От любви до ненависти и обратно - Вета Маркова

берёт. Мирон замирает и на Андрея смотрит, глазками разрешение спрашивает.

— Иди, Миронушка, мы сейчас с папой поговорим и домой поедем, — говорит Андрей и целует Мирона в лоб.

Андрейка из-за стола вылезает и брата за другую руку берёт:

— Пойдёт играть, — зовёт он младшего.

Андрей на подошедшую женщину смотрит.

— Спасибо, Татьяна. Идите, поиграйте в игровой.

Я в ступор основательно вхожу. Как только Андрея в дверях увидела, мир остановился. Страх пропал, но внутри всё ещё пусто и ничем не заполнено, словно на происходящее со стороны смотрю и ничего не понимаю.

Андрей ближе придвигается, рукой к себе прижимает и в висок целует.

— Успокаивайся, Лерка. Всё ведь нормально. Сейчас цивилизованно поговорим и всё обсудим.

А я на Димку смотрю. Хоть он и старается сидеть спокойно, даже ухмыляется, за Андреем наблюдая, но постоянно на дверь посматривает и телефон в руках крутит.

— Руки от моей бабы убрал, — Димка произносит это грозно, но голос всё же выдаёт неуверенность.

— Дмитрий, Антон не придёт. Можете не ждать, — во взгляде мужа вопрос немой появляется, а Андрей продолжает, — его только что на пороге кафе задержали. В кармане куртки порошочек недозволенный завалялся. Сами понимаете, могут закрыть надолго, если Вы ему не поможете. Всё в Ваших руках.

Мужчины смотрят друг на друга, взглядами меряются. Димка заметно нервничать начинает. Андрей выжидает, опустив руку мне за спину и нежно вдоль позвоночника поглаживает. Ко мне от его прикосновения жизнь и уверенность возвращаются.

— Что я должен сделать? — хрипло спрашивает Дима.

— Правильное решение принять. Брата спасти надо бы, иначе за собой потянет. Ведь вы же с ним в одной лодке, — говорит Андрей, а я ничего не понимаю, неужели Андрей за столь короткое время успел что-то узнать про братьев. — От Вас, Дмитрий, требуется небольшая услуга… — Андрей переводит взгляд на меня, улыбается, и снова на Диму смотрит. — Дать развод моей Лерке. Цивилизованно обо всём с ней договориться и впредь не отсвечивать. С сыном будете общаться, как предпишет суд. Мы против не будем.

Смотрю на мужа, а он меня глазами яростно пожирает. Только сейчас понял, что командовать больше не получится, подчиниться придётся. Улыбаюсь и Андрею голову на плечо кладу, чем ещё больше бешу мужа. Пока Андрей рядом, пользуюсь случаем и решаюсь с мужем поговорить.

— Дима, мой адвокат тебе на словах всё передал. Мои требования остаются без изменений, — скольжу по мужу взглядом, на губах его останавливаюсь, а они крепко сжаты и в ниточку сведены. — Мне ничего от тебя не нужно. Квартира, машина, всё твоё. Мне нужна только свобода. От алиментов на детей я тоже отказываюсь. Не хочу, чтобы ты их потом попрекал этим. Если будет желание помочь и в воспитании поучаствовать, препятствий чинить не будем. Но общаться начнёшь только после развода, согласно решению суда. И никак по-другому, Дима.

Он молчит какое-то время, информацию переваривает. Я радуюсь, что из меня затравленный зверёк сбежал, наверное, моего полковника испугавшись. Улыбаюсь своим мыслям.

— Хорошо. Пока я согласен. Потом посмотрим, — Димка это говорит, а сам ещё о чём-то думает напряжённо, смотрю на глубокую морщинку на лбу. — Я хочу с сыновьями попрощаться.

— Без проблем. К тому же им спать уже пора, — Андрей всё сам решает, меня не спросив, но я и не против.

Просто смотрю на Димку и именно сейчас начало нашей семейной жизни вспоминаю. Ведь в самом начале всё же хорошо было. Так когда плохо-то стало? Кто в этом виноват? И ответов на эти вопросы не нахожу. Одно знаю точно, назад, к нему, не хочу…

Андрей идёт в игровую и зовёт мальчишек, быстро возвращается к нам и снова на стул рядом со мной садится. Из игровой выбегают мои милые мальчики, такие разгорячённые от подвижных игр. В свои объятия ловлю и заботливо спинки проверяю, не вспотели ли.

— Мальчишки, давайте прощаться, мне на работу пора, а вам спать, — Димка встаёт и шаг по направлению к мальчикам делает.

Андрейка к нему подходит, на руки забирается, за шею обнимает. А Мироша к Андрею жмётся. Я замечаю, как Димка на Мирона смотрит, вижу, что и его обнять хочет.

— Мирон, иди с папой попрощайся, — пытаюсь я исправить ситуацию.

Но Мирон отталкивает мою руку и на Андрея глазки свои голубые поднимает.

— Папа, мы когда домой поедем? — спрашиваем Мирон, снова назвав Андрея папой.

— Сейчас, сынок, поедем. До вечера в нашей квартире побудете, а вечером в коттедж отвезу, — Андрей вроде бы Мирону отвечает, а сам на меня смотрит.

— Хорошо, милый, как скажешь, — я улыбаюсь моему мужчине, такому родному, желанному, любимому, и взгляд на Димку с Андрейкой перевожу. — Андрюшка, попрощался? Пойдём одеваться, сынок. Дяде Андрею на службу ещё надо.

Андрейка уже готов с рук отца спрыгнуть, но Димка не отпускает. Впервые такие глаза у мужа вижу, горечью подёрнутые. Он ещё раз целует Андрея и отпускает. Мальчики, взявшись за руки, идут в гардероб.

— До свидания, Дима, — прощаюсь я с мужем и на Андрея смотрю.

— Иди, Лерочка, одевайтесь. Мы сейчас с Дмитрием разговор мужской закончим, и я приду, — и протягивает мне ключи от машины.

С какой лёгкостью я покидаю кафе, даже словами не передать. Я безумно счастлива, очень хочется Андрея за поддержку и заботу отблагодарить. Без него я бы точно не справилась. А ещё очень хочется узнать, как давно Мирон его папой называет? Уверена, сегодня это не впервые сказано было.

Андрей

Подъезжаю к кафе как раз в тот момент, когда ребята Антона с заведёнными за спину руками выводят. Останавливаюсь, горжусь работой своих подчинённых. Руки на капот, понятые рядом. Точно знаю, что заветный пакетик уже в кармане куртки Антона лежит, вот только отпечатков пальцев на нём ещё нет, а должны быть.

Денис спрашивает о наличии оружия и запрещённых веществ. Антон отрицает. И Денис предлагает содержимое карманов на капот выложить. Антон нагло ухмыляется, язвит, что в северной столице работают не по инструкции, но очень удивляется, когда среди всего прочего, из кармана пакетик достаёт и обалдело на него смотрит.

И лишь потом меня замечает:

— Не честно играешь, полковник.

Я лишь в ответ плечами пожимаю. Ничего я ему объяснять не обязан. Много чести.

Быстро взбегаю по ступенькам в кафе. Там моя девочка. Одна. Точно знаю, запугана мужем, готовая ради благополучия детей, собой рисковать.

Захожу в зал. Мирон, увидев меня, со стула спрыгивает и ко мне со всех ног несётся. К такой нашей встрече я уже привыкать начал. Мирон каждый вечер меня так с