Джейн Хеллер - Ча-ча-ча

— Похоже на убийство. Пришлите криминалистов и поручите кому-нибудь получить ордер.

— Что такое ордер? — спросила я после того, как он повесил трубку. Мой словарный запас продолжал пополняться.

— Такая штука, которую требуется получить до того, как мы начнем производить здесь обыск.

Прошло несколько минут. Мерфи как раз расспрашивал меня о моем статусе прислуги в доме Мелани, когда к нам ворвались пятеро полицейских.

— Ну, что у нас тут, Мерфи? — спросил мужчина в джинсах и рубашке с коротким рукавом.

— Убийство, — ответил патрульный Мерфи. — Знаменитая писательница.

— Знаменитость? Ого! У нас таких еще не было. Корзини это понравится. — Мужчина посмотрел на меня и спросил: — А это кто такая?

— Горничная, — ответил патрульный Мерфи.

— Как ее зовут?

— Хэйзел, — сказала я. Даже с моей точки зрения мое поведение было странным, но единственным способом справиться со сложившейся ситуацией была шутка.

— Она сказала, что ее зовут Элисон Кофф, — ответил патрульный Мерфи, будто меня в комнате вообще не было.

— Меня зовут Элисон Кофф. А кто вы и все эти люди?

— Я детектив Майклз. Это — детектив Орайджи. Там — сержант Браун. Рядом с ним — сержант Петрович.

— Рада со всеми вами познакомиться, — сказала я, хотя никто меня не слышал, потому что все здоровались друг с другом.

— А, доктор Чен. Рад вас видеть, — сказал патрульный Дероза, приветственно махая рукой восточного вида мужчине в темно-сером костюме.

— Кто он? — спросила я, обращаясь сразу ко всем присутствующим.

— Коронер, — ответил детектив Майклз. — Теперь давайте пройдем сюда и побеседуем. Он увлек меня в угол кабинета Мелани.

Но как я могла сконцентрироваться, когда вокруг меня была такая суета? Полицейские были повсюду. Они фотографировали место преступления, перебрасываясь громкими фразами, словно в фильме про полицию. Потом в комнату вошли шесть санитаров с медицинскими инструментами и небольшими пластиковыми пакетами.

— Каковы были ваши взаимоотношения с потерпевшей? — спросил детектив Майклз и принялся делать записи в небольшой блокнот.

— Я ее домработница, — сказала я. — Нет, я была ее домработницей. — Господи, теперь, когда Мелани мертва, у меня нет больше работы. — Мне надо остаться здесь еще на некоторое время? — осведомилась я у детектива.

— Да. Мне требуется записать ваш рассказ. Затем я отвезу вас в участок, чтобы с вами мог побеседовать мой напарник.

— Ваш напарник?

— Да, детектив Корзини. Он тоже снимет ваши показания.

— Понимаю, — сказала я, хотя вот уже последние три года не понимала, что со мной происходит.

— Похоже, все это вас не слишком взволновало, а? — подозрительно спросил детектив Майклз.

— Не взволновало? Меня? Нет, я страшно расстроена. Я работала на мисс Молоуни почти месяц, и мне очень нравилось убирать ее дом. — А что они от меня ожидали? Признаний в том, что я ненавидела Мелани и проводила дни в мечтах о ее убийстве?

— Я хочу расспросить вас о вашей работе, о том, как вы обнаружили тело и все такое прочее. О'кей?

— Конечно. Мне нечего скрывать, — сказала я, вытирая влажные руки о свою униформу.

— Прежде чем мы начнем, я хочу вас спросить: все ли осталось в таком же положении, как и в тот момент, когда вы обнаружили тело? — спросил детектив Майклз. — Вы ничего не выносили из дома, не так ли?

— Ничего, — сказала я. Ну, по крайней мере, из этой комнаты.

— Почему бы вам не рассказать мне, что здесь в действительности произошло, мисс Кофф? — сказал детектив. — И не упускайте ни одной детали.

Часть вторая 

Глава 10

— Садитесь сюда, мисс Кофф, — произнес детектив Джозеф Корзини, указывая на стоявший напротив него стул. Сам детектив был своеобразным вариантом Джона Траволты[44], но в интерьере полицейского управления Лэйтона. Своим высоким ростом, манерами и обликом он напоминал завсегдатаев фешенебельных ресторанов, но при этом был самым непоседливым человеком, которого мне когда-либо приходилось встречать. Руки его находились в постоянном движении. Он то запускал их в свою кудрявую черную шевелюру, то елозил ногтями по ноге, обтянутой брюками, то разглаживал галстук, чтобы тот ровно лежал поверх рубашки. Вначале я решила, что это своеобразный тактический прием, направленный на то, чтобы сбить с толку и заставить нервничать подозреваемых, которые после подобной обработки должны полностью «расколоться и молить о пощаде. Но позже я поняла, что детектив Корзини был тем, кого Сэнди называл «зацикленными на своей внешности. Другими словами, его больше интересовало, как он выглядит, чем как раскрыть преступление.

— Не могу ли я позвонить? — спросила я его. Мы находились в двух кварталах от универмага Коффа.

— Зачем? Вы хотите вызвать адвоката или кого-то еще?

— Адвоката? Конечно, нет. Я не сделала ничего плохого.

— Никто и не говорит, что вы сделали, мисс Кофф.

— Правильно. — Если я не перестану оправдываться, детектив может заподозрить, что это я убила Мелани. Не нервничай, успокаивала я себя. Представь, что этот допрос просто приятная беседа с местным полицейским. Ничего особенного. — Если вы не возражаете, мне бы хотелось позвонить своему приятелю.

— Сделайте одолжение.

— Спасибо. — Замечательно, только кому мне звонить? Странно, но первый, о ком я подумала, был Сэнди. Сэнди всегда обо мне заботился. Все проблемы он решал, либо выписывая чек, либо просто помахав в воздухе золотой кредитной карточкой. Но Сэнди, скорее всего, был настолько занят отправкой Сюзи на курсы для беременных женщин, что едва ли вспомнит, как меня зовут. Не говоря уже о том, чтобы приехать в полицейский участок и поддерживать меня в это трудное время. Нет, Сэнди не будет всего этого делать. Еще была моя мама. Нет, она тоже не станет в это вмешиваться. Мысль о том, что мне придется сказать ей, что меня подозревают в убийстве и что я была горничной жертвы, была более чем непереносимой. А как насчет Кулли? Да, Кулли сможет помочь мне. В этом я была уверена.

В конце коридора я нашла платный телефон, порылась в сумочке в поисках визитки Кулли и набрала его номер. К несчастью, я попала на автоответчик. Тяжело вздохнув, я сказала: «Кулли, это я, Элисон. После того, как ты получишь мое сообщение, не мог бы ты приехать в отделение полиции? Я все объясню тебе, когда ты будешь здесь. Мне надо… Я оборвала сама себя и повесила трубку. У меня на глазах навернулись слезы.

— Все в порядке? — поинтересовался детектив Корзини, когда я вернулась в его кабинет.