Клетка - Лиза Бетт

Поднимаюсь и, бесшумно ступая, приближаюсь к двери. Стук не прекращается. Заглядываю в дверной глазок и расслабленно выдыхаю. Прячу ствол за пояс джинсов и открываю дверь.

В номер врывается разъяренный Милтон.

– Если ты сейчас же не назовешь уважительную причину, почему ослушался приказа и прилетел в эту страну без моего одобрения, я тебя уволю.

Закрываю дверь, щелкаю замком и вздыхаю, понимая, что придется открыть шефу часть правды. Но он не дает мне слова вставить.

– Мы планируем операцию по внедрению, какого черта, ты срываешь наши планы? Я велел тебе оставаться в штабе!

Провожу рукой по волосам, взъерошив их.

– У них уже сотня похищенных девушек, Милтон. Сотня! Они все в опасности. Нам надо действовать, пока не стало поздно.

– С каких это пор, ты у нас занимаешься планированием? Ты обученный оперативник, но не стратег. Дай профессионалам выполнять свою работу!

Я едва сдерживаюсь. Хочется заехать по роже начальнику, он ведь совсем меня не слышит.

– Я. Не. Уеду. – Стою на своем. – Каждая минута может стать последней для кого‑то из девушек. Нам нужно приступать как можно скорее. Моретти перебьют половину рабынь, пока какие‑то там клерки из офиса ксерокопируют документы и выстаивают планы. Ты это понимаешь? – повышаю голос, Милтон устало вздыхает и падает в кресло, потупляя взор.

Я опускаюсь на диван напротив и пытаюсь до него достучаться.

– Кейт у них. Когда Лилит узнает, что ее сестру похитили, она камня на камне не оставит. Нам повезло, что она на задании, иначе все наши планы по внедрению полетели бы к чертям…

Отворачиваюсь к окну, мысленно чертыхаясь. Эта сучка не могла послушаться хотя бы раз в жизни. Хотя бы раз в жизни отнестись к моим словам серьезно. Посидеть дома, просто потому что так безопаснее.

– Номер чист? – Голос Милтона отрывает меня от воспоминаний о Кейт.

– Я проверял, жучков нет.

– Тогда давай приступим…

Киваю. Следующие три часа мы посвящаем планированию операции и обсуждению основных ее вех.

В пятнадцать тридцать я сажусь за столик некогда любимой кафешки. Небольшой уютный ресторанчик располагался практически в центре города. Три верхних этажа занимает гостиница, а первый, включая прилегающую территорию и уютный дворик, отдан под общепит.

Дворик огорожен резным забором, увитым диким виноградом. Козырьки белоснежных зонтиков закрывают головы постояльцев от палящего солнца. Плетеная мебель изящно вписывается в обстановку вокруг.

Откидываюсь на стуле и благодарю официанта, принесшего мне минералку со льдом.

Жара стоит невыносимая. Я привык находиться в ней, как рыба в воде. Правда сейчас, пожив в другой стране, понимаю, что мягкий климат гораздо приятнее, чем эти палящие выжимающие душу дни в Италии.

Две девушки за соседним столиком шепчутся, бросая в мою сторону призывные взгляды. Я на автомате рассматриваю их из под стекол темных очков, а потом безучастно отворачиваюсь.

Не сегодня, девочки, не сегодня.

Смотрю на часы. Достаю телефон. Сообщение от Халка.

«Лилит все еще на задании. У тебя есть время до конца недели».

Друг надеется, что мне удастся вернуть Кейт до этого времени. Но я не посвящал его в свои планы. Мы с Милтоном внесли корректировки в прежний план, изменили его, и с этой минуты я приступаю к исполнению. Я доверяю Халку. Но чем меньше народа в курсе, тем успешнее пройдет миссия.

Ровно в четыре часа в кафе входит девушка. Я уже забыл, какая она красавица. Сердце начинает биться быстрее, я чувствую себя так, будто вернулся в прошлое на несколько лет назад.

Она оглядывается. К ней подходит администратор и приветливо интересуется, ожидают ли ее. Она отвечает ему что‑то и направляется к бару.

Я покидаю свое место и иду вслед за ней.

– Вы позволите вас угостить? – оказавшись у бара, опускаю руки на стойку по обе стороны от стоящей около нее подруги. Возмущенная девушка оборачивается, собираясь поставить меня на место, но, не доведя дело до конца, застывает, ошарашенно на меня глядя.

В глубине ее взора мелькает узнавание, и я невольно улыбаюсь, подавляя желания поскорее смять ее в своих объятиях. И в эту же секунду, наплевав на посетителей бара, эта стерва набрасывается на меня с кулаками.

Глава 21. Кейт

Год назад.

Мочевой сейчас лопнет. Надо заставить себя подняться с постели. Выпадаю из сна, шевелюсь, но тело, словно варёное, не слушается. С трудом разлепляю веки, оглядываюсь. В глаза словно насыпали песка. Горло горит, нос не дышит. Прибавите к этому ломоту в теле и головокружение, получится весьма неприглядная картинка.

Мне хочется лечь и умереть. Но внизу живота вновь протестующе ноет, и я заставляю себя сесть на постели. На чужой постели в чужой спальне.

Где я, черт возьми?

Двуспальная кровать. Огромный зеркальный шкаф‑купе. Панорамное окно, открывающее потрясающий вид на ночной город. Это не наша с Лилит квартира.

В голове всплывают воспоминания о сегодняшнем вечере, и меня будто кувалдой пришибает.

Майкл. Кинотеатр. А дальше провал.

Спускаю ноги с высокой перины и направляюсь к темнеющему прямоугольнику двери. Открываю, нащупываю включатель.

Глаза взрывает яркий свет. Зажмуриваюсь, прикрываю лицо рукой. Привыкаю к слепящему безумию, щелкаю замком за спиной и опускаюсь на унитаз.

НА мне все еще платье сестры, это значит, что Майкл руки не распускал. Но почему тогда я не помню прошлый вечер, он что, меня опоил?

Мы смотрели фильм, в какой‑то момент я выключилась и очнулась только теперь в его спальне. Как я сюда попала?

Видимо, уснула.

Подхожу к раковине и умываюсь. Вода едва не шипит на горячем лице. Видимо, у меня температура. Смачиваю лоб. Так гораздо лучше. Теперь надо найти сумочку и скорее вернуться домой.

Покидаю ванную, за ней спальню и оказываюсь в просторном коридоре. В одной из комнат горит свет.

Замираю в нерешительности. Мне не хочется снова пересекаться с Майклом, но я должна. Спрошу, где сумочка, чем закончился фильм, и адрес, который назвать таксисту.

Стучу в дверь, из‑за которой льется полоска света, но мне никто не отвечает. Тишина. Я хмурюсь. Голова итак раскалывается, а судьба не хочет идти мне навстречу и покидывать легкие варианты. Снова стучу. Тщетно. Толкаю дверь, ручка покорно поддается.

Комната небольшая. Она напоминает кабинет без окон. Один единственный стол завален папками. Стены обклеены фотографиями каких‑то людей, газетными вырезками, статьями, графиками.

Воспаленное сознание бьет тревогу. Оно вопит, что мне следует закрыть дверь и не совать нос в чужие дела. Или же упасть прямо на пушистый ковер, устилающий пол в этой самой комнате и