(Не) измена. Тайные наследники для миллиардера - Роза Александрия

– Спасибо тебе… – шепотом говорю я.

Егор гладит меня по волосам и делает глубокий вдох, будто хочет что-то сказать, но потом вздыхает:

– Ну что, пойдем к Мирону? Вижу же, что ты не может больше ждать…

***

До палаты сына Егор несет меня на руках, собирая удивленные взгляды медперсонала. Но ему все равно, а мне тем более. Все мои мысли только о сыне. Мужчина толкает дверь и, когда мы оказываемся внутри, ставит меня на ноги.

– Пришли…

Оборачиваюсь и вижу комочек, свернувшийся под белым одеялом.

– Мирон… – бросаюсь к нему.

Мальчик лежит слишком бледный, и меня просто рвет на части от боли из-за того, что не уберегла свое сокровище. Не смогла…

– Мирончик… – Глажу его ручку, и сын открывает глазки.

– Мама?

– Да, это я, мой хороший!

Обнимаю ребенка так сильно, как могу.

– Я так испугалась за тебя! Зачем же ты вышел из комнаты? Я же просила… А если бы случилось непоправимое? – плачу я, но мальчик спокойно отвечает:

– Я должен был защитить тебя! Я же мужчина! Мы с Алисой услышали крики, и я приказал ей оставаться в комнате, а сам вышел к тебе. Я хотел спасти тебя!

– Ох, мой сынок…

Тут подходит Егор и протягивает мальчику руку.

– Ты настоящий мужчина, Мирон. Я горжусь тобой так, как может гордиться отец сыном!

Глаза мальчика расширяются от удивления, и он прерывисто вздыхает. Жмет руку мужчине, а я в тот момент отчетливо вижу их нереальное сходство.

Как такое вообще может быть?!

– Мамочка, а где Алиса? Когда мы домой?

– Алиса спит, но скоро проснется, и я приведу ее к тебе. А домой мы поедем, как только поправимся.

Даже не знаю, где теперь наш дом. Стараюсь не думать об этом и просто глажу сына по волосам. Рассказываю ему что-то, но вдруг понимаю, что меня снова начинает мутить.

– Маш, ты побледнела! Пойдем в палату! Да и поесть тебе не мешало бы, а то завтрак же…

– Да, пошли…

Я с болью в сердце покидаю своего малыша. Просто не могу оставить его в таком уязвимом состоянии. Егор, видя мое настроение, понимает все без слов. И уже через час нас переводят в общую трехместную палату.

– Держите, я принес вам поесть, чтобы вы не ходили в буфет.

Егор ставит поднос на тумбочку, и я с сомнением смотрю на гору еды. Что-то не уверена, что она у меня усвоится, а вот детей нужно покормить обязательно!

– Спасибо тебе, Егор…

Тут же заходит врач, осматривая палату.

– Удобно, хорошо, что ваш папа умеет заботиться о своей семье. Да и вам, Мария, гораздо спокойнее, когда дети рядом.

– Это точно, повезло нам с Егором.

– Не то слово! Я видел много семей, но чтобы отец так переживал за сына, что слил с себя литр крови за раз, – такое впервые!

– Вы… – начинает Егор.

– Да, мне рассказали. Но не бойтесь, я не пойду против своих же. Тем более вы спасли сыну жизнь, а я, как врач, не могу не оценить риск ради родных людей. Сам такой же!

– Егор, ты не говорил… – начинаю я, но он молча качает головой.

– О, так он еще и не признался вам! Любовь отца к сыну такая, да! – смеется врач.

– Да, спасибо, – серьезно кивает Егор. – Но только Мирон не мой сын.

– Смешная шутка, Егор Кириллович! – улыбается врач, присаживаясь рядом с Мироном. Он ощупывает пульс мальчика и достает тонометр.

– Это не шутка! – говорю я. – Мирон и Алиса мои дети. Когда они родились, мы с Егором друг друга не знали, – неловко тяну я. Вспоминаю слова Артура, что мы с Егором все же познакомились в клинике ЭКО, просто забыли этот эпизод, но пары слов диалога недостаточно, чтобы забеременеть.

– Я не знаю, о чем вы говорите, молодежь сейчас любит пранки, или как вы там называете, но я больше верю доказательной медицине, а она как раз таки подтвердила, что отцом Мирона и, соответственно, Алисы является Егор.

– Как? – выдыхаю я еле слышно.

– Егор, ты мой папа? – подскакивает Мирон.

– Я же тебе говорила! – добавляет Алиса.

Доктор переводит взгляд с нас на детей и обратно.

– Так, вижу, что это для вас новость. Даже не знаю, что вам сказать, но тест показал 99.9% вероятности того, что Егор и есть отец малышей. Как вы могли этого не знать?

– Поразительно… Кажется, я догадываюсь, в чем дело, – шепчет Егор.

Сказал бы, а то я просто не могу переварить эту информацию. Как это вообще вышло?

– Но это еще не все новости… – продолжает врач, но Егор его перебивает:

– Я скоро… – и вылетает из палаты.

Я смотрю ему вслед, даже забыв, как дышать. Куда он? Что он знает?

Дети прыгают от радости, сминая одеяла на кроватях, а я чувствую, как начинает кружиться голова. Встаю, сама не знаю зачем, и понимаю, что не могу удержать равновесие.

– Мария! Куда же вы… – кричит доктор, подхватывая меня под мышками. Он укладывает меня на кровать и вызывает медсестру. Ватка с нашатырем под нос, и я уже могу различать картинку перед глазами.

– Доктор, объясните еще раз. Как так вышло…

– Маша, Маша, успокойтесь, вам нельзя нервничать. Я лишь сказал то, что показал тест. Думал, вы знаете!

– Нет…

– Уверен, что все решится. Но сейчас нужно успокоиться. Я зашел сообщить вам причину вашего недомогания. Пришли анализы.

– И что там? – еле слышно спрашиваю я. Может, я просто сошла с ума? А может, давно лежу в коме и мне все это кажется? Иначе как объяснить это?

– Вы беременны. У вас будет малыш. Уровень ХЧГ еще маленький, недели на четыре, но на УЗИ я смогу вам точнее все рассказать.

– Беременна? – на грани нового обморока спрашиваю я. И если новость, что Егор является биологическим отцом моих детей, меня шокировала, то эта – контрольный выстрел.

– Да, у вас будет малыш! – повторяет доктор. – Это чудо, что вы его не потеряли, учитывая все обстоятельства трагедии, произошедшей с вами.

– Да…

– Мама! У нас будет братик? – радостно кричит Алиса.

– Почему сразу братик? Может, это будет сестричка! – недовольно поправляет Мирон девочку.

А у меня перед глазами все плывет. Я так хотела детей, семью. Большую и крепкую. Думала, причина во мне, что Бог не дает мне детей, потому что я этого недостойна, но несколько ночей с Егором доказали обратное. Сказать, что я счастлива, – не сказать ничего!

– Спасибо вам, доктор! – шепчу я и лишаюсь сознания.

Глава 24

Егор

– Ты хоть знаешь, что натворил? – рычу я, хватая Артура за воротник разорванной рубашки.

– Что? Лишь проучил проститутку! – выплевывает тот и сразу же получает удар в лицо.

Да, ему нехило сегодня досталось. Даже удивительно, как он еще в сознании. Удивительно живучая скотина!

– Ты чуть не убил женщину, родившую тебе двоих прекрасных детей! Чуть не убил собственного сына!

– Я сомневался, что они мои. Но когда увидел их,