Виктория Доненко - Обман

И Алекс ответила решительно и серьезно:

— Будем!

13

В приемной офиса компании «Русская платина» Саша появилась через полчаса после звонка Маши. Та была секретаршей Игоря Милованова и подругой Саши по совместительству. Приятельницы привычно расцеловались.

— Уже ждет, — сказала хорошенькая, пышноволосая, фигуристая Маша, указывая на дверь шефа наманикюренным длинным пальчиком.

— А с кем переговоры, — не знаешь? Маша пожала плечиками.

— Понятия не имею. Пока он там один. — Она включила селектор и вкрадчиво и нежно заворковала: — Игорь Петрович, Тимофеева пришла. Вы просили вызвать…

— Пусть зайдет, — послышался красивый баритон Игоря.

Маша кивнула на дверь кабинета.

— Иди… Да! Чуть не забыла. Марайя Кэри приезжает, знаешь?

— Да, конечно, лапуль, — на каждом углу уже портреты висят, — улыбнулась Саша, направляясь к дверям шефа.

— Отложить?

— Само собой, Машунь, как всегда. Спасибо.

И Саша открыла дверь.

Игорь сидел за столом и что-то писал.

— Садись, — сказал он, не поднимая головы.

Саша опустилась на стул. Что-то Милованов сегодня не в духе… Впрочем, ей наплевать. У нее самой настроение со вчерашнего вечера — поганей не бывает.

Наконец Милованов оторвался от своей писанины.

— Сестра, значит, приехала? Саша оторопела.

— А ты откуда знаешь?

— Профессия такая — все знать! — хитро усмехнулся Игорь. — Что, удивилась? Не бойся и глаза не вытаращивай, я не американский шпион! Просто летели с ней в одном самолете. — Он рассматривал Сашу так, словно видел впервые, и покачивал головой. — Прямо одно лицо… Вы хоть сами друг друга различаете? Ну, расскажи, как это вы такими похожими получились?

— У нас мамы — близнецы, — объяснила Саша. — А потом ее мама уехала в Израиль, а моя осталась. Мы и родились с разницей в один день.

Любопытство Милованова ей не понравилось. Какое ему дело до ее биографии?.. Но Игорь — пронырливый и ушлый. Раз интересуется — значит, где-то зарыта собака… Догадаться бы, где именно…

— Почему же они расстались? — продолжал выспрашивать он. — И как это вас с сестрой угораздило родиться подряд?

— Так получилось… — нехотя сказала Саша. Ей совершенно не улыбалось откровенничать и выкладывать всю подноготную. — У нас и отец один…

Игорь задумчиво помолчал.

— Удивительно… Такое лицо, как у тебя, не должно тиражироваться…

Саша покосилась на него иронически.

— А что это ты вдруг так заговорил? «Такое лицо…» Никогда прежде не слышала от тебя подобных комплиментов.

Игорь отозвался грустно и укоризненно:

— Ты сама прекрасно знаешь — если уж я прилип к человеку, то это до конца.

— Сомневаюсь, — пробурчала Саша.

Она никогда не доверяла своему вальяжному и нагловатому боссу. Хотя они почти все такие… И спать с ним она начала от отчаяния, оттого, что это был выход, пусть не совсем удачный, пусть сомнительный, но все-таки выход из ее безнадежного и безденежного положения.

Игорь неприятно улыбнулся, встал из-за стола, подошел к ней, поставил рядом второй стул и сел на него верхом, лицом к Саше. Она насторожилась еще больше. Что происходит?.. Вчера выдался жуткий денек, а сегодня, судя по всему, будет еще похлеще. Сплошной мрак…

— А ты не сомневайся! — сказал Игорь. — Ты, наверное, думаешь, Милованов — человек равнодушный, бесчувственный и все такое прочее? Ну, тянется там у него который год связь с переводчицей — и пусть себе! Ни шатко, ни валко! Да?

Он почти угадал ее мысли. Саша даже немного смутилась.

— Ты когда-то, помню, поставила вопрос ребром: или я с тобой навсегда, или мы расстаемся. Так? — продолжал Милованов. — А ты забыла, что у этого равнодушного, холодного человека есть обязательства перед чокнутой женой? Что у него ребенок растет без нормальных родителей? Это в расчет не принимается?

Он резко поднялся, подошел к Саше и прижал ее голову к себе.

— Сашка, Сашка… Как же ты, дура, не поймешь никак, что это — не я! Не я настоящий! Это всего лишь тень моя, маска, которая мне и самому — вот где! — Он резко провел рукой по горлу.

Саша вслушивалась в его слова изумленно, не понимая, что происходит. Верить ему или нет?.. Поверить очень хотелось, но Саша побаивалась: она была уже хорошо научена жизнью и, в частности, кое-что понимала в мужчинах.

— В общем, так! — Милованов снова уселся верхом на стул. — Я хочу круто поменять свою жизнь, Сань! И хочу, чтобы мы сделали это вместе.

— Что ты имеешь в виду? — пробормотала абсолютно ошеломленная Саша.

— Скажи, тебе ботаник твой еще не опротивел? Женя этот…

Саша отвела глаза. Зачем сегодня Милованов так настойчиво лезет ей в душу?.. За каким чертом?.. Кто его туда приглашал?

— Я не хочу об этом говорить, — отрезала Саша. — А что, у тебя ко мне какое-то оригинальное предложение? За этим звал?

Она исподлобья взглянула на него. Игорь кивнул и заговорил доверительно:

— За этим. Переговоров, как ты понимаешь, сегодня не будет. Разговор будет, а перевод не обязателен. Видишь ли, Санька, если я решаю оставить жену, то я оставляю ей все. Хотя, если честно, оставлять особо и нечего — такая уж карта мне нынче выпала в бизнесе. В общем, сам остаюсь ни с чем…

Саша слушала его внимательно, пытаясь разобраться в происходящем.

— А для того, чтобы начать другую жизнь, нужны, к сожалению, деньги. «Бабки» нужны, извини, — продолжал Милованов. — И в этом ты должна мне помочь. Если, конечно, наши желания совпадают…

Саша по-прежнему ничего не понимала. Каким образом она, нищая Саша, может помочь владельцу «Русской платины» заработать «бабки»?.. Да еще немалые…

— Я действительно собираюсь сделать тебе одно предложение, от которого, я очень надеюсь, ты не откажешься. Потому что это залог будущего. Нашего с тобой будущего… — Игорь придвинул стул и приблизил лицо к Саше. — Мне продолжать?

Саша молча кивнула. Прямо какой-то дурдом… А что особенного?.. Бывают ведь полоумные бизнесмены. Они почти все полоумные. Не в том смысле, что у них пол ума, а в том, как отряд полорогих копытных — у них рога полые. Вообще пустые.

— Время нам дорого. Сейчас поймешь, почему. Поэтому я буду говорить прямо, без выкрутасов. Знаешь, сколько у твоей сестры денег? — Милованов хитро прищурился.

Саша покачала головой.

— Нет.

— А догадываешься?

— Наверное, несколько миллионов, — предположила Саша.

Игорь криво усмехнулся.

— Шутишь, матушка! По моим прикидкам, у нее — от десяти до ста миллионов. Естественно, зеленых американских знаков.

Саша больно прикусила губу. За что судьба так милостива к одним и так безжалостна к другим?! И во всем виновата эта тетка Юля… Будь она проклята!