Тэми Хоуг - Темная лошадка

Единственное, чему отцу удалось научить меня: никогда не показывай слабости, никогда не обнаруживай беззащитности.

Синяки от побоев – темно-лиловые полосы. Болят, когда вздыхаю. Нет, надо все-таки показаться врачу.

В шесть пятнадцать, задав корму лошадям, я поехала в больницу. Рентген показал, что переломов нет. Дежурный терапевт с красными от недосыпа глазами (должно быть, спал еще меньше, чем я) расспросил меня, явно не поверив ни единому моему слову о случайном падении с лестницы. Медсестра смотрела подозрительно. Меня дважды спросили, не хочу ли я пообщаться с полицией. Я поблагодарила и отказалась. Никто особо не настаивал, что навело меня на мысль, скольких избитых женщин благосклонно отпустили отсюда просто так, обратно в их личный ад.

Терапевт изрыгнул длинный перечень медицинских терминов, желая устрашить меня своим дорогостоящим образованием. Я равнодушно посмотрела на него и сказала:

– У меня все бока в синяках.

Он пожал плечами.

– Я пропишу болеутоляющее. Поезжайте домой, отдохните. Никаких серьезных физических нагрузок в ближайшие двое суток.

– Да, хорошо.

Он дал мне рецепт на викодин. Я расхохоталась, когда увидела, и по пути к выходу сунула листок в карман ветровки. Руки-ноги у меня работают, обломки костей не торчат, кровь не течет. Я не лежачая больная, все в порядке. Насколько мне известно, от такого не умирают, а мне надо побывать в куче мест и увидеться с массой людей.

Первый звонок – Майклу Берну или, точнее, секретарю Майкла Берна. Майкл – человек занятой.

– Спросите его, найдется ли у него минута побеседовать с потенциальным клиентом, – сказала я. – Если нет, я всегда могу обратиться по тому же делу к Дону Джейду.

Время у Майкла сразу же чудесным образом нашлось, и секретарь дал ему трубку.

– Майкл Берн. Чем могу быть полезен?

– Мне нужно, чтобы вы облили грязью вашего приятеля, мистера Джейда, – негромко ответила я. – Я частный детектив.

11

Одевшись с головы до ног во все черное, я при помощи геля гладко зализала волосы назад, нацепила узкие черные очки и позаимствовала у Шона черный «Мерседес-SL». Вид у меня был как у персонажа фильма «Матрица». Серьезный, таинственный, колкий. Не наряд, а униформа. Имидж – все!

С Берном мы назначили встречу на автостоянке Дэнни в Ройял-Палм-Бич, в пятнадцати минутах езды от ипподрома. Он что-то бурчал насчет долгой дороги, но я не могла рисковать: не хватало, чтобы меня увидели с ним возле центра верховой езды.

Берн приехал на знававшей лучшие дни «Хонде-Сивик» и вылез из машины, нервно озираясь. Частный детектив, тайная встреча… Голову сломаешь! Был он в затрапезных серых бриджах и красной рубашке поло, почти того же цвета, что и шевелюра.

Я опустила боковое стекло «Мерседеса».

– Мистер Берн, вы приехали увидеться со мной.

Он поморщился. Бедняга! Умирает от страха и неуверенности, никак не может меня раскусить, понять, что я за птица.

– Поговорим здесь, – сказала я. – Прошу вас, сядьте ко мне в машину.

Он замялся, как ребенок, которому незнакомый взрослый предлагает покататься. Еще раз окинул взглядом стоянку, будто боясь, что сейчас из кустов выскочат оперативники в масках и арестуют его.

– Если вам есть что сказать мне, садитесь в машину, – нетерпеливо повторила я.

Росту он был такого, что ему пришлось буквально сложиться пополам, чтобы поместиться в «Мерседес». Какой контраст с красивым, элегантным Доном Джейдом! Рыжий клоун, которого накормили гормоном роста. Конопатый, рыжеволосый, тощий как глиста. О Майкле Берне я прочла достаточно и знала, что в начале девяностых он был заметной фигурой в профессиональном скаковом спорте и выступал на жеребце по кличке Ирокез. Потом владельцы Ирокеза продали кому-то жеребца, и с тех пор крупных побед у Берна не случалось.

Когда случай свел его с Треем Хьюзом, хозяином Звездного, Берн в каком-то интервью заявил, что на Звездном вернется в большой спорт. Однако Звездный вскоре оказался у Дона Джейда, и звезда Майкла Берна опять померкла.

– Еще раз – на кого вы работаете, Эстес? – спросил он, оглядывая дорогую машину. – Вы из страховой компании? Или из полиции?

– Много ли полицейских разъезжают на «Мерседесах», мистер Берн? – спросила я, позволив себе легкий намек на насмешку. Потом закурила французскую сигарету Шона и выпустила дым в лобовое стекло. – Я частный детектив; ведущее слово частный. Вам, мистер Берн, беспокоиться не о чем. Если, конечно, вы ничего противозаконного не совершили.

– Я ничего плохого не делал, – ощетинился он. – У меня честный бизнес. Обо мне не ходят истории, будто я убиваю лошадей ради страховки. Это – к Дону Джейду.

– Вы думаете, Звездного убили по его распоряжению?

– Я знаю, что он сделал это сам.

Пока он говорил, я наблюдала за ним краем глаза, а для ответа выбрала скучный, ровный деловой тон.

– Вам есть чем подкрепить свои слова? Может, какие-нибудь улики?

Его рот скривился в кислой гримасе.

– Джейд слишком хитер. Всегда заметает следы. Вот, к примеру, вчерашняя ночь. Никто не подумает, что Джейд имеет к этому отношение, но лошадей-то моих выпустил он!

– Зачем бы ему?

– Потому что я перешел ему дорогу. Я знаю, что он за птица. Такие, как Дон Джейд, позорят наше дело. Проворачивают сомнительные сделки, сманивают клиентов, убивают лошадей. А все смотрят сквозь пальцы, пока по ним самим не ударит. Кто-то должен что-то предпринять!

– Трей Хьюз когда-нибудь подъезжал к вам насчет того, чтобы сделать что-нибудь со Звездным?

– Нет. Пока Звездный был у меня, он делал большие успехи. По моему мнению, на Кубке мира у нас были все шансы. Да и в любом случае к подобным аферам я отношения никогда не имел и не имею.

– Почему Хьюз забрал у вас коня?

– Его Джейд уговорил. Он вечно переманивает клиентов.

– Это никак не было связано с тем фактом, что вы не побеждали?

Берн злобно посмотрел на меня.

– Мы шли к победе! Это был вопрос времени!

– Но Хьюз не желал ждать?

– Вероятно, Джейд напел ему, что сделает это быстрее.

– Ну, теперь-то Звездный уже нигде не победит… А никто не намекал, что у Джейда в конюшне творится что-нибудь не то?

– Про Джейда всегда ходят слухи. Он ведь и раньше такое делал.

– Биография мистера Джейда для меня не секрет. Но всякий раз это были всего лишь слухи?

– Да бросьте! – опять ощетинился Берн. – Что-то за ним есть. А иначе как ему удалось оттянуть себе ту конюшню, что строит Трей?

– Благодаря личным заслугам, добрым делам, дружбе, наконец…