Укроти моего зверя - Дия Василькова

— Спасибо, конечно, придём, мы теперь семья! — улыбнулся Назар Павлович зятю, Ермаков просто протянул руку. И когда Вадим указал на дверь, что больше никого не смеет задерживать, сорвался со своего кресла и побежал в палату Анны.

— Она, правда, его дочь? — спросил Вадим Назара.

— Тест привезут завтра. Если да, то я буду бороться за эту девочку. Если нет, то у меня шансов нет.

— Как мальчишки, честное слово, она же совсем молоденькая, куда вам с ней тягаться, Ангела вас ждёт.

Назар прислушался, что происходит в палате Ани, повернулся и вошёл к дочери.

— Ангела, девочка, ты самое ценное, что у меня осталось в этом мире. Прости. Я именно поэтому не хотел тебя отпускать в Сочи, ты должна жить тут, и только Вадим может тебя защитить.

Ангела обняла отца и поцеловала в щёку. Не хотелось вспоминать про унижение, пережитое в «плену» она ничего не рассказала. Мудак уже получил по заслугам от Анны.

— Пап, могу тебя попросить?

— Всё что угодно!

— Пусть Аня поедет к нам, мне с ней спокойнее, я хочу ей помочь, за эти дни до праздников пройдёмся по магазинам, купим ей красивые вещи, спа, и прочее. Она устала, потрясения всякие, подготовлю её к балу. Сделаю настоящую принцессу. Ну, пожалуйста.

— Ты и правда ангел, дочь. К нам это в мой дом? — Назар начал ощущать слабую надежду.

— Нет, в дом к Вадиму, там уже комнату её подготовят. Она почему-то сказала, что Ермаков не её отец, может им пока лучше не оставаться под одной крышей.

— Вот тут ты права. Пока тест на отцовство не сделают, лучше им не оставаться наедине. У него аж слюни текут, когда она рядом. Когда я узнал, что она сделала для тебя, начал сомневаться, похоже, что она всё же его родня, — Назар тихо засмеялся.

— И я также подумала, особенно когда она телефон вырвала у козла и как терминатор говорила, эх, ты бы видел, жаль, видосик не записала.

— Ну вы у меня отчаянные, девушки. Молодец, хорошо придумала. Ермака осажу, пусть ждёт теста. А то инцест в наших кругах не приветствуется.

— Ты ведь тоже её хочешь, пап? — Ангела прошептала отцу, его самую сокровенную тайну, которую он и не скрывал.

— Запала она мне в душу.

— Ты же понимаешь, что она другая. Тебе такие женщины не подходят. Ты поиграешь и потом получишь от неё финку под ребро, если захочешь бросить. Аня с виду такая нежная и красивая, я ещё раз тебе повторяю, я её видела там, она даже хуже Ермака.

Назар отстранился от дочери. Замер. Ангела знает, о чём говорит, это не первое покушение, её однажды Ермаков отбил от банды уродов, мстивших папе. Если Ангела так говорит, значит, так оно и есть. И теперь его ничего не остановит, все неправы. Это женщина должна быть его.

— Ладно, спи, Вадим теперь о вас позаботится. Пойду заберу Ермака, пока он не задушил её в объятиях.

Аня лежала не шевелясь, считая секунды, сердце билось как после бега. Наконец, дверь открылась. Весь проём заполнил тёмный силуэт. Но он почему-то не спешил подойти. Страх, волнение, возбуждение, всё стразу. Он ждал этой встречи несколько дней, не зная, жива ли она, и теперь снова эти сомнения.

— Иди ко мне, пожалуйста, забудь ты эти глупости. Мы оба знаем, что мы не родственники, мы с тобой любим друг друга давно, просто не знали об этом.

Анна говорила тихо и очень уверенно. Антон вошёл и закрыл двери на ключ, понимая, что Назар не выдержит и придёт сюда.

— Девочка моя. Я так испугался, лучше бы меня убили, чем снова такое пережить.

Он подошёл и присел на кровать. Девушка села и тут же обняла его, прижалась к широкой груди, он обнял её здоровой рукой.

— Я поняла, что люблю тебя. Даже если ты мой отец, я тогда ни с кем не буду. Никого не хочу. Только с тобой.

— Я старый, я тебе в отцы гожусь. Тебе нужен кто-то типа Вадима, молодой волк, который сможет о тебе позаботиться.

— Я сама о себе теперь могу позаботиться. Мне нужен только ты.

Она пододвинулась и начала целовать его в губы. Он на секунду отстранился, но лишь на секунду. Антон не разжимал рот, всё ещё сомневаясь. Но её страстный язык, дыхание, снесли эту баррикаду. Он ответил, иногда и поцелуй может быть сексом. Они ласкали друг друга, не имея шанса оторваться, его язык проник в её рот, они знакомились заново, она нежно прикусила его, потом своим языком начала ласкать всё, чего прикасалась. Он снова отстранился.

— Я не могу. Меня сейчас разорвёт возбуждение. Что ты делаешь со мной? Я мечтал о тебе, но даже не предполагал, какая ты. Я так тебя хочу, Аня.

Она посмотрела на его брюки, там снова огромный бугор.

— Надо сделать это важное дело. Сними свои штаны, — она вдруг заставила его встать, и очень быстро расстегнула его ремень и брюки, рывком спустила всё вниз и увидела огромный член. Настолько возбуждённый, что ей стало жалко любимого. Он не сопротивлялся, может, в сознании и всплывали какие-то мысли, но Аня их опережала. Она привстала, обхватила член рукой и всё, что осталось, начала целовать, то же, что только что она делала с его языком, продолжила с возбуждённой головкой. Плотно обхватила губами, и слегка посасывая, касалась языком уздечки, короны головки, снова и снова сжимая рукой массивное тело члена.

Её движения стали увереннее и энергичнее, он застонал и кончил. Аня медленно отпустила предмет своего обожания, ещё раз мило чмокнула в губы головки и вышла в туалет, прополоскать рот.

Антон не в силах поверить, что это произошло и так быстро, застегнул свои брюки и остался стоять у кровати. Анна вернулась, развязала халат