Джейн Хеллер - Ча-ча-ча

— Сомневаюсь, — сказал Кулли. — Но почему вы пришли в дом своей старой подруги Мелани и обрядились в форму горничной? Новый репортаж или вы обе с заскоком?

Я закатила глаза и весьма неприязненно посмотрела на Кулли.

— Форма эта на мне потому, что на следующей неделе Мелани устраивает костюмированную вечеринку. Мне просто хотелось показать ей свой костюм. Темой вечеринки будут комедии положений шестидесятых годов. Я буду изображать Хэйзел.

Точно, вот он выход из положения.

— Люди вашего круга знают толк в хорошем времяпрепровождении, — усмехнулся Кулли. — А как будет одета Мелани? В костюм мистера Эда[35]?

— Она еще не решила. Сегодня вечером мы собираемся за ужином обсудить ее…

Я уже было собралась и дальше продолжать вешать ему лапшу на уши, когда в фойе появилась жирная фигура Тодда, который испортил все.

— Это мой пакет из Федерал Экшпреш? — прервал он нас.

— Нет, Тодд. Здесь просто хотят видеть Мелани, — ответила я. Что дальше? Я словно сидела на пороховом погребе.

— Мелани нет, — сказал Тодд Кулли, который не захотел назвать себя и сказал, что придет в другой раз.

— О, Элишон, — прошепелявил Тодд, прежде чем отправиться назад в офис, — я пролил кофе на ковер. Когда ты закончишь наверху, уберешь за мной?

Вот и все. Я была разоблачена. Теперь не оставалось ничего другого, как признаться Кулли во всем.

— Конечно, Тодд. Я приду через минуту, — сказала я.

Тодд вернулся в кабинет, а мы с Кулли остались стоять лицом к лицу на пороге дома Мелани.

— Так что здесь все-таки происходит? — спросил он.

Просто ответь ему, Элисон. Скажи это. Хоть один раз дай прямой ответ. Какое это будет облегчение, сказать правду после стольких недель двойной жизни.

Я набрала полную грудь воздуха и выпалила на одном дыхании:

— Мой муж ушел от меня к своей первой жене. Меня вот-вот должны были лишить права на пользование домом. Я не могла оплачивать счета. Статьи для «Лэйтон Коммьюнити Таймс» не приносили большого дохода, а в другом месте я не смогла найти работу журналистки. Поэтому я воспользовалась объявлением в газете и стала домработницей у Мелани Молоуни.

Все, я это сказала!

Несколько секунд Кулли пристально смотрел на меня, а потом потряс головой.

— Это ваше новое «ча-ча-ча»?

— Новое что?

— Новое «ча-ча-ча». Ну, пытаетесь водить меня за нос, заставить поверить, что вы совсем не то, что есть на самом деле. Мой старик отец именно так это и называл — сделать кому-нибудь «ча-ча-ча».

— Я говорю вам правду. Мне бы очень хотелось, чтобы вы об этом не распространялись. Никто в городе не знает, что я драю чужие туалеты.

— Извините, но я не верю ни одному вашему слову, миссис Кофф. Элисон. — Кулли рассмеялся и повернулся, чтобы уйти. — Женщина, которая заставила меня зайти в особняк Маплбарк с черного хода, никогда не согласится драить чужие туалеты.

— Я бы и не согласилась… до сегодняшнего дня, — сказала я, обращаясь к спине Кулли, который уже спускался по ступенькам.

Он остановился, повернулся ко мне лицом, долго вопросительно на меня посмотрел и опять покачал головой.

— Я этому не верю, — произнес он. — Вы не домработница. Только не моя миссис Кофф, которую я знаю. Как я уже сказал, вы делаете мне «ча-ча-ча».

Он залез в свой «джип» и уехал. «Моя миссис Кофф». Он так и сказал. Это прозвучало так приятно, но плохо, что он ни во что меня не ставит, что у него такое ко мне отношение. И еще плохо то, что я наконец-то открыла свой секрет одному человеку, а этот человек мне не поверил.

Удрученная, я потащилась в прачечную, где взяла половую тряпку, и пошла в кабинет Мелани. Там я начала ликвидировать следы пролитого Тоддом кофе. Стоя на четвереньках и вытирая ковер, я прокручивала в голове весь наш разговор с Кулли. А если бы я сказала так. А если бы он ответил этак. Если бы Тодд не встрял в наш разговор. А если бы Мелани была дома и сама открыла дверь. Тут мне вдруг пришло в голову, почему охранник не позвонил и не предупредил о приезде Кулли. Так делалось всегда, когда являлись посетители. Надо будет поинтересоваться у этого человека-невидимки, как ему удалось пройти к дому. Я решила, что сделаю это в следующий раз, когда встречусь с ним. Но, к моему величайшему удивлению, эта встреча произошла уже на следующий вечер, причем по его инициативе.

Только я вернулась домой с работы, как услышала телефонный звонок. Решив, что это моя мама или банк Лэйтона, я не стала брать трубку, а предоставила возможность автоответчику записать звонок. Но когда я стала прослушивать запись, то после гудка услышала до боли знакомый мужской голос.

— Привет, миссис Кофф. Элисон. Я приглашаю вас завтра вечером на ужин. Столик с видом на воду. Отличная кухня. Отличная компания. Ну как? Перезвоните мне. 555–9080. О, чуть не забыл, это Кулли Харрингтон. Пока.

Кулли приглашает меня на свидание? Я чуть не лишилась чувств. Я не могла поверить в это до тех пор, пока не прокрутила запись добрый десяток раз. Он позвонил, чтобы пригласить меня! Это невозможно! Прошло уже так много времени с тех пор, как я выходила в свет с мужчиной, что эта мысль одновременно пугала и возбуждала меня. А как же та штучка Хэдли, с которой он был в Макгавине? И что произошло с его насмешливым ко мне отношением?

О, немедленно перезвони ему, подбадривала я сама себя. Вдруг он весь вечер только по тебе и сохнет. К тому же, предоставляется возможность поесть на халяву.

В половине восьмого я набрала номер Кулли.

— Алло? — услышала я его голос.

— Это Элисон, — произнесла я как само собой разумеющееся. Я постаралась, чтобы мой голос прозвучал так, словно я звоню Кулли чуть ли не каждый день.

— Отлично, значит вы получили мое послание. Мы встретимся завтра вечером? Или вы работаете у Мелани и по субботам?

— Мне показалось, что вы не поверили, что я домработница Мелани, — провокационно произнесла я.

— Да, мне жаль, что так произошло. Теперь я вам верю.

— Почему же?

— Я позвонил Дженет Клейборн из недвижимости сегодня днем.

— Вы сказали ей, что я горничная Мелани? — Сказать это Дженет Клейборн — все равно, что дать объявление в газету.

— Успокойтесь. Она ничего не знает. Я позвонил ей, чтобы проверить ваш рассказ. О том, что ваш муж ушел к первой жене, что у вас проблемы с домом. Она все это подтвердила. Поэтому я решил, что вы сказали правду и о том, что работаете горничной.

— Ура! Кулли Харрингтон думает, что я говорю правду. Теперь я наконец-то смогу спать по ночам, — пробормотала я.

— Эй, давайте заключим перемирие. Я позвонил, потому что хотел попросить прощения за то, что не поверил вам. Так как насчет моего приглашения на ужин?