Мерил Сойер - Любовь, соблазны и грехи

Райану нравилось сотрудничать со Стирлингом. Они с одинаковым нетерпением ждали, когда Барзан нанесет очередной удар, и не скрывали взаимного уважения.

– Зачем я вам понадобился? – спросил Райан.

– В связи с Лорен Уинтроп.

– Вы за мной следите? – Райан недовольно нахмурился. Как он мог проворонить «хвост»? Видимо, совсем потерял форму.

Стерлинг приложил палец к губам и выразительно огляделся.

– Никому мы не нужны! – махнул рукой Райан. Вечно эти разведчики дуют на воду!

– Успокойтесь, никто за вами не следит. Лорен Уинтроп заинтересовался Скотланд-Ярд. Это как-то связано с внезапно свалившимися на нее деньгами. Дело в том, что сделка с недвижимостью в Майами, которую в свое время заключил муж Лорен, вызывает большую настороженность. Во Флориде этим занимается ФБР. ЦРУ тоже вовлечено: в сделке участвовало много иностранных холдинговых компаний.

– Черт! Я думал, что операцию ведет исключительно Ми-5. Не хотелось бы попасть в сферу интересов ЦРУ.

Райан не любил оказываться на вторых ролях. Всю жизнь он остерегался полагаться на других. Но теперь ему не предоставлялось выбора.

– Не волнуйтесь, вы их абсолютно не интересуете. – Повернувшись спиной к ветру, Стирлинг раскурил трубку и бросил спичку в воду. – Что же касается наших с вами дел… Если вы будете чаще мелькать в городе, то человек Барзана быстрее проявит себя. Заставьте его совершить оплошность! Но сами соблюдайте максимальную осторожность. Нам нужны имена всех людей, с которыми вы имеете дело. Не появилось у вас в последнее время новых знакомых?

Райан пожал плечами:

– Можете записать Игоря Макарова. Это русский художник, эмигрант.

Стирлинг сделал пометку в блокноте.

– Теперь вы будете у нас под круглосуточным наблюдением.

– Только не забудьте поставить в известность русских и израильтян. Они бьют тревогу, стоит чужой машине задержаться около их посольств на пару минут, не говоря о целой ночи.

Вряд ли в целом мире нашлась бы более безопасная улица, чем Палас-Грин, где стоял дом Гриффита, но Райан там чувствовал себя как в тюрьме. Неподалеку обитали леди Диана и принц Чарльз, тут же располагались всевозможные посольства, охранявшиеся, как неприступные крепости. Но русские и израильтяне были помешаны на безопасности больше остальных: все на свете вызывало у них подозрение. Грейберн-Мэнор – резиденция Гриффита на Палас-Грин – стоил бешеных денег, зато здесь можно было особенно не тратиться на системы охраны.

Стирлинг постучал трубкой о перила, вытряхивая пепел на уток, которых только что заботливо кормил.

– Осторожность и еще раз осторожность, Уэсткотт!

Увидев Лорен, Виола ахнула от удивления. На Лорен были узкие замшевые брючки, заправленные в сверкающие кожаные сапоги до колен, и черная водолазка, обтягивающая красивую грудь. Ремень с серебряной пряжкой в форме витой морской раковины подчеркивал тонкую талию. Но больше всего остального поразила Виолу прическа Лорен: вместо привычного узла она увидела роскошные волны волос, свободно падающие на плечи.

– Тебе очень идет!

– Ты о волосах? Спасибо. Решила попробовать новую прическу. – Лорен улыбалась и выглядела счастливее, чем когда-либо прежде.

– И где же мы будем знакомиться с твоим русским художником? – Виола еще не оправилась от изумления, что поиски Лорен увенчались успехом.

– В пиццерии «Помодоро» в Найтсбридже. Игорь любит пиццу.

Виола надеялась, что встреча не затянется: ей хотелось заглянуть в кабаре и найти там своего чеха. Разлука длилась уже два дня, которые показались Виоле двумя годами. Ей еще не приходилось встречать мужчину, способного творить такие чудеса.

– Идем! – Виола накинула шубку из красной лисы.

Им пришлось томительно долго ползти в машине по Бромптон-плейс, и в итоге они опоздали. От автомобиля в Лондоне одни неприятности! Виола уважала Лорен за ее решение не покупать машину.

– Райан и Игорь уже на месте, – сказала Лорен, увидев знакомый «Астон-Мартин».

Виола недоумевала, когда это Лорен и Райан успели стать друзьями. Она была не намного старше Лорен, но все равно питала к ней материнские чувства. За последние недели они сблизились еще больше, и Виоле не хотелось, чтобы Лорен связывалась с Райаном Уэсткоттом. Он переспит с ней и бросит – так же, как поступил с ней самой мерзавец Клайв! Одного поля ягодки!

Потребовалось еще минут десять, чтобы найти местечко для парковки на узкой Бошам-плейс и вернуться назад, к пиццерии, любуясь чугунными георгианскими балкончиками. На этой короткой улице, известной больше шикарными антикварными салонами, нашли приют несколько неплохих ресторанов.

«Главное – побыстрее отделаться от этой волынки!» – думала Виола, устремляясь вниз по узкой лесенке.

В пиццерии царил мрак, и Виола прищурилась, привыкая к потемкам. В маленьком зале не было ни одного свободного столика. В углу стояло пианино, бренчавший на нем человек громко пел по-итальянски. Судя по всему, профессионалом он не был. Посетители подпевали, смеялись и пили кьянти.

– Вот они! – Лорен помахала рукой.

Райан Уэсткотт, поднявшись, помахал в ответ, и Лорен стала протискиваться к нему среди столиков. Виола следовала за ней, с удивлением замечая, что мужчины при приближении Лорен смолкают и впиваются глазами в ее соблазнительную фигуру. Распущенные светлые волосы добивали выживших.

– Что-то вы поздно, – сказал Райан с упреком.

– Это из-за меня… – начала Виола, но внезапно замолчала, словно прикусила язык; перед глазами у нее поплыли круги.

– Познакомьтесь: Виола Лейтон, Игорь Макаров.

Виола вежливо улыбнулась, хотя ей хотелось визжать от восторга: из-за столика навстречу им поднялся тот самый чех!

Однако в следующий момент ее охватил нестерпимый стыд. Боже, что же делать?! Надо побыстрее все ему объяснить! Но как?..

Виола с ужасом наблюдала, как недоумение в его карих глазах сменилось болью, потом гневом и, кажется, даже ненавистью…

8

Представив Виолу Игорю, Райан взял у Лорен пальто и повесил его на вешалку перед их закутком, рядом со своей потертой кожаной курткой.

– Что это с Виолой? – спросил он шепотом, садясь рядом с ней.

Лорен пожала плечами: она и сама не могла понять, почему ее подруга сегодня так молчалива. И Виола, и Игорь уставились на певца, словно непременно хотели вникнуть в смысл его итальянской песни.

– Я же просил, чтобы она оделась поскромнее! – шепнул Райан Лорен на ухо, покосившись на шубу Виолы.