Виктория Доненко - Обман

— По-твоему, это справедливо? — иезуитски спросил Милованов, глядя на Сашу в упор.

— Что?.. — пролепетала она.

— Вот это самое! Что у нее — все, а у тебя — ничего! Что она живет в своем доме и отдыхает на Майами! А ты живешь в засранной халупе, отдыхаешь на Клязьме через год и возвращаешься с работы на метро.

Милованов по-прежнему запросто читал все ее мысли.

— На троллейбусе, — зачем-то поправила Саша.

— Ну, на троллейбусе… Разница невелика, — заметил Игорь.

— Зачем ты мне все это говоришь? — прошептала Саша.

— Затем, чтобы ты сообразила наконец: сестра могла бы с тобой поделиться. Подбросить тебе лимон-другой. Для нее это — тьфу! А твою жизнь эти деньги изменили бы полностью.

— Заботишься? — стала приходить — в себя Саша, иронически прищуриваясь на манер Милованова. — Для тебя, помнится, такой поступок тоже когда-то был «тьфу», да только ты что-то не очень со мной расщедрился! Забыл?

Игорь вроде бы начал понемногу раздражаться. Или Саше это показалось? Она хорошо знала, что артистизм и умение отлично притворяться — характерные особенности настоящего бизнесмена.

— Сань, давай не будем ворошить прошлое, а? — добродушно попросил он. — Что было — то было, я уже сказал. Ну, мы же все равно остались родными, да? А теперь у нас все срастется, я уверен. — Он ласково провел рукой по ее волосам. — И одно я знаю точно: мы оба будем в порядке, и ты, и я!

Саша молчала. Милованов, не давая ей вновь опомниться, продолжал:

— Как я понял, отец у вас один. А это значит, что ты имеешь на деньги компании «Тим» определенные права.

— И что мне делать? — усмехнулась Саша. — Подать на родную сестру в суд? В Гаагу прокатиться или куда там еще? Только вот денег на билет пока не заработала.

— Не смеши меня, Саня. Какой суд? Да она тебя в порошок сотрет! — Игорь эффектно взмахнул рукой.

— А что тогда? — рассердилась Саша. — Мне надоел твой беспредметный разговор!

— Ты думай. Шевели извилиной… — Милованов словно издевался над ней.

— Чего тебе надо? Долго ты еще собираешься мне трепать нервы? — взорвалась Саша. — Если знаешь, что делать, так и скажи! Зачем позвал?

— Затем и позвал, что знаю. — Игорь заговорщицки наклонился к Саше, положил ей руку на плечо, нагнулся и заглянул в глаза. — Тебе нужно поехать в Америку вместо сестры…

— Как это? — растерялась Саша.

Она совершенно не ожидала подобного резкого поворота.

— Да так! Все делается элементарно. — Милованов взял в руки две одинаковые ручки. — Вот — она, а вот — ты! Разницы никакой. Один возраст, голос, лицо… Мать родная не отличит. Тем более что обе умерли. Английский у тебя в совершенстве. Меняем ее на тебя. — Он переложил ручки из одной ладони в другую. — Что изменилось? Ничего. Никто даже не заметил подмены. Единственная проблема — паспорт. Только по паспорту вас и можно различить.

Огорошенная Саша вопросительно посмотрела на него. Она была настолько ошеломлена, что соображала еле-еле и следила за монологом Милованова с трудом.

— Но это легко решается, — продолжал Игорь. Он, видимо, все очень хорошо заранее обдумал. — Ты берешь ее паспорт, ей оставляешь свой — и вот ты уже Алекс Тим, наследница многомиллионного состояния!

Саша помолчала. Ну и вариантик… Ей самой ни за что бы не додуматься до такого… И в голову бы не пришло…

— Значит, ты предлагаешь мне обмануть собственную сестру…

Это они тебя обманывали! — горячо возразил Милованов. — А ты просто восстановишь справедливость. Ты же не такая, как она! Ты, когда приедешь в Штаты, не оставишь сестру голодать в России. Ты пришлешь ей миллион. Или два. Здесь этого хватит и ей, и ее детям, и внукам. Если она их заведет.

