Хана Американа, или История маленькой женщины - Тати Бин

с голыми торсами. Это были бодигарды, напоминавшие героев сериала “Спасатели Малибу”.

Наша машина завернула в проулок и заехала под один из высоченных желтых отелей.

– Приехали. – Дин пошел регистрироваться на ресепшн. Мы с Ванессой вышли из душного автомобиля и любовались достойными пера художника живописными видами песчаного берега с прибрежными пальмами.

Муж не жалел денег на комфорт, удобства и вкусную еду: номер состоял из двух спален и двух ванных комнат с одной большой гостиной и общей кухней. Наша с Дином комната выходила на огромную террасу с видом на Атлантику. На ней стояли круглый столик со стеклянной столешницей и два белых плетеных стула. “Идеальное место для утреннего кофе, – пришла мысль, – вот бы жить в таком месте”.

В гостиной номера висел большой телевизор, напротив которого удобно расположились уютный, мягкий тканевой диван и два кресла кофейно-бежевого цвета. Посередине находился стеклянный столик со свежими газетами и журналами. Пол был устлан бежевым с коричневыми вкраплениями ковром.

Широкая стойка бара отделяла эту часть от маленькой кухни, в которой компактно разместились холодильник, большая висячая микроволновка, шкафы со стройными рядами посуды на все случаи жизни: белыми фарфоровыми тарелками, пиалами, кофейными и чайными чашками, тефлоновыми сковородками и кастрюлями, тостерами и миксерами. На кухонном столе стояла блестящая кофеварка с несколькими пакетиками кофе рядом. Не было только одного – чайника.

Американцы абсолютно не пьют чай и не знают, как его пить. Они помешаны на соде: кола, лимонад, фанта, спрайт и прочая гадость с газом; все напитки употребляют исключительно в холодном виде, поэтому добавляют большое количество льда. По этой причине отсутствие горячего чая в кафе и ресторанах стало для меня самым большим недостатком по прибытии.

Я вышла на террасу полюбоваться безбрежной синевой глади, сверкающей в лучах послеобеденного солнца. В ушах загудело от громогласного рокота гигантской стихии.

Ко мне присоединился муж и, подойдя, обнял и поцеловал. Ему чаще удавалось поцеловать в лоб, потому что из-за 20-сантиметровой разницы в росте мой лоб находился на уровне его губ. Дин любовался горизонтом и накатами волн гораздо больше меня.

– Скоро мы переедем сюда и купим дом, – озвучил муж мою недавнюю мысль.

– Правда? Это и моя мечта!

– Я так люблю океан, не могу передать словами! Я вечно бы жил на берегу и любовался горизонтом. А этот шум прибоя сводит меня с ума. – Дин мечтательно всматривался в гладь воды, чуть сощурив голубые глаза и заключив меня в объятия.

– Так давай переедем, чего мы ждем?

– Надо закончить дела в нашем городе и начать тут бизнес, чтобы жить припеваючи, и тогда сразу переедем. – Дин облокотился на террасу и посмотрел вниз с 8-го этажа: под отелем сверкали три небесно-голубых бассейна с играющими детьми и плавающими взрослыми.

– Как здорово, я так рада! – От восторга я начала подпрыгивать на цыпочках. Хотелось жить в этом райском уголке природы с пальмами, в своем собственном большом доме с бассейном и садом. Тем более, это была мечта Дина. Наши мечты совпали.

– Мы откроем здесь сеть ресторанов, я назову их твоим именем. – Он повернул голову влево, на меня, ожидая реакции.

– Как? Ресторан “Таня”? Это же банально и смешно звучит, – расхохоталась я. – Надо что-то оригинальнее придумать. – Я положила руку на его плечи сверху.

– Тогда “Таня и Ванесса”… Представляешь, какое это будет редкое название? Нигде таких названий не встречал, – размечтался Дин и, как обычно, заулыбался глазами, глядя на меня.

– Тоже как-то странно звучит, – протестовала я. – Это же неромантично, “Таня и Ванесса”… – Было смешно. Я не могла понять, шутит муж или говорит правду. – Но мы же еще подумаем над названием, правда?

– Конечно, мы еще придумаем самое отпадное название, у нас много времени – впереди вся жизнь. – Супруг мечтательно вздохнул. Он был полон энтузиазма по поводу будущего, грандиозные планы вдохновляли и придавали ему сил. – А давай-ка пойдем на пляж, а то и день пройдет, – весело скомандовал Дин.

Атлантические волны не шли ни в какое сравнение с морскими: мощными накатами они беспощадно поглощали прибрежную гальку и выкатывались далеко на сухой песок. Люди, не успевшие вовремя отбежать к берегу, с головой накрывались пенистыми ушатами. Купаться и держаться на такой воде было бесполезно, только серферы нашли раздолье для катания. Океан рычал и гудел, заглушая голоса отдыхающих.

Дин нырнул в волны несколько раз и, мокрый, со стекающей по телу и лицу водой, стоял на небольшой глубине и следил за нами: он проявлял повышенное беспокойство, так как мы дочерью не умели хорошо плавать, поэтому держал нас в поле видимости.

– Может подплыть акула, будьте осторожны, всегда смотрите по сторонам, когда вы в воде, – поучал он громким голосом.

Имея личного инструктора, спасателя, помощника и сильного мужчину рядом, я расслабилась и позволила вести себя, как слабая женщина. После долгих лет одиночества и нужды, наконец, я была как за каменной стеной и не боялась ничего.

Зайдя по пояс, не могла удержаться на ногах: каждая набегающая волна с силой ударяла в лицо, будто сотня ведер с водой опрокидывались на голову и сбивали с ног.

– Здесь нужно плыть вместе с волной. Видишь вон ту, высокую, идущую на нас? Повернись спиной к ней, слушай мою команду, – закричал мне Дин сквозь рокот воды. Через 5 секунд, когда гребень огромной волны угрожающе поднялся надо мной, скомандовал: – Ныряй!

Я едва успела рассмотреть стену воды, как меня оглушило, поволокло по дну; ноги потеряли опору, глаза перестали видеть, а уши заткнуло ватой, через которую гудели глухие раскаты. Через несколько секунд, смахивая с головы и волос потоки, протирая глаза и нос, сплевывая соль изо рта, я очутилась рядом с берегом, где воды было по колено – волны унесли, как щепку. Таково было наше первое знакомство с Атлантическим океаном.

Вечером того же дня Дин повел нас в ресторан морепродуктов с красивым антуражем и красочно оформленным разноцветным меню. Вкусно поев, мы завершили день в ванне с пеной, точнее, Ванесса и я приняли ванну. Дин, по американской привычке, сполоснулся в душе. Уставшие и довольные проведенным днем, мы уснули мертвецким сном.

Сон

Под утро мне приснился странный сон. Я всегда вижу яркие, красочные сны, но смысл этого был не понятен.

Я видела Дина на расстоянии 20–30 метров на желтой песчаной местности. Где-то вдали кричали чайки и слышался шум прибоя. Он стоял и глядел, молча улыбаясь: не шел навстречу, не говорил привычные “Привет, красавица”, а просто смотрел и не двигался. Кончики губ были