Хана Американа, или История маленькой женщины - Тати Бин

чуть приподняты в легкой улыбке – он был рад видеть меня. Глаза светились теплым светом и излучали нежную любовь.

“Почему ты там стоишь, дорогой? Иди ко мне!” – Я протянула руки и пошла навстречу. Но тут его образ поплыл по воздуху и стал отдаляться. Я не могла поверить глазам и со словами “Почему ты уходишь от меня?” побежала к нему. Но Дин все с той же легкой улыбкой продолжал отдаляться. Я так и не догнала его во сне и… проснулась.

“Слава богу, ты здесь, любимый! – Увидев мужа, мирно посапывающего рядом, я с облегчением выдохнула. Беспокойство, навеянное видением, тут же улетучилось. Мысленно перекрестясь, я повернулась на другой бок. – Приснится же такое”, – была последняя мысль перед засыпанием.

Друзья

– Куда ты хочешь пойти вечером? – неожиданно спросил муж в один из дней, расслабившись на диване после сытного обеда. Он заглянул в телефон и ответил что-то на пришедшее сообщение от друга.

– А что, есть предложение?

– Да, Джонни зовет встретиться. Он будет в том же ресторане, где мы отмечали бракосочетание.

– Я согласна, – не раздумывая, ответила я.

Было все равно, куда идти. С мужем я ничего не боялась: снимала на камеру веселую толпу, не опасаясь, что кто-то окликнет и нагрубит, проходила мимо кучки пьяной молодежи, зная, что не посмеют дерзнуть. Я не подходила в магазинах к кассирам, потому что Дин не давал и шанса: оберегал от всего потенциально плохого, что может задеть мои чувства. Что может быть плохого в кассирах? Ничего. Муж всего лишь хотел, чтобы я не чувствовала дискомфорт при разговоре, если вдруг с первого раза не пойму обращенный ко мне вопрос. Он чересчур опекал, что сыграло в дальнейшей как положительную, так и отрицательную роль.

Вечером того же дня, оставив Ванессу дома одну, мы отправились в уютное место, где нас ждал тот самый фотограф с нашей свадьбы, Весельчак Джонни. Джонни не был женат и все пытался найти подругу в ночных заведениях. На убеждения по типу “не там ищешь” он не реагировал и прожигал жизнь, веселясь и тратя деньги на вино и девочек. Джонни подрабатывал на фотосессиях, имел свободный график и каждые выходные заседал в барах и пабах всех городков в радиусе 100 километров. Мы с мужем нередко встречали его в ресторанах, кутящим и заигрывающим с местными официантками. Я звала его Весельчаком, так как он всегда был в хорошем расположении духа и во всем находил веселье. Складывалось впечатление, что друг всем доволен и не намерен ничего менять в жизни, а тем более создавать семью. С Дином они дружили с детства.

Напившись, мы с фотографом начинали шутить на камеру и снимать смешные ролики, чтобы выложить в соцсеть, Дин в это время пил колу и потешался над нами двоими. После ресторанов возвращались к себе: я навеселе, муж трезвый. Весельчак садился за руль авто подшофе и всегда благополучно добирался до дома, благо что ехать было недалеко.

Через неделю нас пригласили в кантри-клуб: там ждали давнишние друзья мужа Пол и Брюс, которые после моего приезда стали и нашими общими друзьями. Они были свидетелями прошлой несчастливой связи Дина с чокнутой американкой и теперь были рады его счастью.

Пол был лучшим другом мужа со школьной скамьи. В свои 45 он не был женат и не мог встретить подходящую кандидатуру. Дин говорил, что Полу не везет в личной жизни, но, по убеждению мужа, встретить приличную американку в их местности, чтобы не была стервой, – большая редкость.

Друг имел степень кандидата исторических наук и занимал пост в Департаменте образования штата. Он жил недалеко от нас, в собственном доме, и временами наведывался в гости. С собой привосил овощи с грядок: огурцы, помидоры, цукини, редиску и морковь, из которых муж готовил деликатесы. Пол с любовью заботился о престарелых родителях и помогал во всем, был отзывчив и откликался по первому зову. С Дином они каждый день общались по телефону и были в курсе жизни друг друга.

Вторым другом, с которым виделись намного чаще, был Брюс (до него у меня на слуху были два Брюса – Брюс Ли и Брюс Уиллис). Он тоже был школьным другом мужа и состоял на службе шерифом округа: с Дином они вместе росли и играли в американский футбол.

С 18 до 30 лет Брюс служил в армии, Корпусе морской пехоты США, и отдавал интернациональный долг в Ираке и Афганистане. Затем 2 года проработал полицейским и уже 20 лет служил шерифом в нашем округе.

Главной мечтой Брюса было снять с себя бронежилет, сложить пистолет и звёздочку и больше никогда в жизни не возвращаться в офис, чтобы распутывать дела непорядочных людей.

Шериф много лет был женат, у него имелись в собственности дом, несколько машин, пара домашних питомцев, но не было детей. По этому поводу как-то высказался: «Чувствуется пустота, нет наполненности в сердце». А в общем и целом, Брюс был счастливым и вполне благополучным средним американцем, обожал путешествия и объездил пол-Европы, любил смотреть спорт, как все его сограждане, и читал много книг.

С ним нередко встречались в тренажерном зале и иногда вместе обедали. В своей шерифской форме он потрясно выглядел и вызывал восхищение: я постоянно просила сфотографироваться со мной, чтобы показать снимки настоящего шерифа семье в России.

В заведении, в которое мы приехали, тусовались американцы 40–55 лет, которые шумно веселились, общались и ели на ночь глядя. Не было ни музыки и ни танцев, чему я больше не удивлялась, так как привыкла к местным порядкам за первые годы жизни. Многие присутствовавшие в зале знали Дина и подходили ко мне. Приветливо помахав рукой, представлялись и подавали руку:

– Ха-ай! Меня зовут Пэм, рада познакомиться с тобой!

– Хеллоу! Я Джейсон, рад встрече! Как у тебя дела?

– Добрый вечер! Меня зовут Райан, я давний приятель твоего мужа, рад встрече!

Все были чрезвычайно учтивы и любезны, излучали искреннюю радость и сверкали ровными оскалами белых зубов. Было видно, что Дин пользовался уважением среди друзей и знакомых, беседой с которыми наслаждался. Муж сиял, ощущение надежного тыла в виде верной и любящей жены придавало ему уверенности в себе.

Был у мужа хороший друг-адвокат, Рэй Беренджер, позже ставший судьей округа. Они со своей женой Мэй пригласили нас однажды на вечеринку в честь какого-то события в свой дом. Кроме нас, должны были присутствовать еще много приятелей с женами.

К назначенному времени мы втроем, Дин, я и