Стэйси Кейд - Горькая пилюля (ЛП)

Бристол неловко остановился посреди темной комнаты, вращая свою шляпу в руках. С диваном, все еще разложенным в виде кровати, в комнате не было места для того, чтобы можно было присесть, кроме одинокого стула у барной стойки. Все это выглядело очень грустно и жалко. Добро пожаловать в мою жизнь, хотелось сказать мне, досада прожигала меня насквозь из-за того, что Бристол видит эту часть моей жизни, но я промолчала.

Фритзи встала и потянулась на своей подушке, ее суставы затрещали. Она осторожно повела носом в сторону Бристола. Недолго думая, он опустился на колени и протянул руку, чтобы она ее обнюхала.

- Ну, разве ты не милашка ? - Он осторожно погладил ее по макушке.

По какой-то причине из-за этого мое сердце сжалось так сильно, что мне пришлось проглотить подступившие слезы.

- Осторожно, она...

Фритзи мотнула головой, прося больше внимания. Я предчувствовала это.

- ...оставит на тебе шерсть. Извини за это.

- Все в порядке. Я не общался с собаками с самого детства.

Без сомнения, Марджин никогда бы не позволила шерсти и случайным пятнам собачей слюны, стал частью декора ее жилища.

Он в последний раз погладил Фритзи по голове, а затем выпрямился.

- Фритзи, лежать, - сказала я.

Она с ворчанием подчинилась, выражая свое нежелание отстраняться от ласковой руки.

Я сложила руки на груди.

- Так, что ты здесь делаешь?

- Я подумал, что возможно ты не сможешь прийти во второй половине дня на оглашение завещания, после... после вчерашнего, - сказал он.

Значит, он добился от Челси признания о том, что произошло. В конце концов, он был шерифом. Это, или он услышал слухи, которые наверняка поползли. Краска целиком поглотила мое лицо.

- Я не пойду. Макс отстранил меня от статьи. - Я не стала добавлять, что это случилось вчера утром, задолго до того, как я приняла приглашение Бристола прийти.

Он немного удивленно отстранился назад.

- В самом деле? Почему?

Я пожала плечами.

- Что-то о реорганизации талантов. Я работаю над памятной статьей о Паркмюллер. - Я сделала паузу, но не смогла остановить саму себя. - Макс отдал историю Хеллеки - Арни Ледбеттеру.

- Арни? - Спросил Бристол с явным недоверием. - Арни не может найти даже свой автомобиль на парковке.

- Я знаю. - Я пожала плечами, чувствуя себя немного виноватой из-за того, что мы с Бристолом одинаково смотрели на вещи. Конечно, так оно всегда и было. Одна из причин, почему нам так хорошо работалось вместе… или почему мы так хорошо работали вместе. – Так что, тебе лучше поговорить с Арни насчет прочтения завещания, ладно? - Я повернулась к нему спиной, делая вид, что расправляю что-то на барной стойке.

Я услышала, как Бристола подошел ближе.

- Послушай, Ренне, я все еще хочу, чтобы ты пришла на оглашение завещания.

- Я не думаю, что это хорошая идея. - Я отказывалась оборачиваться, чтобы не столкнуться с ним лицом к лицу, зная, что соглашусь, если сделаю это.

- Я имел в виду именно то, что сказал. Ты мой самый главный свидетель из имеющихся, и иногда видя выражение на лицах людей, когда они думают, что мы знаем, то, чего мы знать не должны, приводит нас в правильном направлении.

Я ничего не сказала, просто идеально подравняла карандаш и держатель салфеток рядом с ними.

- Пожалуйста, Ренне. - Теперь, кажется, он стоял в шаге от меня. Я чувствовала его близость.

- Хорошо. - Я обнаружила, что произнесла эти слова раньше, чем поняла, что моя решимость разрушилась.

- Спасибо, - сказал он с очевидным облегчением в голосе. - Увидимся днем, в 12:45 на пересечение Рейнс и Манделейн.

- Поняла. – Кивнула я, ощущая огромный груз вины за то, что согласилась, и, не смотря на это, крошечную искру радости за то, что моя дружба, за неимением лучшего слова, с Бристолом не закончилась. По крайне мере, пока.

Я услышала, как он направился в сторону двери. Только тогда я почувствовала, что могу обернуться. Я видела, как он остановился, чтобы еще раз потрепать Фритзи по макушке, и затем он ушел, закрыв за собой дверь.

Я подошла и плюхнулась на свою кровать, все еще завернувшись в одеяле. Идти сегодня днем с ним будет ошибкой. Не с его стороны, а с моей. Бристол никогда не изменит Марджин. Он просто не станет е изменять. Я знала, что он заботится обо мне, о моей безопасности, моем благополучии. Возможно, он наслаждается моей компанией и чувствует притяжение между нами, но дальше он не зайдет. Он никогда не попытается изменить этого. Вот почему, он может прийти в мою квартиру, умоляя меня пойти на оглашение завещания, и все еще остаться хорошим мужем и отцом. По его мнение, его жена и дочь слишком бурно реагировали.

Только я знала, что они были правы. Потому что они беспокоились из-за меня, из-за того, что я могла сделать, а не он. Иногда, я была согласна с ними.

* * *

- Вы не можете здесь находиться. Это частное разбирательство. - Адвокат-в-законе Макензи из "Рейнс и Макензи", очень сильно нервничал, даже для юриста. Он вытащил накрахмаленный платок из кармана костюма и вытер лысеющую макушку головы. Это означило, что он знал что-то очень важное.

- Это расследование убийства, мистер Макензи. Я думаю, вы понимаете, как для нас важно это оглашение завещания, - сказал Бристол. Его руки лежали на бедрах, полы его пиджака разошлись, слегка приоткрывая кобуру.

Глаза Макензи метнулись ко мне, стоящей чуть позади и сбоку от Бристола.

- Вы можете остаться, если никто не возражает, - сказал он Бристолу. - Но она останется здесь. - Макензи указал на кресло позади нас, рядом с дверью его кабинета. - Я не позволю средствам массовой информации превратить это частное дело в цирк на колесах.

Ооо, Макензи определено что-то знал. Я хотела обернуться и посмотреть, а не пропустила я прибытие основного экипажа новостников. Бристол вопросительно поднял бровь.

- Да, все в порядке. - Я отступила от двери Макензи и упала в кресло. Это было на много ближе, чем я бы осмелилась подойти без приглашения Бристола, так что оказалось для меня прекрасным местом. Не таким хорошим, как могло бы быть, ну да ладно. По крайне мере, здесь я смогу видеть всех, включая таинственного бенефицианта, приходящих и уходящих и увидеть общую реакцию.

Бристол кивнул и последовал за вспотевшим мистером Макензи в его кабинет. Минут через пять вошла Джинджер Бьюкенен с сопливым Джуниором на руках и мужем. Джинджер нахмурилась при виде меня и поспешила внутрь, видимо, тяга к деньгам сильнее желания спросить меня – почему я была здесь. За Бьюкененами вошла Дженни Стиргеон, опустив голову вниз, будто не замечая меня, и Китти Александер , надевшая то, что вероятно было черным костюмом нулевого размера и в шлейфе стойкого парфюма.