Татьяна Лисицына - Подсказка из прошлого (СИ)

— Варь, пойми. Это не только моя тайна, но еще и нашей семьи, — я понизила голос и слегка дотронулась до ее руки. — Я все расскажу, обещаю. Но не сейчас. Ты можешь немного подождать? Я прошу не за себя, за Андрея. Ведь мы же хотим найти убийцу, правда?

— Ладно, пусть будет по-твоему. Но если ты меня прокинешь… Не думай, что я позволю тебе вывести меня из игры. И не дай Бог, если я узнаю, что ты замешана в этой истории, прямо или косвенно. Я убью тебя собственными руками. Пока вы не появились здесь, ваша проклятая семейка, все было хорошо. Рано или поздно я добилась бы его. Ведь мы же жили рядом, — Варька сцепила пальцы и отвернулась к окну.

В этот момент я поняла, что вся эта бравада с мужиками, ее развязное поведение и разыгрывание из себя женщины-вамп, всего лишь неумелая защита провинциальной девочки, приехавшей в столицу, чтобы поступить в университет и попробовать хоть как-то удержаться в этой жизни. Совершенно неожиданно я вспомнила, что рассказывал мне про нее Андрей, и то, что я совершенно забыла. Он подошел к Варьке, когда она сидела на ступеньках университета и плакала. Ей некуда было пойти, и у нее закончились деньги. Тогда он привел ее к себе, поселил в комнате, где раньше жил отец.

— Ты молодец. Сегодняшняя информация очень важна для расследования. Мне кажется, что мы на правильном пути. — я вспомнила об Эмиле. Какое счастье, если он не замешан в этом деле и мне не придется копать под него.

— Тимур пригласил меня к себе домой. В воскресенье. В семь вечера. На всякий случай я сказала, что приду, — тихо сказала Варька. — Что мне делать?

Я замолчала, напряженно раздумывая. Что же делать? Одно дело встречаться с подозреваемым убийцей в хорошо знакомой компании, где полно народу, другое дело с ним дома наедине. Если она долго будет сопротивляться, он может ее изнасиловать. Или убить. Если он сделал такое один раз, сможет и второй. Но, с другой стороны, если она не пойдет, тончайшая ниточка расследования оборвется, и мы останемся ни с чем. Я вздохнула и подлила нам еще кофе.

— Мы пойдем вместе, — неожиданно решила я. — Пока ты будешь у него дома, я буду сидеть на скамейке напротив, чтобы видеть окна. Если что-то пойдет не так, просто подойди к окну или позвони мне на мобильный.

— И что ты сделаешь?

— Поднимусь и позвоню в квартиру. Если он не будет открывать, попрошу помощи у соседей. Вызову милицию, взломаем дверь, — лихорадочно перечисляла я. На самом деле я еще точно не знала, что буду делать, но чувствовала уверенность, что не оставлю Варьку в беде. — Верь мне, все будет хорошо. Но придется рискнуть. Другого выхода нет.

— Вся надежда на меня? — ее глаза сверкнули, а на лице появилась улыбка превосходства хорошенькой женщины, которая знает себе цену и прекрасно понимает свое влияние на мужчин.

— Именно, — подтвердила я и добавила. — Только не рискуй зря и не заводи его. Твоя задача выведать как можно больше информации. Откуда у него появятся деньги, и что он сможет сделать для тебя, если ты согласишься стать его женщиной?

— Мне надо…

— Успокойся, конечно, нет. Зачем тебе подобная мразь?! — возмутилась я.

— А ты знаешь, мой-то не лучше, — горестно заключила Варька. — Только денег у него нет.

— Тогда зачем ты с ним? Ведь ты же девочка не робкого десятка, я уже в этом убедилась.

— Не знаю, — Варька скривила губки. — Может, мне все равно с кем? Женщина не должна быть одна.

— Странная у тебя философия, — заметила я.

Варька вскоре убежала в институт, а я вновь начала прокручивать в голове новые факты из жизни Тимура.

Глава 19

Я проводила Варьку до угла дома, где жил Тимур, а сама достала из кармана пачку сигарет и прикурила. Усмехнулась сама над собой. Видел бы меня сейчас отец. Буквально на прошлой неделе начала курить. И как-то быстро втянулась. Так же быстро пару месяцев назад пристрастилась к спиртному. Чем дальше я продвигалась в своем расследовании, тем больше чувствовала, как хочется избавиться от напряжения, в котором постоянно находилась. И от двойного комплекса вины, от которого устала. Если бы я тогда из-за проклятого чувства гордости не отказалась встретиться с Андреем, убийства бы не произошло, и если бы мне тогда не приснился этот дурацкий сон о нарисованном когда-то плане, Андрей сейчас был бы жив. Рассматривая это дело под всеми углами, я так и не смогла найти другой причины кроме драгоценностей, которая бы послужила мотивом для убийства.

