Виктория Лошкарёва - Убей меня, если симожешь...

— Можешь подождать хотя бы пару дней?

— Если Влад захочет меня увидеть, он знает мой адрес.

Никита, хотя и давал понять, что не одобряет этого решения, всё же дал команду охранникам доставить меня по месту проживания. Что ж, уже какая — никакая победа.

Дверь в квартире, правда, заменили: теперь вместо привычной хлипкой и деревянной стояла новенькая металлическая и, несомненно, пуленепробиваемая дверь с сейфовым замком.

Вручив ключи и покачав на прощание головой, Дэн молча удалился. А я осторожно вошла в квартиру.

Непорядка здесь больше не было: кое — то явно позаботился о моём удобстве. И всё же…я любила Шимова, я не могла без него жить, но и доверять ему я тоже не могла. Он не был одним из тех, кто прощает.

Поэтому, вспомнив все свои навыки, которых, в общем — то, было совсем мало, я методично обыскала свою квартиру.

Жучков было немного, но, возможно, мне не удалось отыскать их все.

Разумеется, ничего трогать я не стала. Просто взяла на заметку, что теперь мой дом «слушают» и с разговорами надо поосторожней. По этой же причине я не торопилась пользоваться подаренным новым телефоном. Да и на простой домашний я смотрела подозрительно…кто там знает, какой размах у «моих слушателей»…

Я, кстати, совсем не исключала, что жучки — привет вовсе не от Шимова, а от кого — то другого. Может, от той же милиции… хотя это навряд — ли. Единственное, что точно: ребята Шимова, которые занимались моей квартирой, просто так жучки пропустить не могли. Либо это и есть их работа, либо Шимову по какой — то причине выгодно было оставить жучки на месте. И поди ж, разберись, где тут правда.

Убравшись в безупречно убранной ещё до меня квартире, я приняла ванну, поужинала и пошла навестить своего соседа дядю Васю. Отдать ему новые запасные ключи, а заодно и воспользоваться его телефоном.

— Настя? — удивился Димка, услышав мой голос. — Привет, ты где?

— Дома. То есть сейчас у соседа…вышла тебе позвонить.

— А дома что, телефон не работает?

— Да как сказать… У тебя есть время встретиться?

— Конечно. Мне приехать?

— Нет, не надо. Давай лучше где — нибудь в кафе встретимся.

— Как скажешь, — в Димкином голосе явно слышалась растерянность. — Подожди, а как ты в кафе доберешься?

— Дядя Вася подбросит.

— Да нет, я не про это. Мне Курьянов сказал, будто тебя в милиции какие — то скоты помяли.

— «Помяли» — очень правильный и емкий глагол, — рассмеялась я против воли.

Условившись встретиться с Димкой в кафешке недалеко от суда (куда мы с девчонками изредка ходим обедать), я спустилась домой одеть куртку и сапоги.

Дядя Вася домчал меня до «Магнолии» минут за десять, не больше. И ещё минут пятнадцать я уговаривала его взять деньги — сосед категорически отказывался брать плату за такие «пустяки».

В зале кафе как обычно было пусто: только за одним из столиков миловидная блондинка с серьёзным видом пила кофе, то и дело отвлекаясь в сторону открытого ноутбука.

Адвокат, подумала я, недовольно улыбнувшись. Близость к месту работы успокаивала и внушала чувство надёжности.

Димка появился минут через двадцать.

— Привет, подруга, — чмокнув меня в щёку, он плюхнулся в кресло напротив и принялся придирчиво меня разглядывать.

— Ну, в милиции тебя, конечно, потрепали.

— А то, — согласилась я. — Тебе что, наш друг Курьянов, не рассказывал?

Матвеев поморщился.

— Я, между прочим, тоже юрист, Настя. Инфа «кто — то что — то слышал» меня не устраивает. Хотя Кирилл и впрямь говорил, что тебя задержали. Я так понял, он не сумел вмешаться.

— Ну да, дело было суперважное. Как-никак убийство зама прокурора города.

— То есть тебя задержали по подозрению в убийстве? — не поверил Матвеев. — Ну ты, подруга, даёшь…Какой прогресс в карьере… И с чего бы тебе Савельева грохать?

— Фи, что за выражения, господин юрист, — поморщилась я. Димка рассмеялся, покачав головой.

— Насть, ты не исправима. Но что касается Савельева: он вроде нормальный мужик был…

— У тебя и Игнатьченко в нормальных ходил, пока я тебе не поведала свою поучительную историю.

— Согласен, — кивнул Матвеев. — Но от местных приятелей я слышал, что Савельев не беспредельничал.

— Он работал под Игнатьченко, а это что — нибудь, да значит.

— Ты не права, замы не всегда есть правая рука своего шефа. Возьми хотя бы Картрен.

— А что там не в порядке? Только не говори мне про контракт с австрийцами.

Димка фыркнул.

— Между прочим, это больная тема. Я пропустил всю эту заварушку, потому что был вызвал на ковёр начальства в Вену.

— И как оно там, ругают?

Димка пожал плечами.

— Не радуются, конечно. Но поскольку фирма давно имеет деловые интересы в России, руководство с пониманием относится ко всякого рода проволочкам. У тебя — то, что произошло?

— Ну… — я сделала глоток успевшего остыть кофе. — Про обвинение ты знаешь, про деликатный допрос в милиции — тоже… Даже не знаю, про что ещё рассказать.

— Кирилл сообщил, что из милиции тебя вроде забрали люди Шимова.

— Ага, — кивнула я. — И не кто-нибудь, а твой любимый Никита Кольцов. Главный юрист Картрена по моему делу беспокоился… Пару дней я прожила в гостинице под надёжной охраной. Когда пришла в себя, вернулась домой. Вот и всё, собственно.

— Ушла от Шимова?

— Не веришь? — выгнула я бровь.

— Ну почему же… — Дима вздохнул. — Странная ситуация. Шимов тебя вроде как защищает.

— Но не больно в это верится. Да?

— Извини, я не хотел тебя обидеть.

— Ты не обидел, — покачала я головой. — Я тоже не знаю, как относится к этой заботе.

— Курьянов говорил, ты готова ради Шимова на всё.

— Кирилл много чего говорит…

Домой из Магнолии меня довёз Димка.

— Не хочешь куда — нибудь уехать? — спросил он, когда открывал дверь машины и помогал мне выйти.

— Куда?

— Да куда угодно, — развёл руками Матвеев. — Турция, Египет… хоть та же Австрия. Только скажи, завтра у тебя уже будет путёвка.

Я рассмеялась.

— Спасибо, Дим. Но я думаю, что сейчас мне полезней будет остаться в городе.

— Блин, — внезапно разозлился приятель. — Как некстати, что мне надо уезжать. Настя, я очень за тебя волнуюсь.

— Я сама за себя волнуюсь, Дим.

— Поехали со мной.

Я замотала головой.

— Это было самым лучшим выходом, — настаивал приятель.

— Возможно. Но я пока к этому не готова.

Я уже вышла из машины, когда Матвеев меня окликнул.

— Насть, пообещай, что позвонишь мне, если у тебя возникнуть хоть какие — то трудности.