Ник Коулридж - Смертельные друзья

– А ты хорошо знакома с Эрскином Гриром? – спросил я.

– Хорошо ли я знаю Грира? Дорогой, мы с Эрскином дружим двадцать лет! Он один из самых моих старых и верных друзей. Мы даже когда-то чуть не поженились.

– Да ты что! Вот не знал! Что ж ты молчала? Не поведаешь нам правду, если, конечно, это не секрет?

– Ах, дорогой, это было так давно! Я думаю, мы не поженились только потому, что я была замужем за Адбулом Рахманом. А у Эрскина кто-то был в Гонконге. А жаль. Неплохо было бы мне стать Минни Грир.

Одной из роковых тайн Минни был ее возраст. Если смотреть на нее в мерцание свечей через расстояние в ширину стола красного дерева, она выглядела ни на день старше сорока пяти. Как-то раз я видел, как она танцует рок-н-ролл с третьим мужем, и двигалась она как двадцатилетняя девчонка. Однако находились недоброжелатели, которые утверждали, что помнят ее под именем Шар Шарки, когда она гуляла на всех светских вечеринках еще в начале пятидесятых, и, стало быть, ей давно зашкалило за шестьдесят.

– И кому же в конце концов удалось подцепить Эрскина Грира?

– Никому, хотя многие пытались. Половина моих подружек перебывали у него в постели. Он потрясающий любовник.

– О ком это вы тут толкуете? – полюбопытствовала жена коннозаводчика. – Кто у нас потрясающий любовник?

– Только не твой муженек, дорогуша, – холодно парировала Минни. – Это Эрскин Грир.

– О, я тоже слышала о нем массу интересного. Моя соседка в Лейбурне с ним спала и рассказывает о нем невероятные вещи. Он принимает какие-то чудодейственные китайские стимуляторы и, представляете, держит эрекцию больше часа – неплохо для его возраста, правда?

– Могу вас уверить, – прервала ее Минни, – что в годы нашей молодости Эрскин не нуждался ни в каких стимуляторах. Противно даже подумать, что ему сейчас приходится как-то себя взбадривать. Сказать по правде, я в это не верю. Мы с ним трахались без остановки целую ночь, после чего он требовал, чтобы немедленно после завтрака я опять прыгала в кровать.

– Раз он такой жеребчик, может быть, о нем надо писать не в «Стиле», а в «Мире мужчин», – заметила Мередит. – «Мир мужчин» обожает информацию о восточных секс-стимуляторах.

– Практически «Мир мужчин» сейчас и готовит материал об Эрскине Грире. Вернее будет сказать – готовил. Потому что Анна Грант умерла как раз в процессе работы над ним.

– Это та самая Анна Грант, которая пишет в «Светскую жизнь»? – снова вмешалась жена коннозаводчика. – Та самая, которая наехала на Анастасию Фулгер? Бруно Фулгер просто рвет и мечет. Он покупал у нас пять кобыл и рассказывал мужу всю эту историю. Говорил, будет в суд подавать.

– Пока что до суда не дошло, слава богу. Да, в сущности, у него и аргументов нет, – сказал я.

– Плевать ему на аргументы, – отозвалась Минни. – Денег у него куры не клюют, так что адвокаты состряпают любое дельце. Кстати, – добавила она, – вот уж кому в самом деле нужны китайские снадобья, так это ему. Должна вам сказать, что он-то точно не только часа, но и минуты не продержится.

После обеда я нашел у себя на столе последний номер «Hello!» с приклеенной бумажкой от Сузи. Она писала: «Посмотрите стр. 42–51. Понятно, почему она так сникла».

Она имела в виду материал, который журнал обозначил термином «современная сказка». Там была подборка фотографий Анастасии Фулгер, которая смотрела в глаза супругу как статистка, мечтающая выклянчить роль у кинорежиссера. Зато сам Бруно выглядел устрашающе. Если продолжить аналогию, он совсем не собирался давать ей роль и был настроен крайне враждебно. Глаза и жесткая линия рта выражали неприкрытую ярость и готовность пустить в ход кулаки.

Вскоре появилась и сама Сузи. Она убийственно выглядела в ядовито-розовом костюме.

– Как я вам нравлюсь? – спросила она, глазами указывая на свой прикид. – Специально купила для сегодняшнего вечера.

– А что будет сегодня вечером?

– Ну как же – открытие магазина Анналины Лау. Меня тоже пригласили.

– Я и забыл, что это сегодня.

Анналина Лау, американо-китайская модельерша, открывала большой бутик на Бонд-стрит. Наши журналы рекламировали событие несколько месяцев.

– С шести до девяти. Ожидается тысяча гостей. Кроме того, я принесла вам вот что. – Она протянула мне список адресов. – Это компьютерные сервис-центры. Угадайте, сколько в Лондоне мест, где обслуживают «Маки»? Сто девятнадцать! В основном они расположены в Уэмбли, Перивейле и в Южном Кенсингтоне.

– И?

– Что – и?

– И нашелся ли в одном из них компьютер Анны Грант?

– Нет.

– Ты уверена?

– Кит, я битых три дня обзванивала все эти центры, и каждый спрашивал номер квитанции, которой у нас, как вам известно, не имеется. Тем не менее я всяко их умасливала и некоторым звонила по нескольку раз, потому что они обещали сами перезвонить, но ни разу не перезвонили. Все говорят, что ее компьютера у них нет.

Она победно посмотрела на меня.

– Спасибо, Сузи. В самом деле, я тебе очень благодарен.

На самом деле я очень редко отдаю должное ее усилиям. Сузи целыми днями рыскает по городу в поисках каких-нибудь нужных мне вещей, например, какой-нибудь игрушки для Кэзи, иногда находит по каталогам или Интернету ее где-нибудь в Америке, потом организует доставку, а в результате я забываю сказать ей даже «спасибо». Она никогда не ворчит, она просто смотрит мне в глаза. Я достаточно хорошо узнал ее характер. Она всегда дружелюбна и вежлива абсолютно со всеми, но если она почувствует, что ее просто используют, обдаст таким холодом, что уши замерзнут. Но внешне она всегда безупречна, как истинная леди.

Сузи вдруг рассмеялась:

– Не стоит благодарности. Главное, не зря потрудилась. Теперь, если нам потребуется починить офисный компьютер, в нашем распоряжении больше сотни полезных адресов.

В половине седьмого мы вместе вышли к Сент-Джеймскому дворцу и через Пиккадили проследовали на Бонд-стрит. Было еще светло и очень влажно. Цветы в цементных вазонах уныло клонили головки под тяжелыми волнами автомобильных выхлопов. Картинные галереи выставили в витринах самых дорогие экспонаты, чтобы всучить их туристам, которые толпами нахлынули в Лондон накануне Уимблдонского турнира и скачек в Аскоте. Ювелиры рекламировали специальные выставки «Английских сезонных украшений» – кольца и браслеты, которые ни одна уважающая себя англичанка не надела бы в жизни. Иногда Лондон приводит меня в оторопь – кажется, он на глазах превращается в один гигантский торговый центр.

Место, где должно было состояться открытие бутика Анналины Лау, можно было опознать чуть ли не за километр. Гости стекались к входу, держа наготове развевающиеся приглашения, а десятка четыре или пять фоторепортеров образовали живую цепь, ловя в объектив одну знаменитость за другой. Вдруг вся огромная толпа пришла в движение.