Саша раздумывала, опустив голову.

— Но ведь там у нее какой-то бизнес… А я в нем ничего не понимаю.

— И не надо! На этот случай есть я. Буду звонить и говорить, что нужно делать, — тотчас отозвался Игорь.

Да, он продумал все детали своего неожиданного предложения…

— Ну, хорошо… — неуверенно пробормотала Саша. — Со мной все понятно. А тебе-то это все зачем?

— Не тебе, а нам, Саня, нам! Я же ясно объяснил — мы с тобой — начнем другую жизнь. Ты и я! Ты же знаешь — я хочу быть с тобой, только с тобой. Новые деньги — новая жизнь.

Игорь испытующе смотрел на нее. Он требовал от нее определенного решения… Саша вновь впала в тяжелую задумчивость.

— Не знаю… Не в деньгах счастье. И потом, у меня здесь ребенок…

Вот теперь Игорь, кажется, начал злиться по-настоящему.

— Чего ты не знаешь? Ради ребенка все и делается! Или ты хочешь всю жизнь гнить здесь со своим лопухом Женей? Кормить его из ложечки? Ради ста баксов мыкаться с одной работы на другую? Переводить до изнеможения? Каждый вечер валиться с ног? Ты этого хочешь?!

Саша сидела тихая и оробевшая. Логика была на стороне Милованова. Что можно было ему возразить?..

— А если Алекс полетит следом за мной? — неуверенно пробормотала Саша.

— Не полетит! — махнул рукой Милованов. — Во-первых, для этого нужны деньги и документы, а ты ведь ее сумочку заберешь с собой. Во-вторых, я за ней присмотрю. Если что — включусь оперативно, не упущу, не беспокойся! Я про нее все буду знать, каждый шаг контролировать, людей, если надо, приставлю! Соглашайся, Сань! Тебе это нужней, чем мне! Я-то — попутно, заодно, а тебе — прямая дорога.

— Мне надо подумать… — с трудом прошептала Саша.

Ей очень хотелось ему поверить. Но в такую фантастику невозможно поверить сразу, а то желудок начнет пучить.

— Думай, думай, — великодушно разрешил Игорь. — Только имей в виду: думать тебе осталось полтора дня…

Он поцеловал ее в лоб… Затем — в губы… Она не сопротивлялась…

— Ты и я, запомни… — монотонно, словно заклинание, повторил Милованов. — Ты и я…

Саша вышла из его кабинета совершенно потерянная. Казалось, она немного не в себе и не замечает окружающего мира.

— А что, переговоры отменились? — удивленно спросила Маша, всматриваясь в странно изменившееся лицо подруги.

— Что? А, да, отменились… — Саша едва расслышала обращенный к ней вопрос.

— И что же вы там делали? — продолжала приставать настырная Маша.

Саша, спотыкаясь, пошла к двери.

— Ничего… Так… И вышла.

— Ну и дела!.. — воскликнула Маша и покосилась на дверь шефа.

Она была любопытна, как все секретарши, и всегда чувствовала себя уязвленной и обиженной, если не могла добыть самую последнюю информацию и разузнать самые свежие новости.

14

Дома на состояние Саши сразу внимания не обратили. Да и она постаралась взбодриться и не демонстрировать чересчур откровенно свое замешательство от неожиданного предложения. И только потом, позже, когда сестры Тимофеевы с Женей и Гошей вчетвером гуляли по Москве, заходили в зоопарк, бродили по Красной площади, сидели в ресторане, все подметили Сашину необычную рассеянность и отстраненность от происходящего вокруг. Она почти не принимала участия в общем веселье и в основном молчала. Даже не иронизировала над российским бытом и не жаловалась на жизнь.