Джеки Коллинз - Приговор Лаки

Глава 13

-Надеюсь, теперь ты наконец довольна, — сказал Карло и нахмурился. Впрочем, Бриджит еще раньше почувствовала, в каком он настроении, и отодвинулась от него как можно дальше.

— По-моему, вечеринка была неплохая. Тебе не понравилось? — осторожно заметила она.

— Неплохая для тебя, — бросил Карло со злобой. — Тебе-то не пришлось терпеть оскорбления от этой паршивой суки.

— О ком ты, Карло? — удивилась Бриджит. Впрочем, она тут же подумала о том, что, кто бы ни вывел Карло из себя, гнев его, как и всегда, падет именно на ее голову. Так уж повелось, что Карло всегда вымещал на ней свою досаду и свое дурное настроение.

— О твоей Лаки Сантанджело.

— Лаки вовсе не су… — Бриджит запнулась. — Не сука, — повторила она с вызовом. — Просто она за меня переживает.

— И тебе наплевать на то, что она меня оскорбила?! — Голос Карло задрожал от бешенства. — Ты хоть знаешь, что она мне сказала?!

— Нет, а что?

Карло протянул руку и нажал на кнопку, включавшую механизм подъема тонированной звуконепроницаемой перегородки, отделявшей их от сиденья водителя.

— Она заявила, что я, граф Карло Витторио Витти, охочусь за твоими деньгами. — Последовала долгая пауза, которая показалась Бриджит зловещей. — Мне не нужны твои миллионы, Бриджит! У меня достаточно собственных денег, к тому же я — представитель древнего и знатного рода. А ты… ты никто.

Просто плебейка.

— Мой дед был знаменитым греческим судовладельцем, — возразила Бриджит с обидой в голосе. — Президенты и короли многих стран считали за честь пожать ему руку.

— Зато твоя мать была просто дешевой шлюхой, — насмешливо сказал Карло.

— Не смей так говорить! — выкрикнула Бриджит, едва сдерживая слезы. — Возможно, у мамы были какие-то проблемы, но шлюхой она никогда не была.

Карло презрительно фыркнул.

— Мне чертовски не нравится твое поведение, — сказал он строго. — Ты должна вести себя как жена графа, а не как голливудская выскочка. Я дал тебе титул, а ты на него плюешь! Ты даже не в состоянии понять, чего я от тебя хочу.

— Может быть, в таком случае наш брак был ошибкой? — робко предположила Бриджит.

— Если и ошибкой, то только с моей стороны, — уточнил Карло.

— Ну и что нам теперь делать? — спросила Бриджит, стараясь сохранить если не спокойствие, то, по крайней мере, спокойный тон.

Если развестись с ней, подумал Карло, он скорее всего сумеет выцарапать из наследства Бриджит несколько миллионов. Но зачем ему несколько миллионов, если, оставаясь мужем Бриджит, он со временем сможет контролировать все ее огромное состояние?

— Посмотри на себя, — сказал он раздраженно. — Ведь совсем недавно ты была красавицей, а теперь…

Теперь ты просто драная кошка!

— Чего ты от меня хочешь? — вздохнула она в ответ, пытаясь не реагировать на оскорбление. — Чего ты хочешь от меня на самом деле?

— Я хочу, чтобы ты уважала меня, как и полагается всем нормальным женам!

— Я уважаю тебя. — Бриджит снова судорожно вздохнула.

— Но сегодня вечером ты не сделала ничего, чтобы поддержать меня. Ты не сказала этой стерве Лаки, чтобы она заткнулась и не смела оскорблять твоего мужа! Это ты называешь — «уважай»?

— Но я даже не знала, что Лаки говорит тебе… подобные вещи!

— А могла бы догадаться!.. — Он фыркнул. — В общем, я требую, чтобы ты никогда больше с ней не встречалась. Я тебе запрещаю, понятно?

Бриджит кивнула, но Карло этого было недостаточно. Он уже решил, что, как только они доберутся до гостиницы, он позвонит в службу заказа билетов и зарезервирует два места на утренний рейс в Европу.

Только там люди, которые угрожают его будущему, не смогут до него дотянуться.

— Не спеши… — сказал Стивен.

— Что? — переспросила Лин, пытавшаяся снять свое узкое платье от Версаче.

— Ты слишком торопишься.

— Кто это сказал? — удивилась она.

— Я… То есть мне так кажется.

— Но я подумала…

— Просто не спеши, хорошо?

Лин была искренне озадачена. Каждый раз, когда она встречалась с мужчинами, первое, что они пытались сделать, оставшись с нею наедине, — это вытряхнуть ее из одежды. Так почему же Стивен просит ее не спешить? Ведь она все делала правильно — с тех самых пор, когда в четырнадцатилетнем возрасте Лин впервые уступила поклоннику, ритуал никогда не менялся.

К Стивену домой они приехали уже больше пяти минут назад. Он спросил, не хочет ли она выпить чего-нибудь, и Лин ответила, что хочет шампанского.

Стивен пошел к бару, а она стала раздеваться… И вот теперь оказалось, что она слишком торопится.

Это надо же!..

Чувствуя себя весьма неуютно, Лин снова натянула на плечи платье.

— Знаешь, оказывается, у меня нет шампанского, — сказал Стив озадаченно. — Только белое вино.

— Белое вино тоже сойдет, — поспешно согласилась Лин. Стивен ей очень нравился, и она не хотела, чтобы он подумал, будто она приехала к нему ради сеанса молниеносного секса.

Стивен налил ей бокал белого вина, стакан диетической кока-колы себе и, вернувшись к дивану, сел рядом.

— Лин… — мягко сказал он.

— Что, Стив? — ответила Лин ему в тон, сбрасывая с себя маску оторвы и превращаясь в доброжелательного и внимательного слушателя.

— Я хотел тебе сказать… Темп всегда должен задавать мужчина, понимаешь?

— Что-о?.. — Лицо Лин вытянулось.

— Я понимаю: ты молода, знаменита, сексуальна и очень красива. Наверное, ты и богата к тому же…

Куда тебе спешить? Успокойся и расслабься.

— Мне не кажется…

— Скажи мне, — перебил он, — когда у тебя было последнее серьезное увлечение?

Лин надолго задумалась, припоминая всех богатых повес, знаменитых рок-солистов, популярных ведущих, известных спортсменов и наследников огромных состояний… Их было много, очень много, но среди них не нашлось ни одного, кого она могла бы назвать серьезным увлечением.

— Серьезные увлечения — это не для меня, — сказала она наконец. — К тому же тебе не кажется, что в самом сочетании «серьезное увлечение» скрыто противоречие? Разве увлечение может быть серьезным?

Стивен покачал головой.

— Почему ты считаешь, что это — не для тебя? — спросил он, пристально глядя на нее.

— Почему?.. — «Хороший вопрос! — подумала про себя Лин. — В самом деле — почему?» Ей было двадцать шесть лет, но за все это время у нее был только один достаточно серьезный роман с неким нью-йоркским магнатом, который использовал ее, чтобы доводить до белого каления свою жену — пресыщенную великосветскую даму, получавшую свою порцию острых ощущений в объятиях собственного шофера-пуэрториканца. Этот роман продолжался чуть больше полутора месяцев и был самым продолжительным за всю историю ее общения с мужчинами.