Карен Монинг - Тайна рукописи

Мои мысли снова перескочили на В'лейна. Что, если эльф солгал мне и на самом деле он был Невидимым, который решил помочь своим собратьям убрать меня с дороги? А если он говорил мне правду, тогда почему Видимая Королева захотела получить книгу «самой смертоносной магии»? Что Эобил собиралась сделать с книгой, и каким образом, прежде всего, они умудрились эту книгу потерять?

Кому я могу доверять? Как мне вести себя?

Знала ли Алина то, чему я сейчас учусь? Бывала ли она у МакКейба и Мэллиса? Что случилось с ней после того, как она приехала в Дублин, что с ней происходило в течение этих месяцев? Как бы то ни было, она была в восторге от этого – поначалу. Неужели и моей сестре встретился человек, который показал ей темную изнанку мира, как это случилось со мной? Или она встретила эльфа, который соблазнил ее? «Он все время лгал мне, – сказала она. – Он один из них». Под «ними» она подразумевала эльфов?

– О Боже, – прошептала я, парализованная этой мыслью.

Неужели Алина думала, что влюбилась в эльфа? Неужели он соблазнил ее, а потом использовал? Была ли она тоже ОС-детектором? И Нулем, как и я?

Я невольно повторяла ее судьбу шаг за шагом, двигалась тем же путем к тому же возможному результату – смерти.

Я мысленно перечислила тех, кто искал «Синсар Дабх»: это были Бэрронс, МакКейб, Мэллис, В'лейн и, по словам В'лейна, Королева Видимых. И, если принять во внимание сторожевых псов Невидимых, ошивавшихся возле МакКейба и Мэллиса, по крайней мере один большой и важный Невидимый, который может быть, а может и не быть упомянутым ими Гроссмейстером. Почему? Зачем все эти... люди, за неимением лучшего слова, охотятся? Неужели у всех у них одна и та же цель? А если так, что это за цель?

«Нельзя позволить им завладеть ею», – сказала Алина про «Синсар Дабх».

– Блин, сестричка, ты не могла выразиться более конкретно? – пробормотала я. – Кто не должен завладеть книгой?

Даже если по какой-то прихоти судьбы я найду эту проклятую штуку, я не только, как уже говорил Бэрронс, не смогу к ней прикоснуться – я не буду знать, что мне с ней дальше делать.

Я вздохнула. У меня была куча вопросов, и было абсолютно некому их задавать. Меня окружали люди, которые хранили свои секреты и шли к цели странными путями, – и все это для них было столь же естественно, как жить, дышать и, возможно, убивать. Стоит только взглянуть на мужчин, которые встретились мне за последнюю неделю: МакКейб, Мэллис, В'лейн, Бэрронс. Ни одного нормального. И все, как на подбор, крайне опасны. «Ягненок в городе волков, – назвал меня Бэрронс спустя некоторое время после нашей встречи. – Которому из них ты достанешься, хотел бы я знать?»

Секреты. У всех здесь свои секреты. Алина унесла свои тайны в могилу. Я не сомневалась, что попытки расспросить В'лейна при нашей следующей встрече, – я была не настолько глупа, чтобы поверить, будто он оставил меня в покое, – будут упражнением в бесполезности. Сомнительный принц мог ответить мне, но я ОС-детектор, а не детектор лжи. С Бэрронсом ситуация не лучше. Судя по небольшой сцене, которую устроила ему Фиона, у него тоже есть свои тайны, и каким-то образом получалось, что я в куда большей опасности, чем считала раньше.

А вот это уже умная мысль. Если сегодня утром я была твердо уверена, что рискую жизнью каждый раз, выходя из магазина, то теперь получалось, что и в магазине я в опасности!

Боже, как я скучала по дому! Скучала по прежней жизни. Скучала по «Кирпичному». По ночам воскресений, когда мы с друзьями барменами заканчивали смену. Скучала по набегам в «Хаддл-хаус» за свежими оладьями, – непременно в три часа ночи, после закрытия бара, – когда мы пытались как следует развеяться, чтобы потом уснуть. И я скучала по летним дням, когда самым сложным выбором в жизни был выбор озера, к которому мы поедем днем.

«Завтра мы встречаемся с Рурком О'Баннионом, мисс Лейн, – сказал мне Бэрронс из-за закрытой и забаррикадированной двери, которую до этого раза четыре попытался взять с налету, чтобы оторвать мне голову. – Он третий опасный игрок на этом поле. Помимо всего прочего, он управляет весьма прибыльным баром, названным его фамилией, в центре города. Это Старый Свет для богатых клиентов. Если у вас возникнут проблемы с гардеробом, Фиона поможет вам подобрать необходимое. И не выходите из магазина в мое отсутствие, мисс Лейн».

В три часа утра я смогла заснуть, предварительно открыв дверцу шкафа и включив свет по всей комнате и в ванной.

Рурк Роки О'Баннион родился в семье ирландских католиков, в грязи и бедности, и единственным его наследством оказались гены, давшие ему силу, выносливость и телосложение кулачного бойца еще до восемнадцатилетия. По тому, как он выглядел, кто-то мог бы заключить, что он «черный ирландец», однако испанской или меландженской крови в нем не было, скорей уж среди его предков оказался житель Саудовской Аравии, привнеся нечто дикое, темное и свирепое в линию О'Баннионов.

Роки родился в городе, контролируемом двумя ирландскими криминальными семьями, враждующими между собой – Хеллоранами и О'Кирни. Рурк О'Баннион пробился на самый верх своего круга, но этого ему оказалось недостаточно. Его амбиции простирались куда дальше – он хотел заполучить все. Однажды ночью, когда Роки было двадцать восемь лет от роду, все помощники Хеллоранов и О'Кирни и члены их семей, сыновья, внуки и беременные жены были убиты. Двадцать семь человек умерло в одну ночь, они оказались застрелены, взорваны, отравлены, зарезаны или задушены. В городе еще никогда не происходило ничего подобного. Группа безупречно орудовавших киллеров сработала повсюду – в ресторанах, домах, отелях и клубах, убийства произошли практически одновременно.

«Ужасно», – говорили многие. «Классная работа», – говорили другие. «Чисто сработано», – соглашались практически все, включая полицейских. На следующий же день внезапно разбогатевший Роки О'Баннион, чемпион по боксу и кумир множества молодых парней, покинул ринг и взялся контролировать различные предприятия, ранее принадлежавшие Хеллоранам и О'Кирни. Он заботился о работягах, о представителях низов общества, чьи надежды и банковские счета были практически на нуле, зато телевизоры и мечты были огромными, – и вел себя как герой, несмотря на свежую кровь на руках и группу бывших боксеров и преступников, которых втащил в бизнес вслед за собой.

То, что Рурк О'Баннион был «чертовски привлекательным» мужчиной, никому не вредило. Роки имел репутацию совратителя и дамского угодника, однако к его чести нужно сказать, что он никогда не нарушал своего собственного правила: не спал с чужими женами. Никогда. Человек, который не уважал ни чужую жизнь, ни закон, трепетно относился к таинству брака.