Присцилла Хагон - Опасный круиз

Его неожиданное появление неприятно поразило меня. Неужели он ждал меня? Следил за моей каютой?

— Я слышал, с вами сегодня случилась неприятность в кладовых?

Я подняла голову и посмотрела на него. Смуглое лицо, темно-коричневая от загара кожа — весь вид его показался мне зловещим.

— У меня слетела босоножка и я упала, — объяснила я. — Но я уже более или менее оправилась. Только шишка на голове.

— Да-а. Но я уверен, что вам не следует здесь разгуливать. Я думал, врач велел вам лежать в постели.

— Да. Но мне лучше. Я просто решила подышать свежим воздухом.

А откуда он знает, что сказал мне врач? Грэм Хедли тоже был как-то во всем этом замешан, я не верила ни одному его слову.

Он поколебался немного, стоя у меня на пути. Я думала, он скажет что-нибудь еще, но неожиданно он отошел в сторону:

— Ладно, только смотрите, осторожней. После такого падения вам не следует слишком долго находиться на солнце.

Все это мне ужасно не понравилось. Мне хотелось к Чарльзу. Мне хотелось на солнце.

Лестницы, комнаты отдыха были совершенно пустынны, все поднялись на палубу. Люди лежали в шезлонгах, стояли, облокачиваясь на поручни. Мы приближались к Палермо, но я едва взглянула в сторону растянувшегося по побережью города, подпираемого огромными горами. От яркого света у меня страшно болела голова, но воздух был теплый и приятный.

Я прошла через прогулочную палубу и посмотрела вниз с веранды. Бассейн был переполнен, и оттуда доносились радостные крики купальщиков. Все пространство вокруг бассейна заняли загорающие. Но ни детей, ни их отца я не заметила. Пегги Стерлинг и madame Helot сидели за столиком в углу веранды, перед ними стояли какие-то напитки со льдом. Пегги помахала мне и я подошла, потому что неожиданно сообразила, что могу у них кое-что узнать.

— Джоанна! — воскликнула Пегги. — Как ты себя чувствуешь? Вид у тебя не слишком.

— Мог бы быть и хуже, мне пока не разрешили выходить, — объяснила я. — Врач велел лежать в постели.

— В таком случае ты очень глупо сделала, что не послушалась, — сказала madame Helot. Нос ее, как всегда, прикрывал маленький листочек, хотя солнце уже ушло с нашей стороны веранды. Это придавало ей слегка загадочный вид.

— Я знаю, но мне нужно немного подышать воздухом. Расскажите мне, пожалуйста, как это произошло. Где были все, когда… я упала. Я немного отстала от вас и у меня слетела босоножка.

— О, это был просто ужас! — воскликнула Пегги. — Через некоторое время мы очень забеспокоились. Помощник эконома вернулся, чтобы найти тебя. Он неожиданно обнаружил, что ты отстала. А потом он позвал нас, и ты там лежала.

— А где был… мистер Верритон, когда я… отстала? — я постаралась унять дрожь в голосе и произнести это вполне непринужденно. Madame Helot увидела какого-то знакомого внизу, около бассейна, и перегнулась через перила, поэтому ответила мне Пегги:

— С нами, я полагаю. Но там такие узкие проходы, что мы шли разными путями. Я очень рада, что с тобой все в порядке, но иди-ка лучше в постель.

— Вы не видели Чарльза?

— Твоего симпатичного молодого человека? Мы виделись с ним около половины пятого и рассказали ему, что с тобой произошел несчастный случай. Я думаю, он пошел искать мистера Верритона, чтобы спросить, как у тебя дела.

Я оставила их и прошла по другой стороне прогулочной палубы. Все шезлонги были заняты, но Чарльза я не нашла. Я просто молилась, чтобы он оказался на балконе, но, когда я преодолела множество лестниц наверх и добралась до него, там не было ни души. Даже мистер Престон не лежал в своем красном шезлонге.

Меня стала охватывать какая-то странная паника. Где Чарльз? Я посмотрела вниз на большую игровую площадку — Джеймс, Роберт и Мэри играли в теннис. Но Чарльз не следил за их игрой.

Найти Чарльза постепенно стало казаться мне важнее всего на свете. Пароход был битком набит полуобнаженными телами, а его знакомая голова и сильная загорелая спина все никак не попадались.

Я снова обыскала с обеих сторон прогулочную палубу, потом палубу А, тоже с обеих сторон, и обошла бассейн. Конечно, он мог быть у себя в каюте. Она находилась на палубе В, но я не знала номера.

А потом, когда я уже возвращалась, отчаявшись, к лестнице, на мое плечо легла чья-то рука и голос Чарльза воскликнул:

— Джоанна, дорогая! Мне сказали, тебе нельзя вставать. Боже мой! Ты выглядишь ужасно.

К этому времени я и чувствовала себя ужасно. На мгновение в глазах у меня все потемнело. Как раз в этот момент две женщины рядом с нами поднялись из шезлонгов, которые Чарльз немедленно оккупировал. Он переставил их в тень, осторожно устроил в одном меня, потом сам опустился в другой.

— Я искала тебя повсюду, — сказала я, и звук собственного голоса показался мне незнакомым.

— Мистер Верритон сказал, что у тебя сотрясение и врач не велел тебе подниматься с постели, — Чарльз смотрел на меня с беспокойством и любопытством одновременно.

— Не все так страшно, и потом, я не хочу лежать, — сказала я. — Чарльз я должна тебе кое о чем рассказать или я сойду с ума. Ты выслушаешь меня?

— Конечно, выслушаю, Джоанна, — ответил Чарльз, но по-прежнему смотрел на меня озабоченно.

— Ты уверен, что нас не подслушивают?

Он рассмеялся.

— Ты уже спрашивала об этом как раз перед тем, как я поскользнулся и вывихнул ногу. Это смахивает на комедию плаща и кинжала. Если ты будешь говорить тихо, я не думаю, что нас кто-нибудь сможет подслушать.

— Это действительно похоже на комедию плаща и кинжала, — сказала я. — Это совершенно фантастическая история.

А потом я стала рассказывать ему все с самого начала. Он иногда переспрашивал, но в основном слушал молча. Я видела, что он хмурится и время от времени ерзает в своем шезлонге, и стала бояться, что он не поверит мне. Но я все-таки рассказала ему о покушении на миссис Верритон, а потом о том, как я пыталась из Неаполя дозвониться дяде Рональду в Скотланд-Ярд, а когда у меня ничего не вышло, отправила ему длинное письмо. Затем я рассказала о своем решении осмотреть куклу и про то, как видела Грэма Хедли входящим в тот многоквартирный дом в предместье Неаполя. Тут Чарльз меня перебил.

— Но откуда ты знаешь, Джоанна, что там до него побывал мистер Верритон? И ты наверняка не права насчет куклы Кенди. Никто не станет использовать своего собственного ребенка таким образом.

— Подожди! — воскликнула я. И перешла к истории с куклой: как я обнаружила тайник, как мной овладело отчаянное желание поскорее избавиться от своей находки, как я спрятала ее в библиотеке.

— Но это невероятно! Где сейчас этот контейнер?