Александер Виктория - Ее высочество, моя жена

– Думаю, будет, – он покачал головой и наклонился ближе. – Я пока не отказался от всех своих условий. Мысль о том, что я разделю уединенность кареты с тобой и только с тобой, мне определенно нравится.

Дрожь удовольствия пронзила Татьяну при звуке соблазняющих ноток в его голосе.

– Разделите, милорд?

– Со всем возможным пылом, если ты опять не уснешь, – Мэтт ухмыльнулся. – До встречи на следующей неделе.

Он повернулся, чтобы уйти.

– На следующей неделе? Что за новость? – она схватила его за руку. – Мы не уезжаем завтра? Ты не останешься?

– Осмелюсь предположить, это будет не совсем прилично.

– Глупости. Это громадный дом, способный принять еще одного гостя. Здесь целая армия слуг и я…

– И я занят. Возможно, до ночи. А завтра нужно вернуться к работе, – твердо произнес Мэтью. – В конце концов, почему твоя история не может подождать пару дней?

– Может, милорд, – она в упор встретила его взгляд. – Полвека история принцессы Софии уже прождала. Еще пара дней едва ли что-то решат. Можешь не спешить.

– Вот и прекрасно. Тогда принцесса Татьяна воцарится вместе со своей свитой здесь и соблаговолит заняться делами, требующими её королевского внимания. На следующей неделе, – в его глазах мелькнуло обещание, – лорд и леди Мэтью отбудут.

– Я это себе немного не так представляла.

Мэтт рассмеялся. Потом поднес её руку к своим губам:

– Моя дорогая принцесса, я думаю и почти надеюсь, что ты не привыкла кого-либо добиваться. Я же, со своей стороны, редко был тем, кого добиваются, – он провел губами по перчатке жены. – Однако мой жизненный опыт подсказывает, что процесс ухаживания не удовлетворяет полностью, если он слишком короток. Приз достается излишне быстро, или все слишком просто. Я бы не хотел, чтобы ваше удовлетворение оказалось чересчур кратким или вмиг пролетело.

– Мэтью! – Татьяна вспыхнула, а её глаза расширились.

– Ты стала еще прекраснее с этим румянцем, – он усмехнулся. – И с закрытым ртом. Ты искушаешь меня дать слугам еще больше пищи для сплетен.

Мэтт повернул её руку и запечатлел поцелуй на затянутой в перчатку ладони. От его прикосновения по её телу разлилась волна чистого желания. Все, чего Татьяна хотела – это затащить его наверх, в свою постель.

– Приятных снов, моя принцесса, – Мэтью отпустил её и направился к двери.

– Знаешь, через неделю я могу передумать, – проговорила Татьяна ему вслед. – Я могу решить, что приз не стоит того, чтобы его добиваться.

Излишне самодовольным тоном он ответил:

– Ты не передумаешь.

Мэтт тихо рассмеялся и вышел прежде, чем она смогла придумать достойный ответ.

Это просто смешно. Ждать ещё неделю. Хотя неплохо дать ему время подумать над тем, что между ними было, а чего не было. И что будет.

– Ваше высочество? – явно заинтригованный голос Катерины прозвучал откуда-то из тени.

– Да? – Татьяна рассеянно стянула перчатки.

Как только она призналась в том, что хочет Мэтью, он изменился. Эти перемены одновременно восхищали и пугали её. Он каким-то образом использовал её признание, чтобы окончательно утвердить свое превосходство в их отношениях. Да, он не знал всех её секретов, но уже знал главное. С самого момента их воссоединения Татьяна ощущала эту восхитительно возбуждающую дрожь от осознания того, что она желанна и желает.

– Судя по выражению лица, дела с вашим лордом Мэтью идут неплохо, – Катерина вышла в фойе.

– Он не «мой» лорд Мэтью, – Татьяна вручила перчатки Катерине, затем сняв шляпу и ротонду, передала их служанке, которая в свою очередь отдала их горничной. – Впрочем, скоро будет моим.

Катерина рассмеялась:

– Ни на мгновение не сомневалась, ваше высочество.

– А ты, дорогая, – Татьяна взяла Катерину под руку, и они неспешно проследовали в приемную, – как ты тут со вчерашнего дня? Могу себе представить, как было трудно вытерпеть твоего кузена, особенно учитывая его настроение после моего отъезда.

– Честно говоря, с Димитрием проблем не возникло.

– В самом деле? – Татьяна села на мягкий диван, особенно восхитительно мягкий после долгой поездки в карете. Конечно, они с Мэттом продолжат свое путешествие в более удобном экипаже. В очень уединенном и закрытом экипаже. Жаль, что в большинстве карет она просто засыпает. – Так он все еще дуется?

– Я не удивлюсь, если дуется. Впрочем, не могу сказать наверняка. Его сейчас нет. – Катерина опустилась на диван рядом. В её взгляде промелькнула тревога.

Татьяна решила не обращать на это внимание. Нет ничего необычного в том, чтобы бросать такие взгляды при разговоре о Димитрии, особенно когда мнения капитана и принцессы расходятся.

– Я бы пригласила его присоединиться к нам за ужином, но думаю поесть в своих апартаментах в одиночестве. Я просто умираю с голоду. В поездке тоже было бы неплохо питаться.

– Так бренди все еще вас усыпляет?

– Благодарение небесам! Хотя я вот тут засомневалась… – Татьяна сцепила руки. – Катерина, как ты думаешь, может, все-таки авалонский бренди не так уж хорош?

– Это исключено, – голос подруги звенел от негодования. – Никогда над этим не задумывалась, но я и не ценитель бренди. Я так понимаю, просто его вкус не раскрывается сразу.

– Полагаю, это не так уж важно. – Татьяна наклонилась к собеседнице. – Мне столько всего тебе надо рассказать. И не хочу, чтобы нас подсл…

– Извините, что перебиваю, выше высочество, – с неохотой проговорила Катерина, – но вы должны знать. Димитрий уехал из Лондона.

– И куда же? – спросила принцесса, стараясь не обращать внимания на поднимающуюся тревогу. – Он ведь не поехал за мной?

– Нет, – медленно произнесла подруга.

– Пожалуйста, скажи, что у него встреча с какой-нибудь дамочкой в Париже или тайное свидание в Вене.

– Я бы с радостью, но, – Катерина вздрогнула, – он возвращается в Авалонию.

– Как? – Татьяна вскочила, секундой позже поднялась и её компаньонка. – Как он мог?

– Он подумал…

– Да знаю я, что он подумал, – сжав кулаки, принцесса заметалась по комнате. Катерина шла за ней след в след. – Он подумал, будто может примчаться домой и рассказать моему отцу, что я ищу драгоценности в сопровождении человека сомнительной репутации…

– Насколько я поняла, Димитрий решил, что у лорда Мэтью чудесный нрав.

Татьяна отмахнулась:

– Конечно, решил. Но они друг другу не понравились. Ты бы их видела. Рычат, как не поделившие кость псы. Кто знает, что Димитрий расскажет моей семье о нем? По мнению твоего кузена, моя затея одновременно смешна и опасна, хотя, по правде, до сих пор в Англии я не увидела ничего особенно рискованного. Димитрий не позволяет мне жить своей собственной жизнью, если эта жизнь не соответствует его представлениям о времяпрепровождении принцессы. И я не позволю ему разубедить меня делать то, чего хочу я. – Татьяна резко развернулась и практически столкнулась с Катериной. – Поклянись, что ни ему, ни кому-то другому ты не откроешь то, что я тебе сейчас скажу.