Лана Балашина - Еще раз про любовь, деньги и женское счастье

Пришел Алексей с мокрыми после душа волосами, выпил кофе из Линкиной чашки. Сумрачно глянул на ее коленки и отправил ее наверх одеться.

— Скоро Сергей приедет, а ты тут ходишь с голыми ногами.

Лина молча ушла. Ася глянула на нас и принялась готовить бутерброды.

Я кивнул Алексею, взял телефон, и мы вышли на веранду.

Я нашел номер Муслима, и рассказал ему, что ищу джип со сказочными наворотами. Он подумал, и сказал, что, судя по моему описанию, машину прокачивали в солидной конторе. Не у них, это точно. Они с Мерседесовскими джипами почти не работают. А вот описание доработок очень похоже на работу фирмы «Аларм сервис».

— Говоришь, изменен объем грузового отсека и задних сидений? Ты знаешь, у такого джипа стоимость, на мой взгляд, не отвечает внутреннему комфорту. Люди, которые покупают такие машины, как правило, дальше московской кольцевой на нем не ездят, и грузов на нем не возят, а вот сзади пассажирам действительно тесно. Давай так, есть у меня там один фанат этого дела, я ему пару клиентов подгонял в свое время, я свяжусь с ним и перезвоню. Идет?

У Аси пискнула микроволновая печь, она позвала нас завтракать. Лина впилась в горячий бутерброд с сосиской. Алексей засмеялся:

— Я думал, что в вашей великосветской семье не едят бутерброды, тем более с сосиской.

Ася улыбнулась первый раз за все утро:

— У Линки это любимая еда — бутерброд с детективом и кофе. Готовить она любит, только если найдется, кому все это съесть.

Я положил ей на тарелку бутерброд со шпротами и свежим огурцом, велел съесть. Она покорно сжевала его, а я мрачно подумал, что убью ту сволочь, что все это затеяла.

Мы пили кофе, когда от Мирона приехал парнишка с фотороботом из Москвы.

Алексей удовлетворенно вздохнул:

— Она.

Ася оживилась и глянула на портрет. Она удивилась:

— Где вы его взяли? Это ведь та женщина, что искала котенка, и с которой, предположительно, уехала Марета?

Лина сказала ей:

— Эта женщина в пятницу вечером забрала медкарту Мареты из поликлиники. Фоторобот сделали по просьбе Алексея в Москве.

— Поэтому ты меня и расспрашивал о том, что происходило накануне?

Ася еще раз посмотрела на портрет, но твердо сказала, что раньше ее не видела.

В этот момент мне и позвонил Муслим.

— Коля, мой знакомый сразу же признал твой джип. Бешеные бабки в него вбухали. Делали его прошлым летом по заказу Рзаева для его сына. Знаешь такого?

— Рзаева знаю. Это сеть компьютерных магазинов? А сын что собой представляет?

— Да ничего не представляет. Лет 35, наглый и высокомерный. С людьми совсем разговаривать не умеет.

— А занимается он чем? Папе помогает?

— Он коммерцией руки пачкать не будет. В каком-то банке на шестых ролях штаны просиживает, а толку. За машину папа рассчитывался, это точно.

Я поблагодарил Муслима, но благодарность моя к нему должна была быть безмерной, потому что Лина, услышав фамилию Рзаева, сразу с уверенностью сказала:

— Рзаев Георгий Маратович, «Ситибанк». И ничего не на шестых ролях. Он — один из директоров банка. Это снаружи на него посмотреть — бабник и выпендрежник, а власть имеет реальную, и в финансовых кругах хорошо известен. — Она покосилась на Алексея и, больше мне, чем ему, пояснила: — Морозов с ним учился в институте, он нас и познакомил на какой-то презентации.

Я задумался.

— Может, попробуешь ему позвонить и узнать судьбу машины? Он сто раз мог ее продать, или подарить.

Лина неожиданно покраснела и заерзала.

— Не так уж я с ним и знакома. Просто пару раз встретились, знаешь, как бывает...

Алексей рявкнул:

— Да знаю я, как бывает. Колись, а если при мне не можешь, так я выйду.

Неожиданно вступила Ася:

— Знаешь, Алексей, тебе придется пересмотреть свою позицию по некоторым вопросам. Я смотрю, отношения у вас с Линой серьезные, сама она за себя заступиться не может, а я старшая сестра и не позволю тебе задавать вопросы, унижающие ее человеческое достоинство. А тебе, Лина, не позволю на них отвечать.

Алексей ласково сказал:

— Ася, по телеку рекламу показывали, так там советовали разговаривать с индивидуумом на доступном ему языке.

Лина громко сказала:

— Прекратите все! — Мы оторопели, и все повернулись к ней.— Звонить я ему не могу, потому что он приставал ко мне, и я ударила его по лицу в присутствии примерно двухсот человек. Вдобавок ко всему, нас успел сфотографировать кто-то из желтой прессы. В общем, скандал вышел ужасный.

Ася печально улыбнулась:

— Так это был он? Я помню, мама утешала тебя, а Морозов уверял, что ты должна быть светской женщиной, способной понять и поддержать невинный флирт.

Я подмигнул Алексею:

— Понял? Невинный флирт! А ты дремучий человек, в тебе преобладают частнособственнические интересы в отношении женщины.

Чтобы прекратить дискуссию, я поднялся:

— Все, хватит о личном. Давайте посоветуемся, как нам быть с Павлом Андреевичем. Я не считаю, что мы вправе скрывать от него такие обстоятельства. Когда он прилетает в Москву?

Лина вздохнула:

— Часов в двенадцать он будет дома. Вчера днем, пока все было нормально, мы договорились с мамой, что они приедут и сразу позвонят. Давайте ждать звонка от похитителей, а потом разыщем папу.

Примерно через полчаса появился Павлов. Мы договорились, что в целях конспирации он не будет выходить на террасу, а курить будет в камин.

Алексей позвонил в Москву какому-то Сергею, тот сообщил ему, что пять минут назад у него родился сын, четыре с половиной килограмма, назвали Федором. Алексей поздравил его и извинился, что в такой момент отрывает молодого отца от процесса родов. Неведомый Сергей, как видно, послал его, после чего Алексей удовлетворенно вздохнул и попросил поручить ребятам разыскать, не поднимая шума, следы джипа Рзаева.

Лина ревниво сказала, что лучше бы назвали Алексеем. Лешка засмеялся и сказал:

— А у них старший — Алексей, мой крестник. Ирка, вообще-то, дочку ждала, Сергей ей клятвенно обещал.

Время просто замерло. Выражение лица Аси мне совсем не понравилось. Еще час ожидания, а она уже на грани. Я с отчаянием посмотрел на Лину, она догадалась, молча кивнула.

— Ася, пойдем, ты мне поможешь с обедом. Как раз управимся, и время быстрей пройдет.

Мы договорились, что трубку возьму я, Асю лучше не тревожить. Я должен выслушать требования, попробовать добиться, чтобы девочке дали трубку, и попытаться получить какую-нибудь информацию.

Ровно в двенадцать часов Асина трубка запела полифоническую мелодию, которую мы уже слышали вчера.