Кейси Марс - Молчаливая роза

— Мне бы хотелось, чтобы у нас все было хорошо и мне не пришлось бы…

— Что не пришлось бы? — Ей было очень важно получить ответ на этот вопрос.

Но он круто повернулся, подошел к двери на лестницу и распахнул ее.

— Благодарю вас за еще один приятный вечер, Девон.

— Спокойной ночи, Джонатан…

Дверь закрылась. Она еще чувствовала вкус его пламенных губ.

Девон упала на диван — ноги ее подломились. Колотилось сердце, кровь радостно струилась по жилам. Никогда она не ощущала такого захлестывающего с головой влечения к мужчине. И уж наверняка ничего подобного не испытывала ни к Майклу, ни к Полу.

Ну почему из всех мужчин на свете самым обольстительным оказался именно он?

— Принести тебе досье на фирму «Уилмот Лимитед»? — спросила по внутренней связи секретарша Джонатана Делия Уиллс.

Стаффорд сидел за широким письменным столом тикового дерева, изучая разложенную перед ним «простыню» — финансовый отчет фирмы «Пасифик Америкен», одной из ведущих компаний по строительству малотоннажных судов.

— Да. И вот еще что — имеется ли у нас пересмотренная смета строительства семидесятифутового плавучего крана для прибрежных работ? Ты знаешь, что я имею в виду?

Он услышал в трубке, как секретарша тихонько мычит, ведя пальцем по перечню документов.

— Да, есть, конечно.

— Принеси. И захвати заодно список счетов от компании «Бартлетт Фибергласс». Что-то мне кажется, они стали завышать цены.

Ни он, ни секретарша даже не заикнулись о том, что целый этаж в штаб-квартире фирмы занимает финансовый отдел, сотрудники которого по должности обязаны заниматься такого рода вопросами. Но если какая-то проблема непосредственно угрожала благополучию корпорации «Стаффорд Энтерпрайсиз», то Джонатан считал своим прямым долгом лично заниматься ею.

— Сейчас принесу, — сказала. Ди.

Еще одна проблема из бесконечной череды других. И опять решать только ему. Это было для него естественным, привычным, хотя и все более утомительным делом. Он опять нажал на кнопку.

— И принеси, пожалуйста, программу работы Лондонской конференции по вопросам сбыта. Хочу внести туда парочку изменений.

— Будет сделано.

— Спасибо, Ди.

Через несколько минут Делия в безупречном белоснежном костюме с позолоченными пуговицами вошла в кабинет, держа в руках нужные ему документы.

Делия Уиллс была привлекательной брюнеткой лет тридцати пяти, среднего роста, нормального телосложения, поклонницей консервативного стиля в одежде, умницей и исключительно надежным, полезным сотрудником.

В основном благодаря ей Джонатану удавалось гладко, без рывков и скандалов управлять корпорацией, отчего и вся фирма функционировала спокойно и эффективно.

Делия работала у него пять лет, и он не представлял себе, как обходился без нее раньше.

Она положила перед ним документы и спросила:

— Ты нашел досье, которое принес Дерек Престон, пока вы с Тони Хьюзом совещались по вопросам «Пасифик Америкен»?

— К сожалению, нашел.

Более того, он уже ознакомился с его содержимым. Джонатан еще раз взглянул на досье. Папка как папка, уголок наклейки на обложке загнулся. Размашистыми буквами выведено от руки — ДЕВОН ДЖЕЙМС. Чернила чуть выцвели. Папка хоть и не выглядела такой же чистенькой и аккуратной, как другие в его кабинете, но по внешнему виду мало чем от них отличалась.

Не считая того, что она была выкрадена.

— Даниэль Макдоннел из Лондона просит соединить его.

Джонатан поднял трубку и едва закончил с Макдоннелом, как позвонил Гаррет Браунинг из штаб-квартиры «Холидекса» в Нью-Джерси. Не успел он положить трубку на рычаг, как зажужжал аппарат внутренней связи.

— Мистер Стаффорд, у меня находится мистер Майкл Галвестон, — сообщила Ди сухим, официальным тоном, каким всегда говорила в присутствии посторонних. — Он не записывался предварительно на прием, но полагает, что вам будет интересно его выслушать.

Галвестон. Какого дьявола ему здесь надо?

— Пусть войдет.

Джонатан поднялся из-за стола, когда в кабинет вошел мужчина, совсем немного уступавший ему ростом. Майкл отчаянно пыжился, изображая воротилу большого бизнеса, личность того же калибра, что и Джонатан. Он хотел показать, что вид кабинета его ничуть не удивляет, но не сумел скрыть легкой ошарашенности. Карие глаза Майкла забегали с мышиной юркостью, жадно осматривая мебель, пол, окна под потолок, через которые открывалась панорама Нью-Йорка. Он почти благоговейно взирал на богатство обширного кабинета, на сделанное по особому заказу кресло позади огромного письменного стола тикового дерева. На фоне светло-серых стен и портьер особенно внушительно смотрелся толстый шерстяной ковер густо-вишневого цвета и дорогие гравюры на стенах — сплошь оригиналы, причем большинство в восточном стиле.

Джонатан вышел из-за стола и протянул гостю руку, каковую Галвестон пожал с энтузиазмом. Затем Стаффорд указал на пару черных кожаных кресел перед письменным столом.

— Чем могу быть полезен? — спросил он, вернувшись на свое обычное место. Будь Джонатан расположен к этому человеку, он предложил бы ему сесть на мягкий кожаный диван в уютном углу кабинета, где посетители чувствовали себя непринужденно. Но он не питал к Галвестону никаких теплых чувств.

— Разговор пойдет не о том, чем вы можете быть полезным мне, а о том, что я могу оказать вам весьма полезную услугу.

Джонатан удивленно приподнял бровь.

— О, в самом деле? — Он откинулся на спинку кресла, сцепив перед собой пальцы рук. — Чем же конкретно вы можете быть мне полезны?

— Поскольку вы, кажется, достаточно хорошо знакомы с Девон, я полагаю, что вам также хорошо известно, над чем она сейчас работает.

Джонатан молча кивнул.

— И если я правильно догадываюсь, вторжение Девон в ваши семейные дела — это не то, о чем вы всю жизнь мечтали.

— Да, ваше предположение близко к истине.

— Так вот, я знаю, как ее приструнить, чтобы она отказалась от своего замысла.

— Ах, вот оно что… И вы хотите научить меня, как это сделать? Но почему вы решились давать мне такого рода советы?

Галвестон скрестил ноги и постарался держаться вполне непринужденно. На нем был черный костюм-тройка (видимо, дорогой и с иголочки, во всяком случае, без единой морщинки), буйно-желтый галстук и щегольские туфли. Наверняка принарядился специально ради этого визита, подумал Джонатан.

— А потому, что я еще больше, чем вы, не хочу, чтобы она писала эту книгу. Мне приходится думать о своей карьере. Как только мы поженимся, все ее дела так или иначе отразятся на моем положении. Если она напишет эту чертову чушь о привидениях, люди заподозрят, что у нее поехала крыша. Я не могу допустить, чтобы о моей жене так думали. Я хочу, чтобы она бросила эту затею, и чем раньше, тем лучше.