Каролина Фарр - Замок в Испании

— Думаю, да. Если бы только мы могли знать, кто он и каким образом связан с Десмондом и Лукой… — Я напряглась и прошептала: — Слушай!

Анджела придвинулась ко мне поближе. Я снова услышала этот звук — легкое металлическое пощелкивание.

— Кто-то идет, — дрожащим голосом пробормотала Анджела.

— Кто это? — резко воскликнула я.

— Тише! — прорычал мужской голос. — Ты что, хочешь привлечь остальных сюда?

Я с облегчением вздохнула:

— Вы. Вы напугали нас! Вам следовало дать нам знать, что идете.

— Я же велел тебе вести себя потише. — В его голосе прозвучала угрожающая нота. — Ты, Лиза, иди сюда! А твоя подруга может остаться здесь. Мне пришлось изменить свои планы. Мне кажется, они что-то заподозрили и наблюдают за мной. Неподалеку нас ждет машина. Я отведу вас туда одну за другой.

Я спустила ноги со скамьи, а Анджела в ужасе вцепилась мне в руку:

— Лиза, ты же не оставишь меня здесь одну! Я сжала ее руку:

— Мы предпочитаем держаться вместе. Почему вы не можете отвести к машине нас обеих? — подозрительно спросила я.

— Вы впустую расходуете мое время, — резко бросил он. — Могу оставить здесь вас обеих. Так вы идете? По одной. Ты первая, Лиза.

— Тогда возьмите сначала Анджелу, — предложила я. — Я не боюсь остаться здесь одна до вашего возвращения.

— Нет, — заявил он. — Если я отведу в машину первой блондинку, она может закричать или сделать еще какую-нибудь глупость. А на тебя можно положиться, ты дождешься нашего возвращения. Ну, ты идешь или мне уйти одному? Вам решать.

— Подождите! — воскликнула Анджела. — Иди с ним, — прошептала она мне. — Но поторопись. Достань у него ключ. Не позволяй ему уехать без меня. Лиза, ты должна! Пообещай мне!

— Ну? — донесся его голос из темноты. — Мне уйти одному?

— Скорее, — прошептала Анджела. — Только не дай ему уехать без меня!

— Я иду, — сказала я. — И подожду в машине, но без нее не уеду.

— Об этом нет и речи. Но поторопись! И больше не разговаривай. Я же сказал тебе — это опасно. Очень опасно.

Я ощупью пробралась к двери.

— Идем, — сказал он, сжав мне руку.

— Оставьте дверь открытой, — попросила я. Его пальцы больно впились в мою плоть.

— Нет.

Дверь щелкнула, и он потащил меня прочь от камеры.

— Она не…

— Тихо! — прошептал он. — Они неподалеку. Мои босые ноги беззвучно передвигались по холодному камню. Я почувствовала, что он немного ослабил хватку. Что-то тяжелое ударило меня по бедру, и я испугалась еще больше, поняв, что он несет за спиной винтовку.

Коридор сделал поворот, и я увидела подернутые дымкой звезды в дверном проеме.

— Теперь сюда. Пригнись пониже. Держись в тени стены.

Я кивнула, вся дрожа от страха и волнения. Он тащил меня вдоль крепостной стены, очень близко от нее. Мне хотелось сказать ему, что он делает мне больно, но подумала, что где-то поблизости может скрываться Десмонд, и не решилась заговорить. Но он вел меня в противоположном деревне направлении, в сторону от населенной части замка и от большой стены.

— Где машина? — задыхаясь, прошептала я.

— Скоро увидишь. Она спрятана там, где кончается стена…

Я вгляделась во тьму. Грубый камень стены царапал мне плечо, когда он тащил меня вдоль нее, но я не смогла бы угнаться за ним, если бы он не тянул меня. Я с трудом подавила крик, споткнувшись о булыжник. Он сердито посмотрел на меня и двинулся еще быстрее.

Наконец впереди замаячил угол осыпающегося нежилого крыла замка Махинас. Здесь начиналась долина. Я услышала, как далеко внизу в кронах сосен завывает ветер, и мысль о том, что мне придется здесь сидеть в машине в одиночестве, пока этот человек пойдет за Анджелой, наполнила меня ужасом. Мне совершенно не хотелось сидеть в этом зловещем жутком месте, слушая унылый вой ветра.

Сознавая, что именно это мне и предстоит, я ощутила ледяной холод.

Однако этому человеку не откажешь в находчивости. На узкой полосе между углом стены и краем утеса, наверное, не много места для машины. И не найдешь лучшего места, где ее спрятать. Десмонд ни за что не догадался бы искать здесь.

— А нельзя ничего сделать с другой машиной, чтобы они не смогли преследовать нас? — тихо спросила я. — Что, если они услышат, как вы заводите машину, и тотчас же отправятся в погоню?

В тусклом свете луны я увидела, что он посмотрел на меня.

— Я не дурак. Я позаботился об этом еще до того, как отправился в деревню. Проколол шины. Это даст нам необходимый запас времени. К тому же ваш «ситроен» старый и медленный, не так ли?

— Да.

— Значит, тебе нечего опасаться, правда?

— Да…

Я видела только очертания его лица, и почти ничего больше. Когда он двигался, его одежда жестко шуршала. Рукав его куртки, касавшийся моей голой руки, казался шершавым.

Я споткнулась, и он дернул меня, выпрямляя.

— Вы… вы делаете мне больно! — заикаясь пробормотала я.

— Я делаю это не нарочно, но по необходимости, — ответил он. — Ты можешь это понять?

— Я пытаюсь понять, но вы же сами мешаете мне идти тихо.

Мы дошли до угла, он затащил меня за него и остановился. Затем одним быстрым движением он оказался у меня за спиной, вывернув мне руки назад и сжав их стальной хваткой.

Я только открыла рот, чтобы запротестовать, но замерла от ужаса. Я рассчитывала увидеть машину, спрятанную за углом стены, но машины не было.

Вместо машины и всего лишь в нескольких ярдах от нас находился край утеса, отвесная стена, уходящая в темную бездну. Ветер жестоко бил мне в лицо, но я почти не ощущала этого, онемев от страха.

— Где машина? — наконец закричала я, охваченная паникой. — Здесь нет никакой машины.

Я принялась кричать, но его левая рука зажала мне рот и нос. Сила его была огромна. Он оторвал меня от земли, и я пыталась вырваться, сражаясь за возможность дышать, за жизнь. Я задыхалась.

Он собирался убить меня!

И никакой возможности спастись. Все это было частью западни. Сначала суждено умереть мне, затем — Анджеле. Он заманит ее сюда обещанием свободы так же, как заманил меня. Я принялась бить его руками и ногами, стараясь укусить руку, душившую меня.

— Как жаль, что столько огня, такое очарование должны быть уничтожены, — сказал он, безжалостно подталкивая меня к краю утеса. — Он всегда был одинок. Ты могла бы принести ему радость, счастье своей любовью. Но будут другие женщины или, возможно, одна, как у меня, так как он тоже разборчивый. Он все поймет, когда это будет сделано. Ты погубила бы нас всех.

— Вы с ума сошли. Отпустите меня! Отпустите… меня. Пожалуйста. Я ничего против вас не имею. Я не пойду в полицию. Обещаю вам это. Все, что угодно… только… отпустите меня!

Я кричала, или мне казалось, что я кричала. Разум составлял отчаянные слова мольбы, по только приглушенные, придушенные звуки срывались с губ. Я теряла сознание. Красные вспышки света, круги и огненные колеса кружились и плясали перед моими испуганными глазами.