Ник Коулридж - Смертельные друзья

Место, где должно было состояться открытие бутика Анналины Лау, можно было опознать чуть ли не за километр. Гости стекались к входу, держа наготове развевающиеся приглашения, а десятка четыре или пять фоторепортеров образовали живую цепь, ловя в объектив одну знаменитость за другой. Вдруг вся огромная толпа пришла в движение.

– Кто-то из звезд прикатил. Интересно, кто?

– Похоже, Хью Грант с Элизабет Хёрли, – сказала Сузи, вытягивая шею. – Не Микки же Райса они все выглядывают.

Микки протиснулся в двери перед нами, вслед за кинозвездами, и мы нарочно притормозили, чтобы он насладился своей значимостью.

Вход в бутик Анналины Лау был равнозначен выходу в киберпространство голливудского блокбастера, увиденного глазами японского архитектора.

Прямо перед входом, возвышаясь над головами гостей, устремлялась ввысь винтовая лестница из стали и стекла, которая заканчивалась цилиндрическим аквариумом, в котором плавал одинокий черный карп. С потолка спускались два гигантских видеомонитора, на которых демонстрировались фрагменты с модных показов Анналины Лау, перемежавшихся мировыми новостями: подписанием перемирия между Израилем и Палестиной, толпой беженцев из Афганистана, скапливающихся на границе страны.

Мы расписались в гостевой книге, указав свои фамилии и название компании как можно разборчивее. Расписываться на таких презентациях – старая традиция. Это укрепляет связи с клиентами и партнерами и повышает авторитет журналов. Мне известно, что пресс-служба всегда ведет подсчет подписей: «Уайсс мэгэзинз» – двадцать восемь, «Инкорпорейтид» – девятнадцать. Чем больше подписей, тем теснее дружба. Вечером – презентация, утром – реклама.

Прямо у дверей гостей встречала виновница торжества в сопровождении своего китайского управляющего и спонсора господина Вонга. Я с удовольствием отметил про себя, что их уже окружила стайка наших ребят из «Кутюр», которые установили нерушимый заслон для конкурентов и соперников. Леонора Лоуэлл и ее заместительница Тасмин Фили оживленно болтали с Анналиной, а Кевин Скай обрабатывал Вонга.

За нашими ребятами выстроились продавцы в смокингах с большими медными пуговицами и юные официанты с подносами. Еда, как и декор, была выдержана в черно-белой гамме: черные рисовые хлебцы с моцареллой и черная оливковая паста, черные мини-суши, белые дрожащие на малюсеньких шампурах кальмары и крошечные печеные картофелинки, украшенные черной икрой и сметанным соусом.

Я взял фужер шампанского и, глубоко вдохнув, втиснулся в толпу гостей.

Народу было так много, что нельзя было шагу ступить, и меня качал людской океан, перемещая из стороны в сторону. Со всех сторон на меня напирали чьи-то спины, официанты лавировали, поднимая над головами подносы с едой и шампанским, то и дело кто-нибудь с разлету толкал меня в бок или мимоходом бросал мне приветствие.

Рядом с винной стойкой обосновалась еще одна группа наших сотрудников: Кей Андерсон из «Светской жизни», Робин Риз из «Мира мужчин» и Кэти Дэвис из «Стиля». Странная вещь: на презентациях может собраться тыща людей, но журналисты все равно держатся кучей, как тюлени на лежбище.

– Хочу предупредить, – шепнула Кей, – здесь Говард Тренч, и он в бешенстве: только что узнал, что вы отвоевали «Мушетт».

– Отлично. Буду соблюдать осторожность.

– Его видно за милю, – сказала Кей. – Он почему-то решил надеть шляпу китайского кули. Наверное, в честь Анналины Лау.

Ко мне протиснулась Минни Васс в сопровождении толстой председательницы Национального благотворительного общества в поддержку балетных артистов. Во всяком случае, так я ее понял. А может, это было Общество защиты инвалидов-гонщиков. Скорее все-таки первое.

– Кит, дорогуша, – кричала мне Минни, – я тебя обыскалась! У нас гениальная идея. Что, если «Уайсс мэгэзинз» станет спонсором гала-представления Общества в октябре? Великолепная реклама! И совсем недорого обойдется: 250 тысяч, включая столик.

Председательница прижалась ко мне бюстом. У нее была тщательно растрепанная прическа и огромная бриллиантовая брошь в виде пуделя.

– Нам кажется, что лучше вас кандидата не найти, – выдохнула она мне прямо в лицо. – Мы все просто обожаем «Шикарную жизнь».

– Это не наше издание, – с облегчением ответил я, нацеливаясь ретироваться. – «Шикарная жизнь» принадлежит вон тому господину в китайской шляпе. Он непременно даст вам свое согласие.

Тасмин Фили тронула меня за рукав.

– Яндо не видели? Он куда-то запропастился.

– Запропастился?

«Хорошо бы с концами», – подумал я про себя.

– Мы приехали все вместе в лимузине, и он сразу же куда-то исчез. Он дуется, потому что мы зарубили часть его фотографий с Ямайки, на две полосы. Я очень беспокоюсь, он должен завтра утром снимать для нас офисные костюмы.

Меня зажали с двух сторон телеведущая Таня Браер и организатор фонда в пользу больных СПИДом Маргерит Литтман. Тут ко мне подкатился Норман Тернер.

– Добрый вечер, босс, – сказал наш директор по распространению. – Не поскупились – видел, какой буфет внизу? Я позвонил жене, чтобы ужин не готовила.

– А я и не знал, что ты интересуешься модой, Норман, – сказал я, удивившись, что вижу его здесь.

– Но ты же меня знаешь, – хохотнул Норман, – я всегда тут как тут, где бесплатно наливают. Не могу сказать, что мне сильно интересны шмотки и вся эта суета с вечерними костюмами. Особенно я не люблю длинные юбки. По мне лучше мини.

Подошла Мередит Кэрью-Джонс, чтобы сообщить, что Минни Васс уладила вопрос со съемкой дома Эрскина Грира.

– Он дал согласие.

– Отлично.

– Один нюанс, – продолжила Мередит. – Минни считает, что мы недостаточно ценим ее услуги. Ей кажется, мы ей что-то недодаем. Короче, она просит, чтобы мы спонсировали гала-представление в пользу ветеранов балета, которое состоится осенью. Вы ведь не против, а? Иначе она отдаст съемку Эрскина Грира в «Шикарную жизнь».

В этот момент загремела музыка и сцену осветили мощные прожекторы. Рок-группа начала выступление, и вслед за ними на подмостки ступила топ-модель Кейт Мосс.

Я отступил к лестнице, чтобы лучше видеть, и заметил нечто, что разом испортило мне настроение. Говард Тренч беседовал с Пьером Ру. Тренч что-то горячо говорил, а Пьер согласно качал головой. Факс-подтверждение от «Мушетт» мы еще не получили, а покуда он не лег на мой стол, расслабляться было рано.

– Кит Престон? – По лестнице спускалась незнакомая девушка. Реденькие каштановые волосы были собраны на затылке в конский хвост. Вельветовый жакет был в цвет волос. – Вы ведь Кит Престон, не так ли?

– Точно.