Лайза Хелл - Любовный марафон

— Что это был за шум в этом допотопном туалете? — Нита, озираясь, вошла в маленькое помещение.

— Я ничего не слышала, — невинно глядя на нее, возразила Фе.

— Странно… — Нита продолжала недоверчиво оглядываться. — Ведь я отчетливо слышала голоса! Наверное, я слишком много выпила?! Она засмеялась и энергично вытолкнула Фелициату из туалета. — Пора возвращаться. — По пути к своему столу Нита с нежностью пожала руку Фелициаты. — Скажи честно, с тобой все в порядке? — тихо спросила она. — Все-таки ты счастлива? Видела бы ты, с какой тоской Джерми тебя ищет сейчас! — Ее голос упал до шепота. — Если мы быстро не уедем отсюда, то Ред изнасилует меня прямо под столом, тайком от всех! Я почти не могу отбиваться от его рук и уж если быть честной и порядочной девушкой, то и не хочу! От его рук я просто умираю от Желания, он делает меня сумасшедшей! Джерми предложил, чтобы через несколько минут мы поехали к ним. Мне не терпится оказаться в объятиях Реда, и… лечь с ним в постель!

Они подошли к столу. Пока их не было, Сюзан заняла стул Фелициаты рядом с Джерми и теперь не знала, продолжать ли ей сидеть или уступить место.

Фелициата обратилась к ней с самой сладкой улыбкой, на какую была способна:

— Пожалуйста, оставайтесь здесь, Сюзан. Все равно мы сейчас едем домой, — заявила она с торжествующей миной.

— Этих замечательных слов я только и ждал! — Джерми так стремительно вскочил, что его деревянный стул опрокинулся назад. Грохот от его падения был воспринят всеми, как сигнал к завершению ужина. Все поднялись: статисты, операторы, осветители. Вилли начал благодарить Джерми и Реда за то, что его гостиницу включили в рекламный фильм. Какое-то время Сюзан и Фелициата стояли против друг друга. Ненависть, полыхающая в глазах Сюзан, казалось, была способна превратить этот уютный, отделанный деревом зал в гигантский костер. Сила ее ярости только возросла от триумфа Фелициаты, которая внешне спокойно выдержала полный злобы и ненависти взгляд «соперницы». Хотя и глаза Фе тоже горели не очень мирным огнем. Когда Джерми нежно обнял ее, она опустила голову. Он не должен был заметить ее чувства. Ей было стыдно за себя.

9

Только к утру Фелициата заснула в его объятиях. Джерми благоговейно смотрел на ее ясное, как у ребенка, лицо, на растрепанные белокурые волосы, шелковистыми прядями рассыпавшиеся по груди девушки. Он осторожно поднял ее изящные руки, сложил их на плоском животе, подтянул повыше простыню и помедлил, прежде чем осторожно укрыть грудь Фелициаты. Охотнее всего Джерми бы еще раз разбудил ее и еще раз… занялся любовью. Он никак не мог насытиться этим драгоценным телом, и ему все время хотелось слышать мягкий голос Фелициаты.

Когда она, дрожа, шептала «да», то он вторил «да, да, да!», умирая от желания раствориться в ней. А может..? Нет, ей нужно поспать. Он должен быть доволен, что видит ее. Какая же она красивая, какая изящная… Он только еще раз прикоснется к ней, последний раз за эту ночь!

Лицо Джерми склонилось над ее маленькой грудью. Губы осторожно прикоснулись к розовому соску и неподвижно застыли там. Он был в восхищении. Маленькое изящное тело Фелициаты излучало запах молодой розы. Простыня сползла в сторону. Джерми приподнялся. Он знал, что должен немедленно отойти от девушки, иначе волна страсти захлестнет его и он не сможет ее обуздать. Страсть не покидала его ни утром, ни днем… Что за чудо! Каждый раз она принадлежала ему как-то по-новому. Как Фелициата могла отдаваться!..

Обнаженный Джерми стоял перед окном и мечтательно смотрел на раскинувшийся вдали Тихий океан. Сегодня его поверхность была зеркально-ровной. Легкие лиловые утренние облака, похожие на драгоценный фарфор, тянулись над океаном. Наступал замечательный день, настоящий праздничный день! Его сердце забилось от радости, когда он подумал о предстоящих часах — с Фелициатой!

— Дорогой. — Джерми в изумлении обернулся. Фелициата с пленительной улыбкой протягивала ему навстречу руки. — Иди ко мне! — попросила она. — Возьми меня! Я хочу тебя! Я все еще никак не могу насытиться тобой!

Двумя гигантскими шагами добрался он до кровати и поднял девушку на руки. Фелициата скрестила свои изящные руки на его шее. Она была легка, как перышко. Он еще выше поднял ее и понес к окну.

— Только одно мгновение, — нежно шептала она, — только одно мгновение, и я буду принадлежать тебе. Но прежде посмотри на это великолепие! — Небо, казалось, полыхало. Кроваво-красное солнце поднималось из далекого моря-океана и золотило дома и крыши. Фелициата восторженно распахнула заспанные глаза. — О! — тихо промолвила она. — Какое чудо!

Тут Джерми позволил ей медленно сползти на пол и осторожно лег на нее. Яркие солнечные лучи освещали их слившиеся тела. Фелициата горела в его руках, как яркое розовое пламя…

Нита нежно провела пальцами по загорелой спине Реда.

— Ты спишь? — тихо спросила она. Ред даже не шевельнулся. Неудивительно, что он спал так глубоко и крепко. Достаточно было взглянуть на растерзанную постель. С колотящимся сердцем девушка вспомнила охватившее их нетерпение, когда они, едва войдя в спальню, судорожно обняли друг друга и… Она даже не успела сбросить юбку и сорвать кофточку. Опустившись на мягкое ковровое покрытие пола, Нита со стоном потянула на себя Реда и прошептала: — Возьми меня! Возьми меня, Ред! О Боже мой!

И он взял ее, и брал снова и снова… На полу, на кровати, откуда они даже умудрились сползти на пол…

— Спи, мой любимый, — промурлыкала девушка и, едва дыша, поцеловала его в плечо. — Солнце встает… У тебя совсем немного времени! И утром тебе потребуются новые силы! — Ее рука нащупала под одеялом бедро Реда и осталась там лежать. Нита закрыла глаза.

Вдруг Ред молча повернулся к ней.

— Вместе воровали — вместе повесят, моя маленькая!

Нита засмеялась. Приоткрыв рот, она прошлась влажным розовым кончиком языка по широкой груди Реда, приведя его в возбуждение.

— Вместе воровали — вместе повесят, я готова, — нежно прошептала она. Ее ноги как бы сами собой медленно раздвинулись.

Ред с глубоким страстным стоном зарылся головой в ее взлохмаченные волосы.