Лаура Ван Вормер - Последний любовник

Я растерянно смотрю на мать.

— Иногда ты такая умная, что действуешь невероятно глупо. — Мама идет на кухню. В дверях она оборачивается и тычет в мою сторону длинным пальцем. — Пораскинь мозгами!

Из кухни раздается цокот когтей — Скотти и Абигейл, встревоженные тоном матери, прибежали посмотреть, что случилось. Мама успокаивает собак. Затем высовывает голову из-за двери:

— Если Спенсер и снял фильм, то только для себя.

— Прости, не совсем понимаю.

Мать смотрит на меня упреждающе, словно ее начинает раздражать моя тупость.

— Если я все верно понимаю, твой Спенсер был джентльменом во всем, что касается женщин. И если он собирался прожить с тобой жизнь, Салли, то вполне мог отснять фильм про вас, чтобы он помогал ему коротать ночи, когда вы не вместе. Вы же иногда расставались надолго, а вокруг столько соблазнов.

Неужели моя собственная мать говорит это? Что Спенсер снял кассету, чтобы иногда помогать себе руками, если я не рядом! Моя добропорядочная мать! Забавно!

Скотти подбегает ко мне, чтобы лизнуть руку.

— Салли! — резко говорит мама. — Подумай сама! Кому выгодно выставить нашу семью в неприглядном свете перед всем Каслфордом? Ведь эта пленка порочит не только тебя, но и меня, и твоего брата!

До меня постепенно начинает доходить.

— О'Харн?

Человек, которого я виню в смерти отца. Его бывший друг Филипп О'Харн! С того момента как я назвала его убийцей с экрана телевизора, он вполне мог возненавидеть меня, маму и Роба. И решил отомстить.

Но разве он мало причинил нам страданий? Смерть моего отца — разве этого недостаточно? Чего еще может желать этот человек без совести?

— Но как он мог сделать запись, мама? Для этого надо попасть в квартиру Спенсера!

— Вот это тебе и предстоит выяснить, — жестко отвечает мать.

Глава 13

— Салли, это Александра Уоринг, — слышу в трубке голос моей патронессы. Она произносит это таким тоном, словно мы незнакомы.

Бадди и я как раз приближаемся к Манхэттену в моем джипе.

— Привет. Спасибо, что перезвонила. Я сейчас еду в город со своим другом Бадди Д'Амико.

— А, тот детектив. Помню его. Так что ты говорила о пленке?

— Это видеозапись того, как мы со Спенсером занимаемся любовью. И прежде чем ты задашь кучу вопросов, послушай меня: нет, запись была сделана без моего разрешения; нет, я не знаю, кто именно ее сделал; нет, я тем более не знаю, какой урод разослал копии по всему Каслфорду, не говоря уже о «ВСКТ».

— Ясно, — коротко отвечает Александра. — Я сейчас найду Венди Митчелл, и пусть она тоже подъедет к дому Спенсера. Дай-ка мне его адрес. Пусть девочка покопает там.

— Спасибо.

— Еще я пошлю кого-нибудь просмотреть сегодняшнюю почту канала. Может, нам тоже прислали копию.

Вот то, что мне требовалось. Чтобы моя начальница взяла инициативу в свои руки, вместо того чтобы осудить меня, как некоторые другие.

— Мы разберемся с этим делом, Салли, — уверенно говорит Александра. — Главное, не скисай. Тебе нечего стыдиться, ты же ни в чем не виновата.

Ну да, конечно. Если не считать того, что связалась со Спенсером и угодила в неприятную историю.

Я открываю дверь квартиры. У меня все еще осталась надежда, что Спенсер дома.

Его нет. В квартире тихо, слышен только шум уличного движения с Третьей авеню. Венди и Бадди быстро проходят в спальню, потеснив меня.

— Снято отсюда. — Венди кивает на изголовье кровати.

Кровать Спенсера сделана из вишневого дерева, а изголовье ее прибито к стене, чтобы не слишком беспокоить соседей (тот, кто хоть раз побывал в постели со Спенсером, знает, что это значит).

Венди указывает на лепесток в узоре изголовья — он чуть более темный, чем остальной орнамент. Бадди включает крохотный фонарик, и в ответ загорается яркий отблеск. Приблизившись, вижу, что это круглый объектив, спрятанный в деревянной панели. Его диаметр меньше полудюйма — неудивительно, что я его не замечала.

С помощью инструментов, предусмотрительно принесенных Венди, мои друзья отдирают изголовье от стены. За панелью оказывается тонкий проводок, уходящий в соседнее помещение.

— Заглянем к соседям? — спрашивает детектив.

— Я бы заглянула, — кивает Венди.

Мы идем к соседской двери и стучим. Молодая чернокожая женщина в футболке и тренировочных штанах открывает на стук. Я представляюсь, объясняю, что у нас проблемы с проводкой, а потому нам нужно войти и проверить стену с этой стороны.

Женщина окидывает нас настороженным взглядом — наверняка подозревая в нас шайку грабителей.

— Можете позвонить вниз и поговорить с охранником. Я — подруга Спенсера Хоза. — При этой фразе у меня едва не перехватывает голос. — Это парень из соседней квартиры. Консьерж меня знает — я вписана в число постоянных гостей.

Незнакомка хмурит брови:

— Так этот тип вернулся? Его кошка орала как резаная. Чего это он ее бросил?

— Я забрала кошку к себе, — вставляю я в надежде, что это заставит девицу к нам расположиться.

— Ладно. Какую стену вам надо осмотреть?

— Ту, которая примыкает к нашей квартире. В четырех футах от окна.

Женщина с сомнением оборачивается в комнату.

— Но у меня там зеркало.

— Мы его снимем, а затем повесим обратно.

— Это не такое зеркало. — Она открывает дверь шире и впускает нас внутрь. — Посмотрите сами.

— О нет! — восклицаю я, заходя в комнату.

Вся стена, общая с квартирой Спенсера, покрыта зеркалами. От стены чуть отступает балетный станок.

— Вы давно здесь живете? — спрашивает Венди.

— Четыре месяца.

— Это вы установили зеркала?

— Их установили для меня, — поясняет соседка. — Я тогда еще жила в Чикаго.

Венди и Бадди осматривают зеркальные панели, пытаясь понять, как их можно снять.

— Вы танцуете в Нью-Йорке? — вежливо интересуюсь я.

— Я состою в труппе Джуллиарда, — скромно отвечает девушка.

— Ого! Это он распорядился выделить вам квартиру в этом доме?

— Мне кажется, это личные вопросы, — подумав, отвечает она. — Какая-то компания спонсирует танцевальную труппу. У меня договор аренды на полтора года.

— А что это за компания, вы не в курсе? — спрашивает Бадди у меня из-за спины.

Танцовщица качает головой:

— Возможно, это знает владелец дома. Я даже счетов за аренду не получаю.

Бадди лезет в бумажник и достает корочки Каслфордского отделения полиции. Девушка рассматривает удостоверение и возвращает обратно.

— Не далековато ли от дома вы забрались, детектив?