Падай, я ловлю (СИ) - Татьяна Семакова

уснешь, будить не стану, — грожу и он сразу же начинает рассказывать.

Глава 24

— Маринке тем же вечером втык вставил. Должна была хоть попытаться предупредить, чтобы мать ее в комнату не зашла, обыграть как-то, звонок сбросить, поорать, похер. Нашли бы выход. А то, что она устроила… мерзко было не только тебе, Саш. Но она решила выглядеть пострадавшей стороной в глазах матери, как обычно выбрала свой личный комфорт, стерва. После того случая мы видимся только на семейных обедах, — хмыкаю, не выдержав, а Даня немного злится: — Ну вот такая у меня семейка! И такая ситуация. Было похер, пока тебя не встретил, вообще не заморачивался, все устраивало. Допер не сразу. Сначала полез гонор.

— Девочка из трущоб придавила мажорчику правое яичко? — ехидничаю, чтобы не нырять с головой в его искренность, а хоть минимально оставаться на плаву.

— Оба, — бурчит недовольно. — Это больно, девчонкам не понять.

— Да куда мне, любовнице…

— Сашуль, ну? — вздыхает. — Не любовница и никогда ей не была. Обидно, понимаю, самому тошно, огнем все горит.

— Это изжога, дорогуша. Пить надо меньше.

— Как получится, — отвечает тихо.

— Дань, что происходит? — приподнимаюсь и хмурюсь, заглядывая ему в глаза.

— Ложись, без тебя погано пиздец, — прижимает мою голову обратно. — В общем, ты меня игнорируешь и это бесит. Настолько, что я решаю — сама прибежишь.

— С мольбами?

— Достаточно просто факта. Унижать тебя я не хотел.

— Но хотел, чтобы это сделали другие, — фыркаю презрительно.

— Нет! Черт… или да. Блять, я в таком состоянии был, сейчас думаю — нахера? Хотел продавить, а надо было в ногах валяться. Простила бы. Простила?

— Скорее всего, — признаю очевидное с неохотой.

— Дебил, — снова вздыхает и прижимает к себе. — В общем, Маринка мне должна, согласилась устроить пару спектаклей. А ты бар за баром меняешь и ни в какую. А потом и вовсе квартира другая, машина, номер, жизнь. Только чтобы от меня подальше быть. Где ты я знал, за тобой один тип приглядывал, сыщик. Но понял, что Мариной тебя не проймешь, только хуже делаю. И пошел дальше.

— Господи, какой же ты дурень, — бормочу тихо.

— Ага… Сам себе поднасрал по итогу. В общем, сыщик передает, что ты ищешь работу по сокурсникам. С некоторыми встречаешься, пару мест ездила смотреть, уже не в центре. Я запросил полный список, через день получил стопку кратких биографий с фотографиями. Смотрю, а там девка с бара в клубе. Не ночной, мужской. Я ее в оборот, но рассказал, как есть. Голову потерял, ты ни в какую. Она поржала, но согласилась помочь. За бабки, разумеется. Вышла в «Дублин», тебя перетянула. Должна была еще немного поработать, чтобы в глаза не бросалось, и свалить.

— Козел, что меня из-за стойки пытался выдернуть — твоих рук дело?

— Да, — мямлит недовольно. — Уебок, сказал напугать, а не покалечить.

— Он уебок, ага, — брякаю, закатывая глаза.

Даня молчит, колечко на указательном пальце моей руки крутит.

— Дальше, Дань, — поторапливаю.

— Дальше — ебаный пиздец. Перестрелка, ты каким боком замешана — не ясно. Допустил вероятность, что Кристина тебе все рассказала и ты озлобилась. Ну, после той драки. Решила отплатить дерьмом на дерьмо, впустила какого-то левого чувака в бар, чтобы вынес все к хренам, что к полу не прибито. Ну или около того, не знаю. Ты соображаешь неплохо, когда хочешь. Смотришь — дура дурой, а ни хрена подобного, — последнее заявляет с какой-то обидой, будто его обманули.

— Не увлекайся, — бурчу, подло тыкая его пальцами руки, на которой лежу, в бок.

— Ай, — дергается и тихо смеется. — Вредина еще ко всему прочему. И хулиганье.

— Дань.

— Да я хер знает, как о таком рассказывать и надо ли вообще.

— Крис мертва, Дань…

— Знаю. И знаю, что если бы в «Дублин» ее не отправил, она бы не связалась с какими-то мразями и осталась бы жива.

— Какими еще?..

— Не знаю, Саш. Сука… не знаю!

— Да расскажи ты уже по порядку! — выпаливаю, садясь. Даня тоже, придвигаясь ближе к изголовью и облокачиваясь на него.

— Она мне позвонила. Сразу после того, как ты ей из машины. Начала с претензии, типа, какого хера ты творишь, я на такое не подписывалась! Кое-как успокоил, спрашиваю в чем дело, а она снова в крик, Сашку подстрелили, я сваливаю, сам разбирайся как хочешь, но меня не впутывай. Потом отвлеклась на кого-то, мужик там что ли с ней был, ему тоже отсыпала, типа куда собрался? Я трубку бросил, начал прикидывать. Приходит сообщение с точкой. У тебя смена, значит, что-то в баре случилось. Если стреляли на улицах, точно Димона парни, этим похер вообще. Если попали, то на своем районе сто процентов достанут. Ну и понятно, куда потащат.

— И ты просто караулил у окошка? — мило улыбаюсь, а он раздражается:

— А что делать прикажешь?!

— Ну, и на том спасибо, — пожимаю плечами, а он шумно выдыхает раздражение и снова замыкается в себе. — Что дальше, Дань?

— Дальше я понять пытаюсь, что происходит. К Крис еду — там парни Зотова околачиваются, значит, свалила уже. Даю задание сыщику, сам к тебе. Ты на своем, настырная, — цедит сквозь зубы, прерывает сам себя, медленно вдыхает, медленно выдыхает. — Потом сыщик звонит, ближе к вечеру. Нашел. На даче у бывшего сокурсника. Говорю — следи, чтобы не удрала. Выезжаю сам. Добираюсь уже за полночь, деревня у черта на рогах. Мимо проезжаю, а там тачка во дворе стоит. Решил не соваться с парадного, по окнам пошарить. Пока место для машины нашел, пока вернулся… тачки нет. Дверь нараспашку. Захожу, а она там… на полу лежит. С дырой во лбу. Пиздец…

Даня зажмуривается и растирает лицо ладонями.

— Из-за меня убили. Из-за моего мудачества убили молодую девушку. Я хуй знает, как с этим жить. Как и с тем, что я просто ушел, даже полицию не вызвал. Утром сыщику набрал, но он трубку не взял. И я сам к ее дому поехал, хотел с соседями поговорить, может, кто-то видел ее мужика.

— Зачем, Дань?

— С чего-то надо начинать, — криво улыбается и пожимает плечами. — Пока не удалось ничего выяснить, но я выясню. Я это так просто не оставлю, Саш.

— Поговори со своими, — прошу тихо. — Все намного хуже, чем ты думаешь.

— Я не в состоянии сейчас, — бросает зло и стискивает зубы. — Не могу смотреть на тебя с другим, шторка на глаза, ни хера не соображаю и точно выкину что-нибудь.

— С этого и началось, — вяло пожимаю плечами.

— Я знаю, Саш, знаю!