Шеннон Маккена - Жаркая ночь

Угрюмые сумерки не торопясь перетекли в ночь с моросящим дождем. Зан ждал около боковой двери на выходе из нового крыла музея и, как брошенный пес, горел желанием лизнуть туфлю, которая пнула его. Сначала ему пришло в голову развлечься, и он стал мысленно составлять список полезных дел, которые ему удалось совершить за последнее время.

Когда список подошел к концу, он принялся вспоминать все глупости, сделанные им за всю жизнь и продолженные сегодняшним ожиданием под дождем.

Раньше он никогда не поступал так осознанно, саморазрушительно… и так ошибочно.

Его разум крутился вокруг нескольких противоречивых фактов. Первое – он не соответствует ее стандартам. Второе – это унижает его. Третье – каждый раз, дотрагиваясь до Эбби, он словно становился ее сексуальным партнером. Четвертое – если в самом скором времени они не займутся любовью, его просто разорвет на части.

Потому-то он и был сейчас здесь, словно ему не терпелось вновь получить порцию оскорблений. Это было чувство дикое, жаркое и совершенно неподконтрольное его всегда трезвому рассудку. Именно таким и должен быть секс. Дверь открылась, и Зан напрягся в тревожном ожидании. Потом вышла Эбби и протянула руку навстречу дождю.

Увидев Зана, она вся сжалась, как газель, готовая мгновенно улизнуть.

Зан сделал глубокий вдох, завел мотор и опустил стекло. Неплохо бы ему выглядеть не так устрашающе.

– Как ты добираешься до дома?

– Автобусом. – Эбби зябко повела плечами. – Двенадцатым до Эджмонт-роуд. Извини, Зан, мне нужно бежать, а то последний скоро отходит…

– Ладно, залезай, я тебя довезу. И не волнуйся, приставать не буду.

Ее тонкая блузка намокла под дождем и прилипла к телу.

– То, что произошло сегодня, ничего не меняет, и ты должен знать.

Зан улыбнулся.

– А я и так знаю. И вообще, ты обладаешь поразительной способностью заставлять парней думать о себе лучше, чем они есть.

– Просто, чтобы все было ясно.

– Пока мне ясно, что ты дрожишь и вот-вот промокнешь окончательно. Залезай в машину, тут тепло, и мы можем спокойно поговорить.

Эбби бросила на него подозрительный взгляд:

– О чем поговорить?

– Будто ты не знаешь. Мне нужно перестать надоедать тебе, так как твой ум безвозвратно изменился. Помнишь?

Эбби уже готова была рассмеяться, но все же сдержалась.

– Ну ты и умник.

– Или ты предпочитаешь увильнуть? – предположил Зан. – Тогда мы можем отложить это на потом.

Эбби фыркнула и забралась в машину.

– Ты что, все это время ждал меня тут? – подозрительно спросила она.

– Вовсе нет. – Рот Зана растянулся в улыбку. – Просто ездил под дождем и завернул сюда. А ты? Интересно, какого черта ты делала здесь так поздно?

– Я здесь на работе, – строго напомнила Эбби. – А ты, отвлекал меня, ласкал и говорил гадости.

– Правда? Я был бы рад, если бы ты мне кое-что позволила…

Эбби снова фыркнула.

– Давай не будем.

– Ладно, не будем.

Припарковавшись рядом с домом, Зан протянул руку и обнял Эбби.

– А может, ты все же позволишь хотя бы вот что: чтобы за тобой присматривали… иногда?

Отвернувшись, Эбби шмыгнула носом.

– Спасибо, Зан, за ценное предложение. Не скрою, мне понравилась эта мысль.

– Так, значит, согласна?

Вытащив из сумки бумажную салфетку, Эбби высморкалась.

– Не знаю. Может быть…

– Ну, тогда в эти выходные, – тут же предложил он. – В субботу. Надеюсь, ты не работаешь в субботу?

В ее смехе звучали слезы.

– Господи, ты вцепляешься, как питбуль!

– Не пускать же такое важное дело на самотек. – Речь Зана становилась все напористее. – К примеру, я хочу, чтобы у тебя в дверях были новые замки – так что же в этом плохого? Как насчет воскресенья? Ты точно будешь дома?

Эбби посмотрела на свои сплетенные пальцы и вздохнула. Разумеется, Зан не виноват в том, что именно около ее дома с ней недавно случилась досадная неприятность, из которой он же ее и вызволил.

– Ты, кажется, собираешься пригласить меня на кофе, Эбби? – словно прочитав ее мысли, спокойно спросил Зан.

Она откинула волосы за спину.

– Да, именно так. Собираюсь, если ты не против.

– Передай мне вон те фотографии, – попросил Нил. Люсьен протянул ему фото Элани, про себя удивившись, как по-свойски ведет себя этот человек. Как правило, Люсьена окружали только красивые люди, не важно – мужчины или женщины. Хенли и Руис полностью отвечали его требованиям и были по-настоящему хороши. Хенли – массивный, настоящий тевтонский тип. Руиса отличали гибкое мускулистое тело, черные волосы и темные блестящие глаза.

Тем не менее Хенли и Руис были всего лишь грубой мускульной силой: они хорошо управлялись с огнестрельным и холодным оружием, но им обоим не хватало искусства владения техникой и компьютером, чем был одарен Нил. Это была та цена, которую он платил за жирное тело и жабье лицо.

С профессиональным пренебрежением Нил скосил глаза на фотографии:

– Девушка получилась не слишком удачно…

– Разумеется, – легко согласился Люсьен. – На удостоверениях и паспортах всегда так.

Нил стал обрезать фотографии.

– И что сказал тебе Бойл – эта прореха на теле человечества?

Глубоко затянувшись, Люсьен вспомнил еще один недостаток Нила – этот тип любил поболтать.

– Ничего нового; просто в очередной раз расписался в своей некомпетентности. Поведал душераздирающую историю о том, что никак не может быстро уговорить своего падшего приятеля.

Нил быстро взглянул на него.

– Это не превратится в проблему?

Люсьен покачал головой.

– Бойл – сам жертва. Он единственный, кто об этом не догадывается. Чем больше он обвинит людей вокруг себя, тем лучше для меня. Ты же не думаешь, что я оставлю в живых такого идиота, чтобы он свидетельствовал против нас?

Нил заморгал.

– Пожалуй, это было бы достаточно опрометчиво. Люсьен выдохнул длинную струю дыма и только тут заметил, что Нил просто сидит и разглядывает его.

– В чем дело?

– Просто думаю, вдруг ты и меня пустишь в расход.

– Нет. – Люсьен поморщился. – Твоя смерть будет бессмысленна, если, конечно, ты не собираешься кинуть меня. Ты же не хочешь сделать это, не так ли?

– Нет, конечно, нет. – Нил невольно поежился. – Ни в коем случае. Да и зачем мне это?

– Действительно, зачем? – вкрадчиво осведомился Люсьен. – Ладно, успокойся и займись лучше делом.

– Ага. – Нил покусал толстую нижнюю губу. – Но есть ведь еще Элани. Я про нее вот что думаю…

– Да? – Люсьен с досадой вздохнул.

– Так как ты в любом случае пустишь ее в расход, я подумал, что мы с Хенли и Руисом могли бы… э… Ну, ты понимаешь. Жалко ведь выбросить товар и не попробовать. Не испортишь – не пожалеешь, как говорила моя экономная бабка Берген – редкостная сука, надо сказать.