Кейт Уайт - За красоту убивают

И это могло пролить новый свет на смерть Уильяма Литхауэра. Он был постоянным клиентом и мог просить об «особых» услугах. И возможно, однажды вечером дополнительная услуга оказалась непосильной для его изношенного мотора, и массаж для Литхауэра завершился самым что ни на есть особым образом. Он мог умереть на массажном столе, а уж потом его перенесли в другое место… хотя это должно было бы выявиться при вскрытии.

Следующий вопрос звучал так: привел ли грязный бизнес к смерти Анны? Убил ли ее какой-нибудь клиент со странностями? Или это Джош убил ее во время ссоры из-за этого бизнеса?

Я была погружена в мысли о Джоше, а потому чуть не наткнулась на него, выходя на стоянке из джипа. Взглянув на его бледное, красивое лицо, я поняла, что мое появление явилось для него полной неожиданностью — и не самой приятной, кстати.

— Здравствуйте, Джош, — улыбнулась я.

— Я думал, вы вернулись в Нью-Йорк, — процедил он ледяным тоном. Сегодня на нем были черные слаксы и черный кожаный пиджак. Слишком уж по лос-анджелесски для Беркширса.

— Я и уехала, но потом в моем расписании наметился просвет, и я решила вернуться и помочь Дэнни… ну, в связи со всем происходящим.

— Как же ей повезло! Собираетесь поработать кастеляншей… или побыть плечом, на котором можно поплакать?

— Думаю, и то и другое, — небрежно произнесла я, не обращая внимания на его сарказм. — Я слышала, что спа открывается завтра. Вы должны вздохнуть с облегчением.

— С большим облегчением. А теперь, с вашего позволения, меня ждут дела.

Он прошел мимо меня, задев рукой мою руку — без сомнения, нарочно. Интересно, не он ли послал мне мышь? Заподозрил ли он, что я расследую происшедшее в спа, и решил отпугнуть меня от Уоррена? Он вовсе не рад меня видеть. Я понаблюдала, как он сел в серебристый «сааб» с откидным верхом и укатил.

В холле было пусто, если не считать Натали, тосковавшую без дела за стойкой, и тихих звуков похожей на Шопена музыки, лившейся из соседнего динамика. Видимо, компакт-диск поставили, чтобы оживить обстановку, но музыка была печальной, даже скорбной и превращала холл в унылое место.

Натали сообщила мне, что Дэнни сейчас в парке. Оставив сумку и сумку-холодильник за стойкой, я пошла в парк, где понуро прохаживалась облаченная в бледно-лиловое шерстяное пончо Дэнни. Мы обнялись, и когда я взглянула в ее лицо, то увидела, что серые глаза Дэнни полны тревоги.

— Рассказывай последние новости, — велела я, беря ее за маленькую, изящную руку.

Мы медленно пошли по дорожке.

— Рассказывать особенно не о чем, — вздохнула Дэнни. — И это, поверь, ужасно, потому что я все время жду худшего. Мы нашли адвоката по уголовным делам. Джордж встречается с ним сегодня.

— Как со всем этим справляется Джордж?

— Он… я…

— Что?

— Он странно ведет себя со мной с тех пор, как это случилось.

— В каком смысле? Виновато?

— Нет, — покачала она головой. — Просто он нервный, дерганый. И я не пойму — или он что-то от меня скрывает, или переживает из-за того случая.

— Ты когда-нибудь подозревала его в неверности? — Мне было очень неловко спрашивать об этом, но не задать этот вопрос тоже было нельзя.

— Нет, — коротко и резко ответила она — я даже не успела закончить вопрос.

— Что ж, тогда он, наверное, выбит из колеи допросом в полиции, — пожала я плечами. — Надеюсь, они от него отстанут, поскольку у них скорее всего ничего на него нет.

Я изложила Дэнни, что мне от нее нужно. Во-первых, доступ к компьютерным файлам, в которых содержатся списки постоянных клиентов и время их посещений. Дэнни ничем не дала понять, что ее удивила моя просьба. Во-вторых, частная экскурсия по спа, как только его откроют. И поскольку я хотела еще раз встретиться с Эриком, мне нужно было добыть интервью с ним якобы в рамках моих «изысканий по спа».

— Потом я хочу еще раз поговорить с Пайпер, но тут сама ее заловлю. Очень важно застать ее врасплох.

— Тогда тебе следует поторопиться. Она подала заявление об уходе и планирует уехать в эти выходные.

— Интересно. — Я и правда так подумала. Пайпер могла просто перепугаться из-за убийства, но в свете того, что я теперь знала о спа, она могла опасаться за свою жизнь.

— А сестра Анны? — спросила я. — Она уже здесь?

— Приехала утром. Осмотрела вещи Анны и организовала транспортировку тела во Флориду. Сейчас она в городе, в полицейском управлении. Но ненадолго заедет сюда обговорить, что делать с ненужными ей вещами Анны.

— Мне бы очень хотелось поучаствовать в этом разговоре, — произнесла я. — Ева высказала предположение, что Анну беспокоило что-то из ее прошлого, и мне необходимо выяснить, известно ли об этом ее сестре. — Скажешь, например, что я коллега. Она остановилась в гостинице?

— Нет, она заявила, что просто не в силах здесь находиться. Вечером она вернется в Олбани и улетит оттуда утренним рейсом.

Мы дошли до конца парка, там располагался большой огород, где сеяли лечебные травы. Я узнала только базилик. Он тянулся длинными рядами, но листья слишком выросли и пожухли от холодной погоды.

Мы двинулись в обратную сторону. Тогда я и рассказала Дэнни про мышь. Дэнни остановилась, ахнув от ужаса.

— Какой кошмар, — побледнев, произнесла она. — И как, должно быть, страшно тебе было.

— У тебя в гостинице есть мышеловки? Мне интересно, где отправитель мог раздобыть дохлую мышь.

— Да, в подвале у нас расставлены мышеловки. В это время года мыши начинают забираться в дома.

— Спросишь у своего хозяйственника, не пропадала ли у него мышеловка, ладно?

— Конечно. Ты поэтому спрашивала меня вчера про бандероль?

Я пояснила, что на коробке значился ее адрес, и спросила, почему, по ее мнению, отправитель им воспользовался. Единственное объяснение, пришедшее Дэнни в голову, приходило в голову и мне: чтобы я гарантированно открыла бандероль.

Солнце начало уходить за горизонт, и мы пошли быстрее. Через десять минут я уже сидела перед компьютером в кабинете Дэнни.

Все было очень просто, как Дэнни и говорила. В компьютере имелся список всех специалистов спа с указанием когда-либо приходивших к ним клиентов, а также вид процедур и даты. Дэнни расшифровала символ, пояснявший, кто из гостей жил в гостинице, а кто приходил в дневное спа. Всю информацию можно было получить и в виде алфавитного списка клиентов, где также можно было вывести даты посещений и фамилии специалистов, проводивших ту или иную процедуру.

Я была рада, что Дэнни решила не оставаться со мной в кабинете. Из-за ее присутствия в гостинице я испытывала чувство вины и неловкости от того, что приходилось скрывать собранные сведения. Я боялась, что в какой-то момент вместо ободряющей фразы типа «Положись на меня, Дэнни», я просто ей выдам: «Твое спа на самом деле публичный дом!»