На всякий случай в целях конспирации я убрала волосы под кепку и надела темные очки. Ведь если Тимур — убийца, значит, это именно он звонит мне с угрозами и предложением убраться из Москвы.

Я села на скамейку напротив дома Тимура и нашла его окна на третьем этаже. Выгоревшие занавески неопределенного цвета висели неаккуратными клоками.

Сидела я не больше пяти минут, когда увидела, что из подъезда выскочила Варька. Даже на расстоянии было видно, как она взволнованна. Некоторое время она не могла говорить, издавая какие-то нечленораздельные звуки, из которых я только смогла разобрать, что Тимура убили. Я усадила Варьку на скамейку и обняла, как маленького ребенка, шепча ей какие-то нежные слова, пока она не успокоилась и не обрела дар речи.

Она долго звонила в дверь, пока из соседней квартиры не вышла пенсионерка и не рассказала, что сегодня утром мужчина, выгуливавший утром собаку, который по чистой случайности еще и оказался их соседом по подъезду, обнаружил на пустыре позади дома изуродованный труп Тимура.

— Соседка сказала, что ему нанесли двадцать шесть ножевых ранений, — заметила Варька и всхлипнула.

Я успокаивающе погладила ее по мягким волосам.

— Ну не волнуйся. Что еще она рассказывала?

— Не помню, — девушка потрясла головой и через пару минут сказала: — Ах, да. На полу в его комнате обнаружили нарисованную пентаграмму, залитую его кровью.

Я почувствовала, как у меня задрожали руки.

— Бог мой, ритуальное убийство.

Варька отстранилась и внимательно посмотрела на меня:

— Откуда ты знаешь?

— Ты упомянула пентаграмму. Недавно слышала по телевизору, что-то подобное произошло в Хабаровске. Это сделали готы. Ты знаешь, кто это?

— Конечно. Сумасшедшие, которые ходят по кладбищам, якобы заряжаясь там энергией. Одеваются они прикольно, во все черное со всякими там символами смерти. У нас есть парочка на курсе.

— Приблизительно так, — кивнула я.

— Но Тимур, насколько я поняла, не был готом?

— Нет, — подтвердила я. — Но для того, чтобы оказаться жертвой вовсе необязательно принадлежать к членам сего общества. Думаю даже, наоборот.

Внезапно Варька выпрямилась и с ужасом посмотрела на меня:

— Но… его девушка Ксюха… — Варька сцепила дрожащие пальцы. — О, Господи! Он же говорил мне, что она… — голос Варьки сорвался, и она умоляюще посмотрела на меня. — Ты же ее видела?

— Она действительно похожа на готку, — осторожно сказала я. — Во всяком случае, одевается в таком же стиле. — Но, — я взяла Варькину холодную, несмотря на теплый день руку, — давай не будем пока ничего утверждать. Она может оказаться здесь совершенно непричем.

— Да ладно тебе, хватит меня успокаивать, — девушка вырвала руку и отодвинулась. — Ты мне просто не доверяешь. Сама-то не думаешь, что она непричем? Ведь не думаешь, да?

— Надо все проверить. Посиди пока здесь, я схожу к соседке и попробую ее расспросить. Вдруг она еще что-то знает.

— А я?

— Я сказала: посиди. Тебе нужно успокоиться. Потом вместе поедем домой.

— Дай сигаретку?

— Ты разве куришь?

— Курю, когда нервничаю. Что ты на меня так смотришь? Ты мне не мама.

— Не груби, — машинально сказала я, вытаскивая из сумки пачку «Собрания». — Не куришь и не начинай. Тебе детей еще рожать, — не удержалась я от наставлений, чиркая зажигалкой. Но руки у девчонки так тряслись, что мне пришлось прикурить самой и сунуть сигарету ей в рот.

Соседка, приятная старушка с аккуратно собранными в строгий пучок волосами, не сказала мне ничего нового. Она смотрела сериалы, ничего не слышала и не видела. Узнала от следователя, который зашел к ней домой, чтобы расспросить. Он ничего ей не хотел рассказывать, но она, похваставшись, что умеет любого разговорить, все-таки вытащила из следователя информацию про пентаграмму. В обмен на откровенность она поведала ему про Ксению. Я оказалась удивлена, но старушка казалась очень осведомленной в молодежных течениях. Узнав о пентаграмме, она сразу и посоветовала следователю заняться «странноватой девушкой в черной одежде с немыслимым макияжем».

Я вышла на улицу и подошла к Варьке. Она сидела, оперевшись локтями в колени, поддерживая свою хорошенькую головку ладошками. Я устало опустилась на скамейку, вытащила сигареты. В ответ на Варькин умоляющий взгляд снова прикурила для нее сигарету.