Невинность в подарок - Аля Кьют

край кровати и, не спрашивая разрешения, взяла член Алана в рот. У меня все еще не было опыта, кроме той ночи, но я уже была чуть увереннее. Вспомнив, что надо двигать одновременно рукой и ртом, я стала посасывать головку, скользить губами по стволу и возвращаться назад.

Алан как будто растерял всю свою власть и теперь всецело подчинялся мне. Теперь его стоны звучали в комнате, и я умудрялась улыбаться, пока ласкала его. Его пальцы запутались в моих волосах. Он тянул за пряди, снова делая мне чуть больно, но еще приятно.

– Возьми глубже. Дыши носом, – едва слышно проговорил Алан и толкнулся почти до горла.

Он сделал так несколько раз, и я справилась, а потом прозвучал очередной приказ:

– Глотай детка. Я кончаю.

И снова толчок, глубокий и сильный. Мне в горло ударила струя, и я проглотила быстро, почти не заметив вкуса.

Алан замер и через несколько секунд медленно отстранился.

– Доброй ночи, Мари, – проговорил он, уходя из моей комнаты. – Если тебе хочется приключений, то их можно найти здесь. Не обязательно шляться по клубам и вечеринкам.

У меня пропал дар речи от такого заявления. Половину ночи я ворочалась, собираясь пойти в спальню Алана и высказать все, что думаю. Но так и не отшлифовав речь бунтаря до идеала, уснула.

На следующий день, прямо утром, я отправилась в кабинет Стерна, чтобы уволиться.

Глава 14. Соперница

День для увольнения оказался совершенно неподходящим. На Алана я наткнулась в гостиной. Он шел из тренажёрного зала, как всегда потный и сексуальный. И шел Стерн не в душ, а прямо в кабинет. В руке у него был мобильный, он что-то просматривал и хмурился.

– Мари, кофе и завтрак принеси в кабинет, – бросил он, едва взглянув на меня.

Я мигом проглотила свою пламенную речь и застыла у открытой двери. Алан, не садясь в кресло, включил ноутбук, продолжая ковыряться в телефоне.

– Что-то случилось? – осторожно поинтересовалась я.

– «Тюльпаны». Не бьются цифры, хоть за уши тяни. Ищем ошибку.

– Сколько там уже готово?

– Две трети работы. И я понятия не имею, кто и где налажал. Главный инженер – кретин сказочный. Мычит мне в трубку все утро. Как я его утвердил, понятия не имею.

– Откуда пошли нестыковки?

– Архитектура.

У меня кольнуло в груди. Моя ошибка? Как так?

– Я все еще хочу кофе, – напомнил Алан раздраженно.

– Да, конечно.

Я помчалась на кухню со всех ног. Нет, я все еще злилась на Стерна за вчерашнее завершение вечера, но и бросить его в такой ситуации не могла. Если Алан не перекусит и не выпьет кофе после тренировки, то будет клевать носом весь день. ГИПа «Тюльпанов» я тоже знала и не любила. Он виртуозно переваливал всю свою работу на подчиненных и Алана. Редкий дар для инженера с задатками руководителя.

В силу своей молодости и незрелости я не говорила об этом Алану, но теперь он и сам столкнулся.

Сварив эспрессо, я быстро отнесла его в кабинет. Стерн стоял у ноутбука, так и не присев. Похоже, не только зад Марка смущал Алана на диване. Своим потом он тоже не спешил смочить обивку кресла.

Вторым броском я быстро соорудила омлет и сэндвичи с беконом. Алан так и стоял, изучая чертежи. Он даже включил панорамный экран, чтобы было удобно просматривать в большом масштабе.

Заглотав еду, как удав, мой босс отдал распоряжение:

– Проверь, пожалуйста, эти элементы. Я в душ, а потом в офис. – Он уже больше говорил сам с собой, а не со мной. –  Там тоже куча проблем. Боже, чувствую себя учительницей начальных классов. Может, Марк подскажет что-то по «Тюльпанам». Но у него и своей работы море. Чтобы еще раз купил чужой проект…?

Последняя фраза кольнула в самое сердце. Это ведь могла быть и моя ошибка. Отец принял архитектуру с намерением согласовать все с ведущим специалистом. Успел он это сделать ли нет, я не знала. Пока Алан был в душе, я просматривала чертежи. Он даже не заглянул перед отъездом, позвонил мне уже из машины, сказал, что будет поздно, скорее всего.

Об увольнении я и думать забыла. Делом чести было довести «Тюльпаны» до стройки хотя бы. В идеале я с удовольствием занялась бы и авторским надзором при строительстве, но кто бы мне позволил? Отбросив эти мечты, я вернулась к насущной проблеме. И кажется, даже нащупала ниточку, когда хлопнула входная дверь. Я выскочила из кабинета, чтобы поделиться с Аланом своими мыслями, но это оказался не он. Посреди гостиной стояла высокая брюнетка в красном брючном костюме. Она осматривалась и морщила нос, словно в доме плохо пахло.

Как она вообще вошла? Все сотрудники заранее сообщали о визите, и портье снизу всегда звонил.

Я встала напротив гостьи, сложив руки на груди. Вела она себя по-хозяйски, и это сразу взбесило.

– Ты кто такая? – спросила дамочка, бросая сумку на кресло.

– Это Вы ворвались в мой дом. Объяснитесь первая, – выпалила я, задрав нос.

Я никогда не была вспыльчивой, но вторжение незнакомой женщины на свою территорию не могла принять спокойно. И уж точно я не собиралась рассказывать ей о себе.

– Твой дом? Хах. Алан завел себе собачонку для сезонных потрахушек и даже разрешил гавкать? Очень мило. Или ты очередная пассия Марка? Где они оба?

– Марк здесь не живет больше.

– Где Алан? Хотя неважно, я подожду его здесь.

Она сдула пылинки с идеально наманикюренных острых ногтей, которыми можно было вспороть плюшевого мишку. Мне хотелось взять ее за шею и вытолкать из квартиры. Но для начала я просто ответила:

– Не подождете. Алан Львович не оставлял распоряжений.

– Ах, распоряжений, – закивала захватчица.  – Значит, ты у него на побегушках. Тогда набери Стерна и скажи, что я его жду.

– Я ничего не буду ему говорить. Вы не имеете права здесь находиться.

– Серьезно? А как я тогда вошла, моя хорошая? – рассмеялась она, показывая мне ключ.

Я охнула, не справившись с эмоциями. Она точно не его сестра, не его племянница или тетушка. Единственное объяснение беспрепятственному проникновению и наглости было очевидно. Я больше не могла стоять и смотреть на нее.

Я не имела права ей грубить и сама себя не узнавала, но и принять женщину Алана с распростёртыми объятиями я не могла.

Поэтому он не спал со мной? Хранит ей верность таким изощренным способом? А сам плел про прелюдию и растянутое удовольствие. Подонок. И лицемер.

– Эй, детка, будешь пялиться в стену или