Лиза Джексон - Самозванка (Сокровища)

Она дралась, как разъяренная дикая кошка, царапалась, лягалась и кусалась, тогда он схватил ее под мышки и, зажав ей рот, утащил с площадки за мусорные баки на пыльный берег пересохшего ручья. Там не было ни души, и почти не слышны были крики и смех играющих детей. Томми бросил девочку на землю и уселся на нее сверху.

Одри сильно ударилась головой, и у нее перед глазами поплыли круги, но она пыталась кричать.

– Заткнись, – довольно засмеялся мучитель. – Тебе это понравится, маленькая грязная шлюшка!

– Пусти сейчас же! – закричала Одри в ужасе.

– Я только посмотрю, что у тебя там в трусиках и здесь в лифчике.

Он так сильно давил ей на ребра, что Одри не могла вздохнуть, но она пыталась извиваться и царапаться.

– Держите ее за руки, – крикнул поцарапанный Томми своим дружкам, Бену Уиттэкеру и Билли Аккерману, которые стояли в кустах и зачарованно глазели на развертывающуюся перед ними сцену.

Бен сказал неуверенно:

– Но, Томми, может, все-таки не надо?..

– Я сказал, возьми ее за руки и держи!

Неохотно Бен подошел и присел на корточки рядом с головой Одри. Томми схватил девочку за руки и прижал их к земле за ее головой.

– Держи крепче, – бросил он приятелю.

Бен послушался и сел Одри на руки. Как она ни пыталась вырваться, у нее ничего не получалось: парень был слишком тяжелым.

– Не делай ей больно, Том, мы же только шутим.

– Заткнись! Это вообще была твоя идея.

– Пустите! Помогите! – закричала Одри.

Но Томми закрыл ей рот ладонью и пересел с ее ребер на колени. Теперь она не могла ни двигаться, ни кричать. Она пыталась извиваться, но ее движения, видимо, только возбуждали. Свободной рукой Томми разорвал на Одри блузку и лифчик и обнажил ее крошечные грудки с большими розовыми сосками.

– Ой, – притворно засмеялся парень, потрогав соски, – у нее и сисек-то нет.

– Давай дальше, Том, – закричал тонким голосом Билли, другой парнишка. Он покраснел, как рак, и держался за ширинку. – Посмотрим, что у нее в трусиках.

Одри было так тошно, что она хотела умереть. Стыд и ярость душили ее. По щекам текли слезы. Она снова и снова пыталась высвободить руки, сбросить с себя тяжелое тело Томми или укусить его жесткую ладонь, но все было напрасно. Наконец ей удалось ущипнуть Бена между ног.

– Да она совсем дикая, – завопил он, подпрыгнув, но не выпустил ее рук.

Том в это время гладил ее грудки и щипал соски.

– Плоская, как доска, – сказал он. Билли захихикал.

– Ну кончай, Том, – опять предложил Бен.

– Как бы не так, веселье только начинается, – хрипло ответил приятель.

Одри согнула ноги и попыталась стряхнуть с себя Томми, но он посмеялся над ней и расстегнул «молнию» на ее шортах.

– Нет! – пыталась крикнуть Одри, дергаясь изо всех сил, но борьба была слишком неравной: он был гораздо сильнее и тяжелее ее.

– Ты незаконнорожденная, Одри; знаешь это? Одна шлюха залетела и родила тебя. Она даже не знала, кто твой отец.

Его толстые пальцы полезли к ней в трусы, а на губах появилась бессмысленная ухмылка.

– Точно знаю, – продолжал он бормотать. – Твоя мать была шлюхой и давала всем подряд за пару баксов. Переспала со всеми мужиками и не по одному разу. И ты будешь делать то же самое, как только у тебя вырастут сиськи.

Рука грубо раздвинула ей ноги, пальцы Томми царапали, нажимали, ей было больно, невыносимо стыдно и страшно.

«Господи, если ты существуешь, убей его! Умоляю тебя! Я всегда буду хорошей!»

– Слушай, может, все-таки хватит, – испуганно сказал Бен.

