей появилась, стремящихся большие бабки срубить на чужих проблемах. Папарацци, кажется, называются… Правда, я раньше считала, что они в основном на артистов и разных знаменитостей охотятся…

— Странно, что они обратились с этими кадрами к тебе, а не к мужу твоему… — почти не слушая меня, задумчиво перебил Ивакин. — Это было бы логичнее… Если только…

— Что?! — с каким-то злым нетерпением воскликнула я.

— Если только они настоящие, — спокойно закончил свою мысль Петр. — Похоже, тебя все же обманули…

— Какой смысл сейчас копаться во всем этом?

Я согласна, я поступила, как последняя дура…

Но что же мне теперь делать?! Прыгнуть с обрыва в реку?! — Еще чуть-чуть — и у меня начнется истерика. Видно, почувствовав это, Петя поспешил повернуть разговор в другое русло.

— Знаешь, этот Муратов Сергей мне не слишком понравился…

— Чем это, если не секрет?

Ивакин посмотрел на меня, хотел что-то сказать, но потом, видимо, передумал и улыбнулся:

— Не знаю, наверное, просто ревную, как мальчишка… Скажи, а почему из всех окружавших тебя мужчин ты выбрала именно его?

— Он был ближе всех, — после небольшого раздумья ответила я. — Всегда где-то рядом… Они часто работал и вместе с моим мужем… И в офисе, и у нас дома… Но, похоже, Павел уделял бизнесу намного больше внимания, чем его компаньон. Постоянно летал то на переговоры, то с инспекцией по предприятиям… Последнее время мы виделись все реже… А Сережа… Он старался угодить мне всегда и во всем, даже по хозяйству помогал… Иногда в театр приглашал…

— Ты была в него влюблена?

— Нет… Конечно, он мне нравился. Чего душой кривить! Умный, красивый. Он любой женщине бы понравился. Мне с ним было комфортно, спокойно. Я даже испытывала к нему сильное физическое влечение, когда мы с ним.., ну, вместе были… Но о влюбленности, тем более о любви, я никогда не думала…

— Ничего себе! Как это может быть — влечение было, а влюбленности не было? По-моему, это одно и то же.

— Ошибаешься, Петя. Эти понятия — две большие разницы, как говорят в Одессе. Влечение — это состояние тела, а влюбленность — души. В душе я мужу никогда не изменяла, я даже подумать не могла ни о чем подобном. Павел всегда, в любой ситуации, был для меня на первом месте… А тело… Оно, сам знаешь, иногда способно вести себя так, как ему вздумается…

— Значит, теперь, когда мужа не стало….

— Ничего не изменилось, Петя, — перебила я Ивакина. — По крайней мере, мое отношение к Сергею осталось тем же. Он мне нравится. Не более того. Я вообще не уверена, что смогу в своей жизни полюбить еще какого-нибудь мужчину… — Не знаю, зачем я все это рассказывала человеку, которого знала от силы несколько дней.

Наверное, мне просто хотелось выговориться, не столько отвечая ему, сколько подводя итог своим размышлениям…

Наконец мы подошли к машине, которая терпеливо дожидалась нас перед кафе…

…Увидев меня в сопровождении Ивакина на пороге своей городской квартиры, Саша очень удивилась, мне показалось даже, что в ее глазах мелькнул страх. Видимо, Петр тоже заметил ее панику, потому что поспешил представиться и предъявить женщине свое милицейское удостоверение. После этого, слегка успокоившись, Александра пустила нас внутрь своего жилища.

— Вам повезло, что вы застали меня дома. Я не пошла сегодня на работу… А Антошка в школе… — Она не знала, что говорить и как держаться с неожиданными гостями.

— Саша, а почему вы в милицию не пошли вчера? Вы же собирались? — спросила я.

— Видите ли… — Она покосилась на милиционера. — Вы нас покинули…

— Не стесняйтесь, — я, кажется, поняла причину ее затруднения. — Вы можете рассказывать все, как было.

— Ну, мы ехали в милицию, а вы по дороге вдруг сбежали… Мы так долго вас ждали, там, на дороге. Потом подумали, что вы рассказали нам не правду…

— И поэтому решили не заявлять?

— Нет, не совсем так… — Женщине было явно неловко говорить. — Мы пошли в кафе, и барменша рассказала нам, что действительно вчера из их туалета бандит с пистолетом похитил женщину и куртка правда осталась на стуле висеть… Ее милиция забрала…

— Так почему же вы тогда к нам не пришли? — все никак не мог понять Петр.

— Она подумала, что этот мужик изнасиловал меня, и я не хочу огласки, потому и сбежала.

Я права? — посмотрела я на Сашу.

Она покраснела и согласно кивнула:

— Я представила себя на месте Лизы… Я бы тоже не захотела говорить о таком с мужчинами, пусть даже и милиционерами… Тем более мужик все равно исчез… Когда Лиза сбежала, то ясно дала понять, что идти в милицию она не хочет… Так какое право я имею разглашать ее тайну? Да и потом.., кольцо… — Женщина торопливо подошла к серванту, выдвинула ящик и достала оттуда маленький газетный сверток. — Вот, возьмите. Антон видел, как вы опустили это в карман сиденья. Зря вы это, я и так, без оплаты, стала бы молчать…