Джеки Коллинз - Приговор Лаки

— Я — ваш поклонник, — сказал Джерри. — Большой поклонник, Лин.

— Благодарю. — Лин удостоила его беглым взглядом и снова повернулась к Стиву.

— Я видел ваши фотографии в каталоге «Секрет Виктории», — не унимался Джерри. — Они великолепны, Лин! Ничего подобного я в жизни не видел!

Стивен тоже покосился на Джерри. «Почему бы тебе не заткнуться?» — вот что означал этот взгляд, но Джерри ничего не заметил: его, что называется, несло.

Поняв, что с этим уже ничего не поделать, Стив оставил Лин в обществе Джерри и направился в противоположный конец зала к Венере Марии, с которой ему давно хотелось поговорить.

— Какой ты скверный, Стив! — погрозила ему Венера Мария. — Почему ты не отвечал на мои звонки?

— Извини, — ответил Стивен, вежливо улыбнувшись. — Каюсь, виноват. Работы в последнее время много. А по выходным стараюсь куда-нибудь выбираться с дочкой.

— Можешь как-нибудь привезти ее к нам — ведь они с Шейной подруги. Для них обеих это будет праздник.

— Спасибо, — кивнул Стив. — А сейчас хочу поговорить с тобой о другом. О Прайсе Вашингтоне и его сыне.

— Это ужасно, Стив! — воскликнула Венера Мария. — Когда Лаки сказала мне, что его мальчишка участвовал в уб… тоже замешан в этом деле, я была просто потрясена.

— Эти новости могут попасть в газеты, — сказал Стивен мрачно. — Наверное, уже попали.

— Уж они своего не упустят, — кивнула Венера Мария. — Газеты разделают Прайса под орех, от него и мокрого места не останется.

— Ты знаешь его сына, Винни?

— Видела один раз, Прайс приводил его ко мне на концерт. Мне он показался довольно милым юношей.

— Скажи, он… был он похож на члена молодежной банды?

— Нет, не сказала бы. А что?

— Дело в том, что я кое-чего не понимаю. — Стивен сосредоточенно потер лоб. — Ленни утверждает, что в него и в Мэри Лу стреляла девица, а парень стоял рядом как столб. Он словно окаменел. Но в полиции девица заявила, будто в Мэри Лу стрелял сын Прайса Вашингтона. И якобы он стрелял из револьвера своего отца.

— Откуда тебе все это известно? — удивилась Венера Мария.

— От Лаки. Она разговаривала с детективом, который занимается этим делом.

Винни пожала плечами:

— Мне очень жаль. Прайса. Это все так ужасно!

Представь себя на его месте — что бы ты чувствовал?

— Но это нисколько не извиняет его сына. Ведь его сын жив, а моя жена погибла, — хрипло сказал Стивен.

Венера Мария не нашла чем его утешить.

Глава 10

Молодую женщину — очаровательную и стройную — можно было бы назвать по-настоящему красивой если бы не дешевая, не первой свежести одежда и бегающий, затравленный взгляд. За руку ее цеплялся пятилетний малыш; зеленоглазый и светловолосый, он тоже выглядел напуганным и дрожал. Довольно долгое время эта странная пара провела под тенью деревьев напротив особняка Лаки и Ленни, но никто не обращал на них внимания, а если бы и обратил, то наверняка принял бы их за любопытных прохожих, которым повезло увидеть вожделенных кумиров с близкого расстояния.

Мальчик был бледен от усталости и, по-видимому, голоден. Время от времени он знаками показывал матери, что хочет есть и пить, но она одергивала малыша. Молодая женщина и сама чувствовала, что ноги у нее подкашиваются от усталости и голода. Для обоих сегодняшний день был не самым легким, к тому же вечеринка, которая начиналась в этом доме, спутала все ее планы. На такой поворот дел женщина не рассчитывала и теперь пребывала в растерянности, не зная, что делать дальше.

Только сегодня утром они прилетели в Соединенные Штаты из Рима. И женщина, и малыш впервые летели на самолете, и всю дорогу мальчика с непривычки рвало. Он испортил матери ее лучшее — впрочем, и единственное — платье, и, хотя стюардессы помогли ей почиститься, все же молодая женщина понимала, что выглядит не лучшим образом.

Довольно много времени им понадобилось, чтобы пройти через иммиграционный контроль. Чиновник за стойкой долго колебался и раздумывал, но в конце концов женщине удалось убедить его, что они остановятся в «Бель-Эйр» у своего дальнего родственника и что в стране они пробудут не больше нескольких недель.

Ставя штамп в паспорт, куда был вписан и сын молодой женщины, чиновник невольно подумал о том, кто был тот счастливец, который занимался с ней любовью. Ему женщина показалась очень красивой.

Одного взгляда ее глаз — черных и мягких, как неаполитанская ночь, — было достаточно, чтобы осчастливить любого мужчину.

Оказавшись наконец в зале прилета, молодая женщина растерялась — там было столько людей, сколько она, пожалуй, еще никогда не видела. Ей нужно было попасть в Малибу, а она даже не знала, что это — район города или пригородный поселок. В конце концов один из носильщиков, у которого как раз закончилась смена, сжалился над молодой красивой женщиной с ребенком и подвез их до Лос-Анджелеса на собственной машине. Высадив их на бульваре Уилшир, он объяснил, где останавливается рейсовый автобус до Санта-Моники.

Выйдя из автобуса, молодая женщина зашла в первое попавшееся кафе и купила гамбургер, который они съели напополам. Потом они сели на другой автобус, маршрут которого пролегал по шоссе Пасифик-Кост. Глядя за окно на роскошные коттеджи и особняки, выстроенные на высоком обрыве над самым океаном, молодая женщина чувствовала, как в ее сердце оживают радость и надежда. Америка! Она была в Америке, а значит, путешествие, о котором она мечтала долгих пять лет, было близко к завершению.

Быть может, даже сегодня она увидит человека, ради которого отважилась на эту авантюру.

Глава 11

-Привет, Лаки! — сказала Бриджит, входя в зал.

— Ну наконец-то! — воскликнула Лаки. — А я уж было решила, что ты улетела обратно в Европу.

Бриджит никак не отреагировала на шутку. Она и не подумала извиниться за опоздание, и Лаки почувствовала себя уязвленной, хотя дала себе слово не обижаться на приемную дочь.

— Вот, познакомься, это мой муж Карло, — добавила Бриджит голосом, лишенным эмоций, и Лаки отметила, что прежде Бриджит была гораздо более ласковой и оживленной.

— А где мой поцелуй? — спросила Лаки, пытаясь как-то разрядить ситуацию. Она сразу заметила худобу Бриджит, нездоровую бледность ее лица. Она словно страдала от какого-то хронического недомогания, в то время как Карло — высокий, широкоплечий, атлетически сложенный мужчина с длинными светлыми волосами и вызывающе дерзким взглядом — буквально излучал уверенность и силу.

Бриджит послушно обняла Лаки и чмокнула в щеку.

«Господи, что стала с Бриджит! Одна кожа да кости!» — подумала Лаки, но удержалась от замечаний — сейчас для подобных «комплиментов» было не время и не место.