Мэри Уибберли - Самая опасная игра

— Сейчас у меня нет былой уверенности.

— Боже мой, — прошептала Кэтрин. — Кому же можно доверять?

— Хороший вопрос. — Теперь голос Девлина звучал сухо. — Я хочу, чтобы вы рассказали мне про Джеффа.

Кэтрин опустила взгляд на лежавшие перед ней бумаги, ей показалось, что этот вопрос буквально через силу вырвался из уст Девлина. Она закусила губу.

— Не хотите ли вы сказать, что он…

— Я вообще не собирался говорить о нем, потому что вообще не знаю, кто он такой, — оборвал ее Девлин. — Но вы познакомились с ним вскоре после мнимого убийства вашего отца.

— Он порядочный, хороший человек, занимает ответственный пост, ему приходится часто ездить за границу.

— Возможно, что так оно и есть.

Девлин отчаянно пытался говорить спокойно, чувствуя, что Кэтрин начинает раздражаться. Ему хотелось узнать о Джеффе как можно больше, и не по какой-то одной определенной причине, а по целому комплексу причин, которые он еще и сам не полностью осознавал. Девлин хорошо умел скрывать свои чувства, его научили этому долгие годы тренировок и работы в чрезвычайно напряженных ситуациях. Но он никогда не встречал в своей жизни такой женщины, как Кэтрин, — изменчивой, очень умной, красивой и оказавшейся на грани такого отчаяния, что поведение ее стало непредсказуемым. Девлину не приходилось работать с такой привлекательной женщиной вот так тесно, один на один. Разумеется, он иногда работал с женщинами, когда для участия в операции требовались мужчина и женщина, чтобы не вызывать подозрения в таких местах, где одинокий мужчина выглядел бы просто нелепо. Это были храбрые женщины, натренированные, почти как и он сам, прекрасно могли постоять за себя.

Но Кэтрин не являлась агентом МИ-99, обычная женщина, и единственной ниточкой, связывавшей ее с секретной службой, был отец. Она не имела профессиональной подготовки секретного агента, работала переводчицей, переводила книги с французского на английский, хорошо зарабатывая этим. И сейчас, глядя на Кэтрин, Девлин сожалел о том, что ему предстоит сделать. Разрушить ее иллюзии о мужчине, которого она явно любит или которым увлечена, по крайней мере.

— А почему вы так в этом уверены? — спросил Девлин, и ему показалось, что его слова повисли в воздухе и как бы несколько раз повторились эхом.

Кэтрин вскинула голову.

— А вот уверена, и все тут.

Она резко поднялась из-за стола, взяла чайник, наполнила его водой и поставила на плиту. Девлин внимательно наблюдал за ней, пытаясь по движениям тела понять ее состояние. Напряженная спина говорила о том, что ей неприятен этот разговор. Но ведь у нее было несколько часов, чтобы успокоиться, а изложение воспоминаний на бумаге должно было помочь этому. И что бы она ни написала про Джеффа, это уже написано, и изменить нельзя. Девлин тоже поднялся со стула, подошел к Кэтрин и остановился рядом. Он даже приготовился к тому, что она может ударить его.

— Я только прошу вас подумать, — сказал он. — Вот и все. Как вы познакомились с ним, где… Что знаете о его семье и друзьях… — По тому, как внезапно изменилось выражение лица Кэтрин, по искоркам в глазах Девлин понял, что в чем-то попал в точку. Но в чем? Друзья? Семья? Упускать такую возможность было нельзя. — Вы хорошо знаете его семью? — небрежным тоном поинтересовался он.

— Его семья живет в окрестностях Лондона, — ответила Кэтрин, повернувшись и посмотрев на Девлина.

Искорки в ее глазах уже исчезли.

— А вы знакомы с ней?

— Еще нет. Но познакомлюсь.

— А как долго вы уже знакомы с Джеффом?

Кэтрин смутилась, затем устремила на Девлина гневный взгляд.

— Черт бы вас побрал!.. — воскликнула она.

Девлин успел перехватить за запястья ее взметнувшиеся кулаки.

— Не надо меня бить. С чего это вдруг?

— Вы заставляете меня сомневаться.

Кэтрин попыталась вырваться, и Девлин отпустил ее. Возбужденная и злая, она стояла, потирая правое запястье.

— Но почему? Совершенно непонятно. Почему я заставляю вас сомневаться? Я задал вполне логичный вопрос…

— Вы такой же, как Сэм…

— Я могу быть таким… если захочу. Но вы знаете, что я не хочу быть таким…

Девлин понимал, что подобрался к чему-то важному. Он застал Кэтрин врасплох. И с одной стороны, как бы уже чуял вкус той информации, которую может получить, а с другой — испытывал сожаление. Да, вот оно, совсем рядом, и он должен это знать. Кэтрин могла дать ему ниточку, с помощью которой можно будет определить, какую роль играл ее любовник во всей этой странной шараде. Возможно, она и не догадывается, что это за ниточка, но он должен выведать.

— Откуда я могу это знать? — вскричала Кэтрин.

Чайник закипел. Кэтрин взяла чашку, но только одну, насыпала в нее кофе, сняла чайник с плиты, но рука у нее дрожала, и Девлин машинально рванулся, чтобы забрать у нее чайник. Кэтрин отпрянула, крышка с чайника слетела, и горячая вода выплеснулась ей на левую руку. Кэтрин вскрикнула от боли, лицо ее побелело. Девлин забрал у нее чайник, подвел к раковине, открыл холодную воду и сунул ее руку под струю. Другой рукой он поддерживал обмякшее тело Кэтрин, чтобы она не упала.

— Простите! — Девлин продолжал держать ее ладонь и запястье под струей ледяной воды. Действие ожога можно было свести к минимуму, для этого Кэтрин надо было еще несколько минут держать руку под струей. Но она уже начала вырываться, всхлипывая, пыталась освободиться от мощного захвата, что ей было не под силу. — Вам надо держать руку под струей.

Девлин, стоя сзади, всем телом легонько прижал ее к раковине. Будь Кэтрин в два раза сильнее, она все равно не смогла бы пошевелиться.

— Отпустите меня! — вскричала она сквозь всхлипывания. — Хватит… отпустите!

Кэтрин продолжала сопротивляться, она тщетно извивалась в отчаянной попытке освободиться от Девлина. Он крепко держал ее. Ноги Кэтрин Девлин зажал между своих ног, а свободной рукой обхватил ее за талию.

— Отпущу через минуту. Потом надо будет чем-нибудь смазать место ожога. — Кэтрин устала от борьбы, Девлин почувствовал, что ее сопротивление ослабло, но продолжал крепко держать. — Мне показалось, что вы уроните чайник…

— Я бы не уронила его…

Голос Кэтрин ослаб, тело дрожало уже не так сильно, похоже, шок начал проходить.

Девлин убрал руку Кэтрин из-под струи и осмотрел ее. Место ожога покраснело, но его быстрые действия предотвратили худшее. Он подвел ее к стулу и усадил. Кэтрин положила руку на стол, разглядывая ее. Девлин, прыгая через две ступеньки, поднялся к себе в спальню, достал из рюкзака аптечку, снова спустился в кухню, смазал руку Кэтрин мазью от ожогов и забинтовал. Потом приготовил кофе и заставил ее выпить две таблетки обезболивающего.