Джоанна Флюк - Кьянти для жертвы

— Зачем ему звонить?

— Новые правила. Нам не разрешается входить в аптеку, и дверь на замке. Если кому-то нужен мистер Уокер, нужно звонить ему.

— Что, ваш магазин взломали?

— Не знаю. Мистер Уокер просто объявил новые правила, когда мы пришли в пятницу утром на работу. Он не объяснил причину.

Ханна прошла за Линдой к аптечному прилавку и наблюдала, как та набирает номер. Раздался звонок, дверь за прилавком открылась, и вышел Джон Уокер. Он был чистокровным индейцем племени чиппева и родился в резервации Ред-Лейк. Когда Джону настала пора идти в старшие классы, он вместе с родителями переехал в Лейк-Иден и закончил школу Джордан Хай. Затем уехал учиться в колледж, а вернувшись, купил аптеку.

— Чем могу помочь, Ханна? — спросил Джон, запирая за собой дверь.

— Мне нужна кое-какая информация. Мы можем зайти в аптеку и поговорить наедине?

Джон покачал головой.

— К сожалению, в аптеку не разрешается входить никому, кроме меня. Впрочем, мы можем пройти в офис.

Ханна последовала за Джоном через склад в каморку, которую Джон называл офисом. В этом помещении размером с чулан едва умещался стол и два стула, но оно было уединенным, а это то, что надо.

— Кофе? — спросил Джон, указывая на маленькую кофеварку. Было очевидно, что она давно не мыта. Мутные остатки коричневой жидкости показались Ханне ядом.

— Спасибо, нет. Что за новые правила? Вас обокрали?

— Нет, ничего подобного. Просто я решил, что мы слишком расслабились и пора усилить меры безопасности.

Ханна испытующе взглянула на него.

— Да ладно, Джон. То, что не сломано, не нуждается в ремонте. Давай рассказывай, что там на самом деле.

Джон опустил глаза, избегая ее взгляда.

— Ну, скажем, у нас произошел нежелательный инцидент, и я позаботился, чтобы он не повторился.

— Нежелательный инцидент? Джон, ты говоришь как политик.

— Возможно, но больше я тебе ничего не скажу.

Ханна внимательно посмотрела на Джона. Его рот был плотно сжат, всем своим видом он выражал решимость ничего не рассказывать.

— Хорошо. Если в этом инциденте не замешана Ронда, то мне не нужно это знать.

Джон промолчал, но было видно, что он нервничает, и Ханна все поняла.

— Значит, здесь замешана Ронда.

— Да. Я вижу, куда ты клонишь, Ханна. Ты думаешь, это имеет отношение к убийству. Ты что, снова сотрудничаешь с полицией?

— Я никогда с ней не сотрудничала. Они постоянно прилагают все усилия, чтобы дать мне понять, что я им не нужна.

— Это точно. — Джон невесело усмехнулся. — Но ты расследуешь дело Ронды, верно?

— Неофициально, да. Вот поэтому мне нужна информация.

— То, что я тебе скажу, должно остаться между нами. Ты не должна никому рассказывать.

— Договорились, — сказала Ханна и стала ждать. Джон сдался, и это хорошо.

— В прошлом месяце Ронда как-то допоздна работала над заказом товара в отдел косметики. Я уже к тому времени уехал домой, и она осталась одна в магазине. Около восьми подъехал Реджи Йорк и стал барабанить в дверь. Он сказал, что звонил с работы по поводу рецепта, но только сейчас добрался до города из-за пробок.

Ханна знала, что Реджи был старшим сыном Гаса и Ирмы Йорк, и они очень гордились им, потому что он работал пилотом в «Уорлдуэйс Эйрлайн». В последний раз, когда Ханна видела Ирму, та жаловалась, что на то, чтобы добраться до работы в аэропорт в Твин Ситиз и оттуда домой, у Реджи уходит больше времени, чем на большинство его авиарейсов.

— Ронда поступила так же, как поступил бы я. Она впустила его. Она была управляющим, и у нее были все ключи. Она открыла дверь в аптеку и нашла его рецепт на полке.

— Она заполнила рецепт?

— Нет, рецепты были в алфавитном порядке, готовые к выдаче. Она пробила чек на лекарство и спросила Реджи, продолжает ли он летать.

— И что тут не в порядке?

— Пока ничего. Когда Реджи сказал, что летает, Ронда сказала, что думала, что пилотов с глаукомой списывают на землю.

— Откуда она знала, что у Реджи глаукома?

— Ее тетя, миссис Фолкер, страдала глаукомой. Ронда забирала и отвозила для нее лекарство. Вот так она узнала, что за капли выписали Реджи.

— Дай угадаю, — со вздохом сказала Ханна. — Ронда сболтнула кому-то, сообщили в Уорлдуэйс, и Реджи списали?

— Так и произошло. Глаукома Реджи была слабой и контролируемой, но в авиакомпании жесткие правила для пилотов. Реджи подал заявление на офисную должность сразу же, как был поставлен диагноз, но заявление пока еще не рассмотрели, и теперь его могли уволить за сокрытие болезни.

— И Реджи разозлился на Ронду за болтовню?

— Разозлился — это слишком мягко сказано. Он был вне себя. Он позвонил мне домой в четверг вечером и угрожал подать в суд за нарушение конфиденциальности.

Ханна открыла рот.

— И он подал в суд?

— Нет, мне удалось его успокоить. Он был не так зол на меня, как на Ронду за распускание слухов о его болезни. Он потребовал, чтобы я сменил замок на двери в аптеку и гарантировал, что никто, кроме дипломированного фармацевта, не войдет внутрь. Он также потребовал уволить Ронду.

— О боже, — простонала Ханна. — Ты ее уволил?

— Пришлось. В пятницу утром я сказал ей об этом, когда она пришла на работу. Я чувствовал себя неловко, особенно потому, что это был ее последний рабочий день перед отпуском, но я понимал, что люди станут покупать лекарства в другой аптеке, если узнают об этом случае.

— Как Ронда это восприняла?

— Ее реакция меня удивила. Я ожидал, что она будет умолять меня передумать или обругает меня, но она словно и не расстроилась. Только сказала, что понимает, почему я вынужден освободить ее от работы, и вышла за дверь с улыбкой.

— Странно. А что другие сотрудники? Кто-то из них об этом знает? — спросила Ханна, хотя подумала, что ответ ей и так известен.

— Не было смысла им рассказывать. Я просто усилил меры безопасности, как и обещал Реджи.

— У меня к тебе трудный вопрос, — предупредила Ханна. — Думаешь ли ты, что Реджи был так зол на Ронду, что мог ее убить?

Джон подумал секунду и вздохнул.

— Не хочется так думать, но считаю, что это возможно. Реджи очень любил летать.

— Спасибо за честность, Джон. У меня остался один вопрос, только не принимай его близко к сердцу. Где ты был в пятницу вечером?

— Думаешь, это я убил Ронду? — ошарашенно спросил Джон.

— Конечно нет, но мотив у тебя был.

— Какой мотив?

— Если бы все пошло по-другому, поступок Ронды мог лишить тебя твоего бизнеса. Придется включить тебя в свой список подозреваемых, но могу вычеркнуть, если буду знать, где ты был в пятницу.