Кей Хупер - Шепот дьявола

— Сколько тебе было лет, когда ты в первый раз потеряла сознание?

— Насколько я помню, примерно в том же возрасте, кажется. Никто не рассказывал мне, что такое случалось раньше, но все может быть.

— Значит, они связаны. Твои обмороки и видения.

— Может быть. Есть теория, по которой определенные экстрасенсорные способности проявляются или усиливаются при избытке электрической энергии в мозгу. Возможно, накопление энергии такого сорта может… перегрузить мозг. Своего рода побочный эффект экстрасенсорной активности. Существуют и другие неприятности.

Макс повернулся и внимательно вгляделся в нее.

— Получается, что стресс здесь ни при чем.

Она с трудом улыбнулась:

— Давай скажем, стресс особого свойства.

— А если это будет происходить слишком часто и продолжаться слишком долго? Не может ли это повредить мозг?

— Пока такого не случилось.

Макс вполголоса выругался.

— Но может?

Нелл остановила лошадь.

— Не знаю. Никто не знает. Очень может быть. — Она болезненно отреагировала на его настырность.

Он и сам выглядел основательно рассерженным.

— Тогда какого черта ты умышленно лезешь в ситуации, которые могут привести в действие эти твои способности? Господи, Нелл, это все равно, что играть в русскую рулетку, рисковать жизнью.

— Это моя жизнь, — огрызнулась она. — И, кроме того, это все теория. Никто понятия не имеет, что происходит у меня в мозгу. С другими экстрасенсами то же самое. Никто ничего точно не знает. С медицинской точки зрения все указывает на повышенную электрическую активность даже в тех участках мозга, которые у обычных людей считаются незадействованными. У всех экстрасенсов, кого я знаю, показания такие же. Но что бы там ни происходило, нам это не вредит. Все в нашем подразделении регулярно проходят медицинское обследование. Возможно, наш мозг приспособился перерабатывать излишнюю энергию. Не знаю. Знаю только, что нет признаков органических изменений.

— Пока.

Она глубоко вздохнула.

— Ладно, пока нет изменений. Может быть, их никогда и не будет. А может, я однажды проснусь с поджаренными мозгами. Ты это хотел от меня услышать?

— Я хочу, чтобы ты объяснила мне, Нелл, почему ты так стараешься вызвать явления, которые грозят тебе гибелью.

— Я могу использовать свои способности наилучшим, с моей точки зрения, способом, — ровным голосом ответила она, — или я могу спрятаться от них и от всего мира. Ты это предпочитаешь, Макс? Чтобы я закончила так, как моя бабушка? Спряталась бы в маленьком домишке в лесу, держалась ото всех подальше и жила бы в ужасе перед видениями и явлениями, которые я не могу контролировать?

— Нет, разумеется, нет. Но должна же быть какая-то золотая середина.

— Это и есть моя золотая середина. Я работаю с людьми, которые изо всех сил стараются понять и использовать паранормальные способности, людьми, которые заботятся и беспокоятся друг о друге. И я пользуюсь своими способностями, стараясь научиться их контролировать, чтобы не слепнуть каждый раз, когда это со мной случается. Это тебе понятно?

После длинной паузы Макс кивнул.

— Да-да, это я могу понять. — Он взял поводья и тронул лошадь. — Но это опасный выбор, Нелл.

«Ты и понятия не имеешь, насколько опасный, — подумала она, следуя за ним. — Абсолютно никакого понятия».

9

Было несложно догадаться, почему маленький дом не вызвал интереса у потенциальных арендаторов за несколько месяцев после смерти Ферье. Он, вне сомнения, при постройке предназначался для арендатора-фермера или наемного сезонного работника, который бы работал на близлежащих полях. Он примостился в конце грязной дороги, которая летом станет невыносимо пыльной, и, хотя находился в приличном состоянии, в нем не было ничего привлекательного.

Они привязали лошадей на краю леса, откуда их было видно с дороги, и прошли через заросший травой двор.

— Сомневаюсь, чтобы кто-нибудь нас заметил, если бы мы пошли к парадной двери, — заметил Макс, — но там дальше есть парочка соседей, которые могут обратить на нас внимание, если мы уж слишком будем подставляться.

— А этих соседей допрашивали? — спросила Нелл, поднимаясь на заднюю веранду. Она сунула руку в карман куртки и достала оттуда небольшую кожаную сумочку на «молнии».

— Насколько я помню, Итан послал сюда пару своих помощников, правда, поздно. Кажется, никто не заявил, что видел или слышал что-то подозрительное, хотя ты наверняка читала полицейские протоколы и знаешь больше меня. — Он с подозрением посмотрел на маленькую сумочку и добавил: — Это то, что я думаю?

— Вероятно. — Она выбрала подходящий миниатюрный инструмент и, наклонившись, принялась за работу.

— Орудие взломщика?

— Давай скажем, что это приспособление для открывания дверей, и не будем вдаваться в детали.

— Это все на деньги таких налогоплательщиков, как я? — сухо поинтересовался он.

— Нет. Слушай, ты часом не знаешь, когда кто-нибудь в последний раз был в этом доме?

— Не знаю. Тебя Бюро направляло в школу для взломщиков?

— Нас Бишоп научил. Сказал, что может понадобиться. Он оказался прав.

— Он до ФБР был взломщиком?

— Вообще-то, я думаю, что он изучал психологию и юриспруденцию, когда его пригласили в ФБР. Понятия не имею, откуда у него эти навыки.

— А у него их много?

— Кое-что имеется.

Макс нахмурился. В этот момент щелчок возвестил, что Нелл успешно справилась с замком.

— Это же взлом и проникновение, верно?

— Тебя это беспокоит? — спросила Нелл, выпрямляясь и открывая дверь.

— Не очень. — Макс вошел за ней в дом. — Но если Итан или его люди нас здесь поймают, я изрядно влипну, просто по уши.

— Гм-м. Он ведь уверен, что ты убил Ферье, так?

— Хочет быть уверенным Это большая разница.

— Так между вами все еще вражда?

Макс насмешливо спросил:

— Разве Уайд Кивер тебя на этот счет не просветил?

Она слегка улыбнулась:

— Между прочим, просветил.

— Ну да, я так и думал. Он у нас и за телефон, и за телеграф. Самый быстрый способ сделать что-то известным всем. Разве только плакат повесить в людном месте будет быстрее. — Макс пожал плечами — Мы с Итаном уже давным-давно в ссоре И ты знаешь, почему.

Нелл кинула на него взгляд, затем вернулась к осмотру довольно потрепанного интерьера. Изношенная и потертая мебель выглядела тоскливо. Об уюте нечего было и думать. В крошечной кухне только самое необходимое, в гостиной — продавленная тахта и одно выцветшее кресло Через открытую дверь в спальню виднелась древняя железная кровать.

— Ферье явно жил по средствам, верно? — заметила она.