Виктория Доненко - Новая родина

— Я бы сказал, вы — ужасно привлекательная. Не хотите сделать жизнь ближнего чудесной, как и ваш внешний вид? Хотя бы на время.

— Вы, наверное, забыли: там, где можно жить, можно жить хорошо. Это ваши слова? Тогда вперед…

Саша протянула ему доллар. Бомж с достоинством взял деньги.

— Спасибо. Но я такие глупости не говорю. Это каждый дурак знает.

— Знать, может, знает, а живет все равно плохо… — Саша усмехнулась, махнула рукой и, заметив телефон-автомат, направилась к нему.

На Чистопрудном бульваре старая квартира стояла уже полупустая. Здесь уже практически никто не жил. Все было готово к переезду: на полу громоздились коробки, ящики, упакованные вещи… Женя, Гошка и Анна Денисовна на кухне собирали на стол.

— Ну, где наша мама? — заныл Гошка. — Почему ее так долго нет?

И бросился в прихожую, услышав долгожданный звонок в дверь.

— Мама!

Все, включая Анну Денисовну, тоже побежали в прихожую. Гошка открыл дверь и прилип к Алекс. Она улыбнулась и осторожно коснулась своего большого живота. Женя помог ей раздеться.

— Ну что, дочка? Кто у нас будет? Мальчик или девочка? — нетерпеливо спросила Анна Денисовна.

— Только не падайте в обморок. Там двойня… — усмехнулась Алекс и снова осторожно положила ладонь на живот. — Наследственность…

Женя подхватил Алекс и закружил.

— Ну, хватит, осторожно! Медведь! Уронишь или толкнешь детей, — строго остановила его Анна Денисовна.

— Не толкну…

Зазвонил телефон. Анна Денисовна сняла трубку.

— Тебя, Сашенька…

Алекс взяла трубку из рук свекрови.

— Да… Кто?! — Она изменилась в лице и помолчала. — Ладно, — наконец нехотя пробормотала Алекс.

Она положила трубку и вернулась в кухню, где ее ждала вся семья. Женя глянул вопросительно.

— Кто это?

— Она… — пробурчала Алекс, хмуро глядя в стол.

— Кто — она? — не поняла Анна Денисовна.

— Она… Саша… Александра. Моя сестра. Женя помрачнел и беспокойно поправил очки. Хотя теперь они были в дорогой модной оправе и не имели привычки съезжать с носа.

— У тебя есть сестра? Я даже не знала. И что, тоже Саша? Вот удивительно… Двоюродная? — всплеснула руками Анна Денисовна.

— Нет. Родная. Но я сама узнала о ней недавно.

— Старшая или младшая?

— Честно говоря, не знаю, надо спросить у Жени…

— У Жени? А при чем тут Женя? Это же не его сестра! — вновь изумилась Анна Денисовна.

— Не его… Но он должен знать.

Анна Денисовна собиралась еще что-то спросить, но заметила, что Женя и Алекс чем-то озабочены. И, быстро оценив ситуацию, взяла инициативу в свои руки.

— Гошенька, пойдем-ка в твою комнату! Я почитаю тебе книжку.

— Нет там никакой книжки! — логично заявил Гошка. — Они все в коробке. Мы же переезжаем!

— Не важно, я тебе без книжки почитаю, на чистом энтузиазме.

Она увела Гошу.

— Что ей здесь надо? — хмуро спросил Женя. — Опять свалилась нам на голову… Я уже почти о ней забыл…

Алекс помолчала. Звонок сестры действительно был неожиданным и поставил ее в тупик.

— Скоро узнаем. — Она взглянула на часы. — Потерпи полчаса…

Время до приезда Саши они провели беспокойно, почти не разговаривая друг с другом.

Дверь Саше открыл Женя.

— Здравствуй… — прошептала она, переминаясь на пороге.

— Здравствуй… Какими судьбами?.. — Женя насмешливо прищурился и поправил очки. — Никак, соскучилась по Первопрестольной?

Саша помялась.

— Я вообще-то на секунду. Проездом… Решила вот заглянуть. — Она оглядела квартиру. — А вас что — переселяют? Реконструкция?

— Да нет, мы сами переезжаем. Решили не дожидаться, пока попросят. — Женя поколебался. — Может, зайдешь?

В этот момент в прихожую выбежал Гошка.

— Здрасте! Я Гоша, помните?

Саша не выдержала и бросилась к нему. На глаза ее навернулись слезы. Губы дрожали. Она села на корточки рядом с сыном, положила ему руки на плечи и заглянула в глаза.

— Я помню, Гошенька… Я все помню…

— А вы опять приехали или уезжаете?

В этот момент в прихожей появилась Алекс и остановилась рядом с сыном, положив руку ему на вихрастую макушку.

Саша оглядела сестру и, упираясь взглядом в ее живот, медленно поднялась.

— Я уезжаю, малыш, уезжаю… Навсегда…

Сестры вглядывались друг в друга и молчали… У каждой из них теперь своя, окончательно своя жизнь.

Родственный обмен.

В аэропорту Шереметьево-2 Саша стояла на регистрации снова в темных очках, ничего не замечая вокруг. К соседней стойке подошел мужчина, тоже в темных очках. В руках он держал небольшой чемодан, придерживая сумку на плече. Рядом с ним вертелась хорошенькая белокурая девочка лет четырех. Мужчина занял очередь для получения посадочного талона и тут внезапно заметил Сашу. Долго смотрел, колебался… Затем решительно подошел и тронул ее за локоть.

— Прости, можно тебя на секунду?

Он снял темные очки и ждал от нее ответа. Он волновался…

Саша смотрела на Игоря и молчала. Она узнала его. Ее измученное лицо ничего не выражало, тем более что глаза были надежно скрыты большими очками. Хорошая защита…

Наконец она произнесла:

— Простите?.. Игорь сказал грустно:

— Ну вот, видишь, ты даже узнавать меня не хочешь. Как тогда, в самолете… Только в тот раз у тебя была другая причина, уважительная. Ты действительно не знала. А теперь… Скажи — я так и остался в твоих глазах подонком?

Саша молчала, продолжая вопросительно смотреть на Игоря. В этот момент девочка потянула отца за руку.

— П-а-а-а-п, ну, пошли… Самолет один полетит, а мы не догоним.

Саша невесело усмехнулась.

— Так ты и здесь успел нагадить? Игорь не вполне понял ее последнюю реплику.

— Алекс, прости меня! Я полный кретин! Я звонил тебе все время, но ты не хотела говорить… Я изменился. И, поверь, в лучшую сторону. Я… у меня после того, как ты… как мы… В общем, все покатилось куда-то… И я решил сделать паузу, отойти от дел…

— А ты куда чаще звонил? В Москву или в Нью-Йорк? И кому из нас? — спокойно спросила Саша.

Она сняла очки и глянула в глаза Милованова. У него стало медленно вытягиваться лицо. Он ничего уже не понимал. Кто же перед ним: Саша или Алекс? Его терзали сомнения. Он пытался что-то произнести, но слова застревали у него в горле.

— Кто это? — Саша глянула на девочку.

Игорь постепенно приходил в себя, неотрывно продолжая всматриваться в Сашу.

— Катя. Моя дочка. Мое благосостояние и счастье. С женой я наконец развелся. А за Катю держусь…

Саша села на корточки и спросила у девочки:

— И куда же вы летите, принцесса?

— На Цилон. Папа говоит, там много сонца в соёной воде. А еще он говоит, там нету бьёкеов, акций, дьюзей и вьягов… А я не пьинцесса, пьинцессы в мультиках.