– Еще нет. Надо рассмотреть, что у нее здесь, между длинных цыплячьих лап. Что она будет предлагать нам всем..

Одри изо всех сил сомкнула челюсти, и ей удалось прокусить его ладонь. Томми взвыл и отшатнулся от нее. Девочка воспользовалась моментом, согнула ногу и ударила его коленкой.

– Сука! – завопил он. – Шуток не понимаешь! Сейчас я сделаю это с тобой по-настоящему.

Он схватился за «молнию», и Одри, к своему ужасу, заметила, что его брюки в паху словно надуты. Она завизжала, получила сильный удар по голове и почти отключилась.

– Прекрати, Том! – закричал Бен, вскакивая на ноги и освобождая ее руки. – Оставь ее.

– Ну, нет. Она такая же шлюха, как ее мать. Ей это понравится.

– Нет! – закричала Одри, вырываясь.

– Пошли, ребята, хватит. – Голос Бена дрожал.

– Он прав, – присоединился к приятелю Билли. – Пошли. О, черт!

Одри увидела мальчика, который налетел на Томми как торпеда и ударил его ногой в зад, освобождая ее. Девочка вскочила и в ужасе смотрела, как маленький Марк Кеннеди сцепился с крупным Синклэйром. От сильного удара Марк отлетел в сторону и упал, но быстро перекатился на живот и встал между Томом и Одри.

– Оставь ее в покое, жирный придурок!

– Вали отсюда, Кеннеди! – тяжело дыша, закричал Том, размазывая рукавом кровь по лицу.

Со стороны игровой площадки послышался свисток.

– Черт! Перемена кончается. – Билли перепрыгнул через низкую ограду и побежал к школе, Бен поспешил за ним.

Но Томми задержался. С ненавистью глядя на Одри, он выпалил:

– Весь город знает, что твоя мать тебя не хотела. Она отдала тебя этим старикам-фермерам, потому что ей было насрать на тебя.

– Нет!

– Она была шлюхой, ей нравилось давать всему городу. Она даже не знала, кто твой отец.

– Заткнись! – закричал Марк. Томми переключился на него.

– Ты ее защищаешь, потому что такой же, как она. Твой отец пьяница, а мать пошла по рукам!

Марк сжал кулаки и бросился на Томми, но тот перемахнул через ограду и убежал. Кеннеди несколько раз лягнул загородку, выплескивая накопившуюся злость, затем повернулся к Одри.

– Ты как, в порядке?

Она кивнула, пытаясь не плакать.

– Не обращай внимания на Томми, он просто козел. Сам не знает, что говорит.

Одри проглотила слезы.

– Это правда? Что все знают, кто моя мама? Марк вытер нос тыльной стороной руки.

– Нет, конечно. Он просто кусок дерьма. Ты сама знаешь, какой он придурок.

– Я его ненавижу!

– Знаю. Я тоже его ненавижу. Одри не могла смириться с обидой.

– Я докажу, что он врет!

– Конечно, докажешь. А потом я его убью.

– Я... – Неожиданно ей не хватило слов. – Спасибо тебе, ты...

Марк шмыгнул носом и покачал головой.

– Нечего меня благодарить, я давно хотел вытрясти дерьмо из Синклэйра.

С этого началась любовь Одри к Марку Кеннеди и ее поиски настоящих родителей. Ей всегда хотелось узнать о своем прошлом, хотя она ничего не предпринимала для этого. Но после издевательств Томми эта цель захватила девочку, и Одри начала действовать.

Она начала приставать к родителям с расспросами о своей настоящей семье, но Шэрон Нэш ничего не собиралась рассказывать приемной дочери. Ее вопросы служили источником вечного раздражения. Иногда Одри казалось, что Виктор готов что-то поведать, но сердитый взгляд жены заставлял его придержать язык. И обстоятельства ее рождения оставались для девушки тайной. Одри постоянно чувствовала неудовлетворенность, ее мучили догадки, мерещились страшные тайны. Она никогда не забывала о том, что чужая на этой ферме, и попеременно представляла себе родной дом в виде то бедной хижины, то роскошного дворца. Если бы она только знала правду!